Антон Медведев - Сокровища негодяев

Правда, со временем выяснилось, что свободой в этом богом, забытом уголке Вселенной и не пахло. В конце концов разразился скандал, секту разогнали, сам Андерсен взорвал себя вместе с немногими верными ему соратниками. С тех пор об этой планете действительно забыли.

— И что ты думаешь, Макс? — Даяна с интересом посмотрела на меня, в ее глазах плясали веселые искорки — сегодня она была особенно хороша. Держа в руках бокал с вином, она медленно потягивала игристую жидкость, на коленях у нее лежал старинный звездный атлас — военные выкинули из корабля все, с их точки зрения, лишнее, но навигационные карты и атласы оставили — что ни говори, а по этим старым раритетам ориентироваться было все же удобнее, чем по нынешним электронным справочникам.

— Сложно сказать… Прилетим на место, там будет видно. Я никогда там не был, мне трудно судить объективно.

— Может, ты и прав. — Даяна допила вино и поставила бокал на столик. — Не стоит забивать себе голову всем этим раньше времени. — Она отложила атлас и взглянула на меня с усмешкой. — Дежурить будем по очереди. Ты первый. — Даяна встала и картинно потянулась, я с удовольствием смотрел на ее ладную точеную фигуру.

— Чем займешься ты? — несколько бестактно спросил я.

— Для начала искупаюсь, потом пойду спать… — В глазах девушки играл откровенный вызов, и я его принял.

— Может, тебе все-таки помочь? — Я подошел к Даяне и мягко обнял ее за талию, глядя девушке в глаза. — Только сразу хочу сказать: не надо, если что, ломать мне ребра, я могу уйти и так…

Даяна не отстранилась, на губах ее мелькнула улыбка.

— Я подумаю над твоим предложением. — Она с усмешкой взглянула мне в глаза. — А пока лучше сходи в пилотскую и проверь, все ли там в порядке. — Она мягко высвободилась из моих рук и пошла в свою каюту…

Мне ничего не оставалось, как пойти в пилотскую. Там все было в порядке, поэтому, посидев немного в кресле, я неожиданно ощутил себя круглым идиотом.

— Интересно, что я здесь делаю? — удивленно пробормотал я и пошел к каюте Даяны.

Я постучал, Даяна не отвечала — видимо, была в ванной. Однако я не расстроился — быстро сбегав в свою каюту, я покопался в сумке и уже через минуту вскрывал замок универсальной отмычкой…

Когда появилась Даяна, я спокойно сидел в кресле и насвистывал какую-то песенку, на столике стояла бутылка вина и пакет с конфетами.

На девушке был легкий халат, причем незастегнутый — увидев меня, она быстро запахнула его полы, на секунду замерла, ее возмущенный взгляд вот-вот должен был вылиться в бурю негодования. И вдруг взгляд Даяны смягчился. Она улыбнулась — и я понял, что все-таки прощен…

— А я все гадала, когда же ты наконец наберешься смелости. — Она с улыбкой взглянула на меня и медленно разжала руки, выпуская полы халата.

Видимо, мой взгляд, устремленный на ее божественное тело, был достаточно красноречив, так как Даяна снова улыбнулась и подошла ко мне вплотную. Я встал и обнял ее, упиваясь запахом ее волос.

— Но учти, — тихо произнесла Даяна, освобождаясь от халата, — если мне это не понравится, то клянусь Господом нашим, я тебя все-таки пристрелю…

Что и говорить, информация о случившемся дошла до Хозяина очень быстро — без Наденьки здесь явно не обошлось. Поэтому, глядя на мигающий огонек прямой связи, Беккер поморщился — разговор обещал быть очень неприятным. Однако делать было нечего — нельзя заставлять шефа ждать.

— Да, сэр… — Беккер почтительно снял трубку.

— Том? Доброе утро… Как ваше здоровье?

— Все в порядке, сэр, спасибо, — ответил Беккер, несколько гнусавя — его нос был заклеен пластырем, хирургу пришлось поработать над ним весьма основательно, левый глаз заплыл до неузнаваемости.

— Расскажите мне подробнее, что у вас там произошло, — не столько спросил, сколько приказал Хозяин.

— Сэр, это моя недоработка. — Беккеру было тяжело в этом признаваться, но не признаться было бы еще хуже.

— Так уж вышло, сэр, что я познакомился с одной девушкой, она назвалась дочерью Брюса Кессингтона. Оказалось, что это была подсадка, причем очень хорошо спланированная. Но мне удалось разоблачить самозванку на раннем этапе, поэтому урона нашей безопасности не произошло.

— Вы узнали, кто она такая — если уж схватить не смогли? — В голосе шефа была не столько тревога, сколько сарказм.

— Пока нет, сэр… Но у нас есть ее пальчики — остались на бокале, и через пару часов мы это узнаем. Могу утверждать лишь одно — она работает на некоего Максима Крылова.

— Ну а он кто такой?

— Обычный аферист, сэр, ничего серьезного.

— Тогда почему он все еще жив? — В голосе шефа послышалась усмешка.

— Чистая случайность…

— Он знает про Архив?

— Похоже, что знает, — нехотя ответил Беккер. — Мои люди выследили его, но ему удалось уйти.

— Каковы наши потери?

— Вчерашние?

— Да, о прошлых я уже наслышан.

— Семеро, сэр… И шестеро травмированы, трое из них тяжело.

— И что, все это наделала ваша милая незнакомка?

— Нет, сэр, троих застрелил Крылов — он прикрывал ее отход.

— А остальные?

— Ее рук дело… — с неохотой признался Беккер, его злила сама мысль о том, что вся его охрана не смогла справиться с какой-то девчонкой… Впрочем, вспомнив ее прощальный взгляд, он поспешил поправить себя — не с какой-то, а с очень опасной девчонкой.

— Так, может, мне лучше нанять ее? — Голос шефа угрожающе понизился. — Мне это будет дешевле, а толку наверняка будет больше — или я ошибаюсь?

— Сэр, я обещаю, что подобных ошибок больше не повторится. В ближайшие дни мы разыщем их обоих…

— Что им известно об Архиве? — перебил его шеф.

— Не знаю, сэр, но скорее всего почти ничего, да и в любом случае, они ничего не смогут сделать — ведь Архив уже отправлен…

— Вы никому не проболтались о том, куда именно он отправлен?,

— Нет, сэр, как я мог… — начал было Беккер и вдруг осекся, его лицо разом покрылось капельками пота — он неожиданно вспомнил свой танец с Жюстиной…

— Беккер? — В голосе шефа послышалась тревога.

— Сэр, она знает… Господи, как я мог… Сэр, она заговорила меня, я не хотел ничего говорить… Сэр, она знает, что Архив в системе Тритона.

— Беккер, вы непроходимый идиот. Вы хоть отдаете себе отчет в том, что натворили? — отозвалась трубка голосом шефа. — Вы понимаете, что этим поставили под угрозу всю операцию, все наше благополучие, наше существование, наконец? Вы понимаете, что я с вами сделаю, если все сорвется?

— Да, сэр, простите меня… Я все исправлю, обязательно исправлю… Им никуда не деться — на Саламандре наши люди, там Рашид. Архив под надежной охраной, никто не сможет его похитить — это исключено.