Александр Гейман - Инна, волшебница

- Бенга, - позвала Инна и вышла из круга вся.

Ничего. Еще шаг. Бенга рядом, все спокойно. Еще шаг. Ай!

- Попалась! - чьи-то когти впились в её локти сзади.

Вопя и визжа, пинаясь, уськая Бенгу, дергаясь вперед всем телом, Инна рвалась обратно в круг, к скамеечке, при этом ей приходилось левой рукой прижимать к груди флейту, а инструмент уже кто-то тащил холодной рукой у неё из-под кофты, а Бенга тоже с кем-то бился, он рычал и прыгал у неё за спиной, может, там была целая толпа всяких бесов, и Инне оставалось надеяться теперь только на себя.

Она плюхнулась на скамейку, вся задыхаясь и полумертвая со страху. Чуть не профуфырила! Вот дура! Но, по крайней мере, она согрелась, утешила себя Инна, отдышавшись. Самое время для глотка кофе - и тут Инна обнаружила, что каким-то образом задела термос во время этой схватки, и баллончик укатился прочь за круг. Это её раздосадовало до слез, Инна заплакала по-настоящему. Потом она разозлилась. Они это нарочно! А она все равно не уйдет. Может, попросить Бенгу, чтоб катнул термос сюда? А вдруг это новая ловушка? Он ведь несет стражу вместе с ней и...

- Я так и знала, что понадоблюсь тебе, - внезапно раздался голос Инессы, дружелюбный и слегка насмешливый как всегда.

Она появилась рядом с укатившимся термосом, подняла его и приблизилась к кругу.

- Инесса! - вскричала Инна с сумасшедшей радостью. - Ой, как здорово!

- Еще бы не здорово, я спасаю тебя от верной простуды. Ну, держи свое кофе.

Инна приняла баллон, а Инесса уже протягивала ей огромный толстый плед.

- На-ка, завернись.

Инна взяла плед, и когда она перенесла вещь за черту, Бенга дико взревел.

- Что с тобой, Бенга? А!.. - догадалась Инна и кинула опасную вещь прочь из круга. - Тварь, ты не Инесса!

- Что с тобой, Инночка? - изумилась мнимая Инесса. - Ну, спасибо, за теплый прием! Да я это, я! Вот, потрогай мою руку!

Она тянула её к Инне - и вдруг, все линии чудесным обрезом сместились, и Инна своим ведьмовским зрением разглядела просвечивающую сквозь морок вчерашнюю костлявую лапу. Она от души треснула по ней зажатой в руке флейтой:

- Прочь!

- Ах вот ты как!

Лже-Инесса ещё сколько-то времени пыталась уговаривать её, но чем дальше она говорила, тем отчетливее Инна различала сквозь поддельный образ феи все ту же костлявую Ягу со злющими ледяными глазами - и наконец, ведьма отказалась от глупого обмана.

- Ну, не думай, что ты уже отделалась! Застужу! - прошипела тварь и отступила в туман.

Остаток ночи прошел в борьбе с этой угрозой - в отличие от не удавшегося обмана, сырость и холод удавались вполне. К тому же, Инна опять потеряла счет времени. Будильник не только не звонил, он стоял - видимо, отсырел в этом тумане. Но все же эта ночь показалась Инне короче, все-таки превозмогать холод получалось легче, чем сон. И кофе пригодился! торжествовала Инна свою маленькую победу.

В это утро она выходила из дверей стуча зубами и вся переколевшая, но зато на своих ногах и сохраняя самосознавание. Миссис Коул, попавшись ей в коридоре и увидев её состояние, взяла Инну за руку и ни о чем не расспрашивая повела в ванную комнату. Экономка пустила горячую воду и сама раздела дрожащую Инну, а потом ещё и вытерла огромным полотенцем. Облачив её в такой же махровый халат, миссис Коул велела повеселевшей и согревшейся Инне идти в постель и не просыпаться до вечера.

"Антонин, я делаю это ради тебя", - прошептала Инна, устроившись на кровати и глядя на золотую капельку, её линию связи с принцом прекрасной Тапатаки. Но она не стала звать его, рано ещё было хвалиться, но пока, пока все было позади - и она провалилась в сладкое тепло сна.

Вечером перед третьей стражей миссис Коул принесла Инне теплый плащ и шерстяные чулки. Инна так растрогалась, что поцеловала экономке руку.

- О! - смущенно произнесла миссис Коул и отвернулась. - Леди Инна, сообщила она, справившись со своими чувствами, - я об этом будильнике. Он не работает. Джеффри разобрал его, и там одна ржавчина, будто механизм год пролежал в пруду. Мне достать другие часы?

- Нет, это уже не нужно, спасибо, - отказалась Инна. - Миссис Коул, решилась спросить она, - а почему вы зовете меня леди Инна? Наверное, сэр Юджин сказал вам, что я внучка какого-нибудь русского князя? Но мой род вовсе не дворянский, и...

- О нет, - серьезно возразила экономка. - Я в этом замке с девушек. Сэр Юджин тут ни при чем. Уж я-то знаю, кто леди, а кто нет, будь она хоть какого рода!

Польщеная Инна решила, что и миссис Коул она тоже обязательно-обязательно подарит красивый сон. Вот только разделается с дежурством.

Третья стража оказалась самой тяжелой. В ней был и туман, и волны насылаемого страха, и сонливость, но теперь Инну терзали ещё стоны и мольбы о помощи. И опять она, когда услышала призыв в первый раз - о помощи просил раненный доктор Юджин, едва не поддалась. А потом уж, конечно, она не верила, но слышать все эти стенания и проклятия было сущим истязанием. А ещё вокруг неё мелькали всякие змеевидные страхолюдные существа, ледяные или же горящие адским пламенем глаза пялились на неё со всех сторон из тумана, и всякие твари обступали её круг и совали призрачные руки за черту, и несколько раз Бенге приходилось кидаться и силой прогонять зарвавшуюся нежить.

Такой же были четвертая и пятая стража, Инна даже как-то уже привыкла и не боялась, хотя и начала уставать. Шестая стража оказалась ночью сплошных штурмов, уже не только Бенге, но и Инне силой приходилось выпихивать мерзких созданий за пределы круга. А в последнюю стражу ко всему уже бывшему добавилась боль - неожиданные приступы ломоты по всему позвоночнику, из-за которых Инна не могла пошевелиться и только стонала, моля всех святых и богов, чтобы это поскорее закончилось. Она даже не могла придти на помощь Бенге, он в одиночку боролся с наседающей нечистью, кидаясь из стороны в сторону и ударяя лапой то одну тварь, то другую. Инна же в это время лежала пластом на лавочке, укрыв под собой _волшебную_ флейту и выстанывая из себя бессвязные проклятия всем этим болотным гадам. Перед самым утром была последняя атака: тварь, какой-то серый ком, силой пыталась вломиться, вкатиться в круг, а Бенга с рычанием сдерживал её стоя напротив - и вдруг Инна заметила, что невидимая сила отодвигает тигра назад, он-то не пятился, стоял, выпустив когти, но все равно скользил назад, оставляя в полу бороздки от вцепившихся в камень когтей. Каким-то чудом она сумела разогнуться и кинулась на помощь - уперлась в тигриный круп и изо всех сил стала толкать вперед. Раздался громкий скрежет, шипение - и оборвалось. Пропали и туман, и холод, и стенания, и снующие вокруг Инны твари - все сгинуло как вовсе не бывало. Только они с Бенгой сидели на полу внутри круга у скамеечки, да тут же валялся плащ с меховой подкладкой, слетевший с Инны в пылу борьбы, а флейта - флейта была вот она, в руках Инны, и только прикушенную губу чуть саднило да ещё совсем чуть-чуть ныл позвоночник, но куда это против той неимоверной боли.