Джек Макдевитт - Обреченная

Хатч в нерешительности посмотрела на Найтингейла, сказала себе: «Какого черта!» - и тоже поцеловала его.

Келли, развеселившись, покачала головой.

- Праздник любви, - промолвила она. - Кто бы мог подумать?

Келли с Хатч некоторое время держались Берегового хребта и свернули от него, когда Марсель им это посоветовал. И двинулись снова на юго-запад. Земля была покрыта густым лесом, испещрена оврагами и горными кряжами с отвесными каменистыми утесами и узкими руслами. Иногда попадались высокие горы.

Стадо серых существ с мордами, похожими на верблюжьи, и длинными обвислыми ушами огромными прыжками пронеслось мимо и исчезло за грядой холмов.

Марсель послал женщин в обход горы, на другую сторону дороги. Животные это были или нечто большее? Разумеется, на планете, где летающие твари нападают организованными отрядами и кошки-охотники ходят на двух лапах, граница между разумным и чисто животным поведением несколько размыта.

Женщины продолжали идти.

К полудню посреди леса они неожиданно наткнулись на балюстраду. Над ней Хатч увидела сводчатый купол. Два купола. Близнецы…

- Боже! - воскликнула Келли. - Ты только посмотри!

Купола соединялись карнизом.

- Это храм, - выдохнула Хатч. Она остановилась и пристально рассматривала увиденное.

В храме было шесть колонн с каннелюрами; они поддерживали треугольный фронтон, на котором был вырезан карниз. На нем были изображены два сверчка; один сидел на своего рода полке, второй - стоял. Сидящий что-то протягивал второму. Это что-то смахивало на цилиндр.

Нет. Не цилиндр. При ближайшем рассмотрении Хатч поняла, что это - свиток.

- Красиво! - заметила Келли.

Хатч обрадовалась предлогу задержаться хоть на минуту.

- Стиль барокко, - сказала она. - Очень похоже на французскую архитектуру восемнадцатого века. Кто бы знал…

Она увидела вход, скрытый за колоннами, и мраморную лестницу, ведущую к нему. Келли направилась к ступеням.

- Нет времени, - напомнила Хатч.

- Здесь еще что-то есть.

Сбоку от храма стояло цилиндрическое сооружение. На несколько метров вперед выдавались пьедесталы, а лепной карниз проходил по зданию на всем видимом участке. Многогранную крышу поддерживали фигурные пластины; постройку венчал маленький купол с валиком. Фигуры на фризе, похоже, изображали сверчков в разнообразных позах, разговаривающих, читающих, срывающих с деревьев плоды, играющих с детьми. Некоторые стояли на коленях перед символом солнца.

Здесь, среди деревьев, скрывался целый город. Хатч заметила очертания величественных зданий со сверкающими арками, округлыми окнами и параболически изогнутыми крышами. Она представила нескончаемые галереи, контрфорсы и шпили, огромные залы и бездействующие фонтаны.

Вероятно, в этом городе никогда не знали искусственного освещения и печатного станка. Однако он был несравнимо красивее любого из городов, виденных Хатч. Время не пощадило его, он оказался погребен, заключен в сплетения ветвей и кустов, скрыт листвою. Однако, стоя перед этим погруженным в безмолвие строением, Хатч чувствовала, как ее кровь убыстряет бег по жилам. Неземная красота этого места была пленена лесом, здесь царило чувство безвременья, ощущение ничтожности бытия и всего рукотворного.

Женщины стояли очарованные и передавали снимки храма на «Венди». На этот раз лишь тишина стала им ответом. Никто не попросил их потратить еще минутку на исследование этого чуда.

Они провели у храма чуть менее двух минут. И поспешили вперед.

Вскоре на них обрушился ливень. Над ними громоздились черные тучи, зигзаги молний вспарывали небо.

Спутницы потеряли связь с Марселем почти на два часа. Ливень не прекращался, потом сменился дождем со снегом. То и дело земля содрогалась от толчков, достаточно сильных, чтобы сбивать обеих женщин с ног.

- Прекрасный денек для прогулки, - заметила Келли.

Впереди появились деревья. Они бросились туда. В кустарнике нечто издавало неприятный стрекот. Хатч, не в настроении разбираться с проблемами и не желая тратить время на разборки, провела зачистку при помощи лазера. Раздались крики, треск, и какие-то животные бросились прочь. Она с сожалением отметила, что ничто на этой планете им не удалось изучить достаточно внимательно.

Наконец снова раздался голос Марселя.

- Скверная погода?

- Электрические бури.

- Мы их видели. Но ты молодец. Рано утром вы туда доберетесь.

- Надеюсь.

- Хатч, у меня к тебе еще одно послание из Академии.

- Ну и что в нем говорится?

Он заколебался.

- В нем говорится, что тебе велят любой ценой избежать дальнейших человеческих жертв.

- Хорошо. Передай им, что мне это по барабану.

- Ха-атч!

- Да передай им все, что угодно. Меня это беспокоит в последнюю очередь, Марсель.

Вышло солнце. Небо прояснилось, и женщины теперь быстро продвигались вперед. С высоты горного кряжа что-то некоторое время следило за ними, но они не сумели разглядеть - что. Повадкой оно напоминало обезьяну и, по-видимому, имело намерение напасть на них, но внезапно передумало и скрылось из виду.

- Страшновато, - призналась Келли.

- Почему?

- Ну, кугуар, тигр или аллигатор, если он голоден, бросится на тебя. А большинство из этих тварей держится на расстоянии.

- Ты полагаешь…

- Они достаточно умны, чтобы понимать, что мы опаснее, чем кажемся.

Поздно вечером, когда освещение стало меняться, спутницы снова вышли на открытое место.

- Почти добрались, - сказал Марсель. - Еще пять километров.

Земля была неровной и поросла густой травой. Хатч вымоталась. Длинноногая Келли чувствовала себя немного лучше, но тоже выглядела изможденной.

Периодически они связывались с Маком и Найтингейлом. Те говорили, что наслаждаются видами. Примерно в середине дня начался сильный прилив, и вода поднялась по скале на приличную высоту. Однако мужчины понимали, что еще довольно долго будут вне опасности. Макаллистер прокомментировал, что они в самом безопасном месте с тех пор как покинули «Звезду», и выразил неуверенность, что сможет сейчас самостоятельно передвигаться на своих ногах.

Небо налилось зловещим пурпуром.

- Три километра.

Просто невозможно было не уловить тревогу в голосе Марселя.

- Было бы замечательно, если бы вы пошли немного быстрее.

Все вокруг резко поблекло, и это отметило момент, когда солнце ушло за горную гряду. Снова начался дождь.

Посадочный модуль, холодный и недвижимый, стоял на крутом берегу реки, такой узкой, что та едва ли заслуживала этого наименования. В сущности, картина была идиллической: линия деревьев, скалы, река и меркнущий свет. Деревья обозначили край леса, в котором сгинула команда «Тесс» в то давнишнее утро.