Кэтрин Куртц - Скорбь Гвиннеда

- Остановите его! - закричал Ран.

Но оба уже сцепились не на жизнь, а на смерть и покатились по полу. Слуги Эвана с опозданием кинулись ему на помощь, но королевские гвардейцы, устремившиеся в зал, набросились на них. Джаван толком не успел разглядеть, как это произошло, - но внезапно кровь оказалась повсюду, и умирающий Эван остался лежать среди трупов своих слуг. Руками он зажимал глубокую рану на животе, из которой торчал кинжал.

В зале наступила мертвая тишина. Пошатываясь и хрипло дыша, Мердок поднялся на ноги, поддерживая раненую руку. Между пальцев у него сочилась кровь, прямо на только что преподнесенные в дар келдишские ковры. Регент взглядом призвал к себе Ориэля.

- Но этим - никаких священников! - рявкнул он, заметив, что к умирающим приблизились двое Custodes - Никакой пощады предателям! А ты!.. - Здоровой рукой он ткнул в Деклана Кармоди, который оказался ближе всех из Дерини, не считая Ориэля. - Мак-Эван должен быть раздавлен! Теперь вы все видите, почему мы хотели убрать его. Он строил козни против короля. Мне нужны имена его сообщников.

Вырви у него мозги перед смертью!

- Нет, прошу вас. Только не Деклан! - зашептал тревожно Ориэль, хватая Мердока за рукав. - Попросите Ситрика. Урсина. Лаже меня! Кармоди еще не пришел в себя. Он может не выдержать!

Побагровевший от бешенства Мердок набросился на Дерини:

- Ты смеешь обсуждать мои приказы, Целитель?

Ты хочешь видеть смерть жены и дочери? Сейчас мы это устроим!

- Ориэль, не надо, - прозвучал внезапно голос Деклана, спокойный и отстраненный, и он уверенно направился к корчащемуся на полу Эвану, отмахнувшись от двух других Дерини, устремившихся было ему на помощь. - Это ни к чему. Я и сам могу за себя ответить.

В наступившей тишине он опустился на колени рядом с Эваном и протянул к нему руку. Герцог с жалобным стоном попытался отползти подальше.

Но в этот момент Дерини словно что-то без слов передал умирающему, ибо Эван внезапно перестал дергаться, неотступно глядя на Деклана, и убрал руки от раны на животе. Губы его зашевелились, словно беззвучно шепча: Благослови тебя Бог, и в этот миг Деклан ухватил кинжал за рукоять и стремительно выдернул из раны. Тотчас герцог закрыл глаза и откинул голову, подставляя шею под удар - и Деклан полоснул ему по горлу, разом перерезав артерии и принеся несчастному мгновенное освобождение.

- Что...

Прежде, чем кто-то успел остановить его, Дерини ударил окровавленным ножом себя по запястью и ловко перекинул его в другую руку, когда фонтаном брызнула кровь. Он успел перерезать и второе запястье - но до горла добраться не сумел. Стражники перехватили оружие, вырвав его из скользких от крови пальцев, и прижали Деклана к полу, перетянув раны ремнями.

- Ты посмел бросить мне вызов! - прогрохотал Мердок, пробравшись через весь зал, чтобы взглянуть на раненого Дерини. - Как ты посмел?!

- Герцог скончался прежде, чем я успел допросить его, - отозвался Деклан далеким, почти сонным голосом. - Я не бросал вам вызов. Я просто решил, что не могу дальше так жить. Надеюсь, на сей раз Ориэлю уже не удастся меня спасти, - добавил он, сжимая и разжимая кулаки, чтобы кровь шла сильнее. - Я не позволил бы ему - да и вы сами бы не позволили, ведь вы сами истекаете кровью. Вы лишитесь чувств, если он вам не поможет. Можете даже умереть...

Скрежеща зубами, Мердок опустился на подставленный табурет и протянул руку Ориэлю, который принялся разрезать пропитанный кровью рукав. Тем временем архиепископ Хьюберт встал между Мердоком и Декланом.

- Тебе, наверное, известно, что самоубийцы отправляются прямо в ад, прошипел он. - И я не дам тебе отпущения грехов.

- А я не стал бы вас и просить, - прошептал Деклан, запрокинув голову и обмякнув в руках своих пленителей. - У меня все же еще осталась какая-то гордость.

- Посмотрим на твою гордость, когда твоя жена и сыновья сейчас умрут у тебя на глазах! - выкрикнул Мердок, отталкивая Ориэля.

- Нет! Я же не ослушался вас! - Деклан попытался сесть, но стражники ему не позволили.

- Приведите их, - ледяным тоном велел Мердок. - А его - обезвредьте.

Мераша заструилась по жилам Дерини, прежде чем он успел осознать что происходит и воспротивиться - настолько испугался он за своих родных.

Это один из монахов Custodes ввел ему яд, уколов в шею длинной иглой, смазанной проклятым снадобьем.

- Ст-тражники это называют "деринийской колючкой", - прошептал испуганный Райс-Майкл, ухватив Джавана за локоть. Мальчик весь затрясся, когда стражники отправились исполнять приказ Мердока. - Это придумали Custodes. Но Джаван, скажи, они ведь не уб-бьют по правде семью Деклана?

Вместо ответа, Джаван лишь крепче обнял младшего брата, сам весь дрожа, ибо прекрасно сознавал, что регенты могут сделать это - и намерены исполнить угрозу.

Никакие мольбы не могли бы заставить Мердока изменить это решение - ни Алроя, ни принцев, ни даже Таммарона и нескольких придворных, не желавших омрачать так славно начавшийся праздник.

Пока двор ждал возвращения стражи, одурманенного Деклана связали и перетянули ему запястья потуже, чтобы остановить кровь, а Урсина с Ситриком также напоили мерашей. Несчастного Ориэля пощадили до тех пор, пока он не кончил заниматься раной Мердока - регенту пришлось угрожать и его семье, чтобы заставить подчиниться, - после чего Целитель также был обезврежен с помощью ядовитой "колючки". Мердок желал, чтобы все трое стали свидетелями наказания Деклана, дабы навсегда убить в Дерини мысль о сопротивлении.

Лишь женам регентов было дозволено удалиться в комнату за тронным помостом, чтобы не видеть того, что должно было случиться. Остальных стражники насильно удержали в парадном зале, дабы никто не мог уклониться от своего долга засвидетельствовать расправу над бунтовщиком.

Алрой не произнес больше ни слова; с посеревшим лицом, весь дрожа, он сидел на троне, и огромный зал теперь казался ему одной большой камерой пыток.

Рядом с ним стоял Хьюберт, зорко наблюдая за королем. Манфред заставил принцев разжать объятия и держался сбоку от Райса-Майкла, у которого был такой вид, словно он сейчас предпочел бы очутиться за тридевять земель отсюда. Ран встал рядом с Джаваном, не позволяя ему отвернуться. Когда стражники ввели Гонорию Кармоди с двумя малышами, принцу показалось, что его вот-вот стошнит, и он в самом деле сглотнул желчь, - он никак не мог поверить, что регенты, и впрямь, решатся на такое.

К огромному облегчению всех присутствующих, Мердок несколько смягчился - казнь этих троих невинных душ была проведена милосердно быстро.

Три лучных тетивы вмиг накинули им на шею, затянули.., и все было кончено, едва успев начаться. Все же зал испуганно застонал, как один человек - и все это перекрыл горестный вопль Деклана.