Олька Злая - Безвечность

- Я сама подписалась на это и рада, что узнала правду. Миф о том, что я каждые несколько лет буду забывать свою жизнь, развеялся. Я едва узнала лицо Брендона, когда приняла его за таксиста, как и песню, которую он включил. Подозреваю, что это было самовнушение. Когда столько лет живёшь с мыслью, что забудешь какие-то определённые события, на подсознательном уровне начинаешь со временем забывать и всё остальное. Хотя, будем честными, в моём возрасте давно пора обзавестись склерозом. - Последние слова развеселили Кая, но вижу, что ему по-прежнему меня жаль. - Спасибо за поддержку, милый. Я справлюсь. Сорок лет жизни, как будто прошли мимо меня. Каждый день был похож на предыдущий. Наверное, поэтому сложно составить хронологию событий.

- Представляю, что творится у тебя в голове. Как будто твои вырванные страницы прошлого сложились в цельный фильм.

Кай угадал. Примерно так можно охарактеризовать мои видения.

- Я снова стала видеть сны. Наверное, их отсутствие было побочным эффектом процедуры, - предположила я. - Жаль, я не могу поинтересоваться об этом у доктора, который проводил операцию. Полагаю, он уже умер, если, конечно, не изобрёл таблетку бессмертия.

- Возможно, кто-то продолжает его дело. Мы можем найти этих людей.

- Ты толкаешь меня в объятия нового забытия, я же могу соблазниться! - Мы засмеялись, но я быстро себя оборвала, вспомнив о мальчике, которого вычеркнула из жизни. - Я попала в больницу в тот день, когда умер Тони. Мне кажется, это было роковым наказанием за то, как гадко я с ним обошлась.

- Не выдумывай! Он не держал на тебя зла, - сказал Кай и, заметив моё удивлённый взгляд, понял, что проболтался. - Перед смертью мы с ним разговаривали о тебе. Мне стало страшно, что я стану таким же обезумевшим от неразделённой любви стариком.

- Твоя любовь взаимна, Кай, - сказала я, взяв его руку в свою. Мы оба почувствовали, что не можем прерывать нежностями важный разговор. - Всё это время я боролась с собой, представляя тебя на месте несчастного Тони. Я разрывалась. Не хотела для тебя такой участи, понимаешь? Лучше в будущем я буду твоей внучкой, чем позволю тебе умереть одиноким!

- Я знаю. Не плачь, солнце. Тебе нельзя волноваться, иначе доктор тебя не выпишет.

Кай меня убедил, и я поборола желание заплакать. Похоже, он смирился с нашей участью или просто не хочет выглядеть слабым. Как бы то ни было, изнашивание его организма мы остановить не можем, как и возобновить моё.

- Просто на меня обрушилось знание того, что я стёрла Тони из памяти. В тот момент я руководствовалась страхом. После смерти Стефана я стала сторониться Тони, не хотела давать ему надежду. Мне казалось, что он видит меня насквозь. Он знал о моём даре, и я боялась, что он станет шантажировать меня, чтобы заполучить моё расположение. Сейчас, заново познакомившись с ним, я поняла, что он никогда в жизни не сделал бы ничего подобного, но тогда Тони казался мне угрозой. Я бы рассказала ему правду, если бы успела.

- Нам бывает стыдно за свои поступки. Мы анализируем своё поведение, вспоминаем сказанные слова, представляем, как нужно было поступить в той или иной ситуации, но делаем это уже после того, как совершили ошибку. Смысл терзать себя, если прошлое не переписать? Ты была дорога Тони до последней минуты его жизни, и ему было всё равно, стёрла ты воспоминания о нём или нет. Важно, что он встретился с тобой в конце пути...

- Всё-таки он не бредил. Тони узнал меня. Если бы я помнила манеру его поведения и значения взглядов, то сразу бы догадалась, что он не поверил в байку о внучке Евы Стюарт. Как я всегда и считала, он видел меня насквозь, - сказала я, и у меня по телу мурашки пошли, когда представила, каким ничтожным чувствовал себя Тони.

- Да, он узнал тебя и не удивился твоей молодости. Думаю, вскоре ты поймёшь, что это означает...

На этой грустной ноте в палату вошла медсестра, чтобы замерить мне давление и напомнить о приёме витаминов. Мне разрешили переодеться из больничной одежды в свою пижаму, и я поспешила принять душ, после которого мне стало гораздо лучше, как будто я смыла с себя весь нахлынувший из недр памяти негатив.

Остаток вечера мы с Каем смотрели фильмы и практически не разговаривали. Он лежал со мной на кровати, а на ночь передвинул диван и перебрался на него, чтобы мы могли спать рядом и в то же время не вогнать в краску вошедшего утром в палату врача. Удивительно, что место, где поселились боль и отчаяние, стало для меня романтическим.

Когда Кай пожелал мне спокойной ночи, я ещё долго не могла уснуть, потому что боялась больше не проснуться, и слушала его ровное дыхание. Как я и ожидала, сладких снов я не увидела, зато вспомнила кое-что очень важное, о чём не было написано в дневниках, потому что на тот момент я их ещё не вела. После процедуры стирания памяти я забыла это событие, поскольку оно было потрясением для меня, даже, можно сказать, детской травмой, но удивительные последствия того стоили.

Проснувшись ранним утром с этой мыслью, я несколько часов не могла поверить в реальность сна. Я прижала к себе Касси, которая неизменно спала возле меня. Я способна причинять не только боль.

- Я вспомнила, откуда у меня дар исцеления! - сказала я, как только Кай открыл глаза. Он зевнул, лёг на бок и улыбнулся. Эти действия показались мне настолько милыми, что я на пару секунд забыла, что хотела рассказать.

- Кажется, твоя миссия выполнена. Все тайны раскрыты! - Кай сделал глоток воды и приготовился слушать.

Мне не терпится попасть домой, но прежде чем распрощаться с больничными стенами, хочу поделиться самой фантастической новостью, которая ещё вчера была мне неизвестна.

Глава 28. Небесное тело.

Осторожнее в своих желаниях.

Седьмого марта 1993 года, отпраздновав в кругу семьи свой тринадцатый день рождения, Ева решила прогуляться в парке со своим щенком Зевсом. Родители девочки не отпустили бы её одну в соседний посёлок, если бы Тони не вызвался пойти с ней. Десятилетний охранник вряд ли смог бы отбиться от маньяков или местных пьяниц, но нападения случались крайне редко, поэтому родители Евы были спокойны. Они просто хотели, чтобы у дочери были друзья. Девочка не разделяла их точку зрения, и стоило им с Тони выйти из поля зрения мистера и миссис Стюарт, как она вежливо попросила сопроводителя удалиться. Мальчик знал, что сопротивляться бесполезно и уступил подруге. Она не видела, что Тони, скрываясь за деревьями, последовал за ней. Ева чувствовала его присутствие, но её устраивало, что он не пристаёт к ней с разговорами, которые сейчас ей хотелось заводить меньше всего.

Когда Ева оказалась на территории парка, она выпустила Зевса побегать по полянке, покрытой молодой травой. Девочке нравилось это место из-за его малолюдности и отсутствия аттракционов, на которых она боялась кататься. В парке были только дорожки для езды на велосипеде, скамейки и редко посаженные деревья. Ева выбрала высокую иву и постелила под свисающими ветками покрывало, которое достала из рюкзака. Тони сидел неподалёку, притворившись, что читает газету, и наблюдал за действиями Евы. Он не первый раз видит, как она сидит под деревом с книгой в руках, после того как с другой стороны широкого ствола насыплет сухой корм в миску, стоящую возле могилки своего первого котёнка. Родители назвали Еву безответственной из-за того, что она не уследила за животным, когда тот выбежал со двора, и его разорвала собака. Похоронить котёнка возле дома ей не позволили, поэтому девочка, набравшись мужества, уложила мёртвое растерзанное тельце котёнка в коробку из-под обуви и закопала в парке, под этой ивой. Это было два года назад, и Ева даже не подозревала, что история через пару лет повторится. Ей снова придётся спрятать котёнка в коробке и сказать родителям, что всё равно похоронит его, но у этой истории будет счастливый конец. Ева будет обладать даром исцеления, и котёнок не умрёт. По её просьбе Тони приютит Снежка у себя дома, но ни мальчик, ни Ева ещё этого не знали.