Андрей Шаганов - Ловля Минотавра на живца

Тонкие мальчишеские пальцы заметались по клавиатуре, набирая приказ.

Как и любое сооружение, самый совершенный оборонительный объект, когда-либо построенный человеком, страдал от проникновения самого разного рода насекомых и животных. Ведь стоило только крысе или таракану найти приемлемыми условия существования, как они заполоняли все пригодные для них помещения и пожирали ice, что годилось им в пищу. Ни роботы, ни следящие системы не могли остановить нашествий. Но Фингер сумел если и не изобрести, то припомнить старые методы. Поскольку каждый сектор был надежно и герметично изолирован от другого, он просто установил новые трубопроводы, и когда незваные гости становились слишком назойливыми, пускал по ним смесь ядовитых газов.

— А чем они не крысы? — усмехнулся Фингер. — Так же портят мое добро… Ну так получите!

Вилли подошел ближе. Положил руку на плечо Пола.

— Ну что, пошли? Все в сборе… Эй, где там этот студень?

Вдруг у противоположной стены возникло красное сияние, словно кто-то навел на декоративную каменную кладку мощный прожектор.

— Прекрасно! Великолепно! Отменно! Превосходно! — завопил Уоппи Флопп, едва сконцентрировавшись из воздуха. — Примите мои поздравления. Это будет наилучший репортаж в моей жизни и во всей вселенной.

— Ты откуда, черт малиновый, взялся? — удивился Тедди.

— А я все время рядом с вами или вашими противниками. О Боже! Какая динамика действия! Какая страсть! Нет, все мои конкуренты просто лопнут от зависти!

— Это что же такое мы вам подарили?

— Сюжет! Сюжет! Кто бы мог подумать, что из какой-то банальной лотереи вырастет такой сюжет! Только вы вот что, — он перешел на деловой тон, — вы смотрите не смажьте мне финал! Мне нужен хеппи-энд. Понимаете?

Энни и Тедди переглянулись, а Вилли потянулся за обломком кирпича, валяющимся неподалеку.

— И давайте в темпе бегите отсюда.

— Куда еще? — не понял Тедди.

Ему совсем не хотелось становиться развлечением для неведомых зрителей, жующих в уютном кинозале воздушную кукурузу.

— Он отдал команду перекрыть сектор и пустить газ!

Уоппи вдруг схлопнулся, и в стену, которая была позади него, врезался кирпич.

— Слышал, сержант? Газы!

— Сволочь! — процедил сквозь разбитые губы Вилли. — Вперед!

— Где граница сектора? — Тедди отвесил Ефану звучный шлепок.

— За поворотом этого коридора, но тогда мы не попадем в стартовую шахту.

— А где она?

— Направо, по лестнице вниз, прямо по коридору до конца. Где-то там должна быть бронированная дверь без сервоприводов.

— Это как? — не понял Тедди.

— Она открывается вручную, — пояснил Ефан. — Внутри корабль, но вам в него не проникнуть.

— Это мое дело, — отмахнулся пилот. — Ну-ка иди к папочке!

Он перехватил моллюска у Энни и первым двинулся в указанном направлении.

Системы дезинсекции отличались от пожарных только тем, что первые накрывали сразу весь сектор, а вторые могли действовать избирательно — в одном помещении. Однако в этом был свой недостаток — помещения заполнялись газами не сразу и преимущественно снизу вверх. Для тех, кому они предназначались, не было никакой разницы — рано или поздно все паразиты погибали, а мощная вентиляция очищала воздух. Потом роботы-уборщики убирали трупы. Именно такой ход событий и запланировал Фингер. Не учел он только одного — те, кого он намеревался отравить в этот раз, были существами разумными и не хотели погибать, как крысы или тараканы.

— Куда вы идете? — заверещал Ефан. — Граница сектора с другой стороны!

— Я думаю, — ответил Тедди, — что мы не успеем туда до того, как закроются герметичные переборки.

— Но здесь вы обрекаете себя на верную смерть! И меня тоже!

— Тебя уже давно следовало бы размазать по стенке за все твои фокусы, — ответил сержант.

— Я понял, вы боитесь, что там нет хода в стартовую шахту? Вы ошибаетесь! Фингер предусмотрел возможность эвакуации из любого сектора.

— Только в другом месте он не даст нам покоя и убьет уже наверняка. — Энни посмотрела на бегущего позади нее Вилли: правильно ли она поняла?

Но сержант не ответил. После драки он чувствовал себя не лучшим образом. Более всего ему в этот момент хотелось прилечь или присесть — силы были на исходе. Подгоняло же его лишь чувство долга перед остальными.

Лестница оказалась длинной. Создавалось впечатление, что путешественники спускаются под фундамент замка или по меньшей мере в самые глубокие подвалы. Идущий впереди Тедди постепенно замедлил шаги.

— Слушай, — бросил он через плечо, — как дышат моллюски?

— Какие? — не понял Пол. — Устрицы, что ли? Кажется, жабрами.

— Вот эти, — качнул свертком пилот.

— Не знаю. А в чем дело?

— По-моему, он снова ведет нас в ловушку. — Он встряхнул Ефана. — Я прав или нет?

— Разумеется, нет, — тотчас ответил тот. — Вы просто сомневаетесь.

Вилли подошел ближе и достал пакет с солью.

— Ты понимаешь, что сейчас будет? — спросил он, надрывая упаковку.

— Вы не посмеете!

— Еще как посмеем! — возразил Тедди. — По-моему, ты уже давно просил солененького…

— Не надо! Вход в шахту перед вами!

Пилот подошел ближе, чтобы изучить систему запирания. Здесь было все просто, как в самом банальном бомбоубежище середины двадцатого века. Два массивных рычага плотно притягивали овальный люк к окантовке. Стоило их повернуть — и проход в шахту будет свободен. Но Тедди медлил, то ли прислушиваясь, то ли принюхиваясь.

— Ну что же, студень, — . наконец сказал он. — Если что, ты умрешь первым.

И двумя ловкими ударами башмаков открыл люк.

То, что произошло через секунду, можно было предвидеть, но никто из присутствующих не был к этому готов, Через порог люка вдруг хлынул поток самых разных тварей: крыс нескольких видов, тараканов, скорпионов, невиданных ими до сих пор животных и насекомых. В сизой дымке они текли, как вода, и люди постарались уступить им дорогу.

Энни была закаленным бойцом. У нее за спиной, несмотря на довольно нежный возраст, были годы партизанской войны, подполья, диверсионной работы и застенков имперской полиции. Она могла не моргнув глазом бесшумно снять часового или вести сражение с превосходящими силами противника. Она с детства жила в обществе воинов и сама уже была почти как мужчина. Но при всех своих сомнительных для женщины достоинствах она была и оставалась женщиной. Она боялась разного рода паразитов больше, чем имперских спецназовцев. Ее крик был таким громким и таким неожиданным, что мужчины присели, ожидая новой напасти.

— Замолчи! — прикрикнул Тедди, зажимая девушке рот ладонью.