Дэвид Коу - Сыны Амарида

- Что?

Джарид кивнул:

- Это правда. Я просто забыл. Я спросил Терона о своем сне, а он сказал, что тоже видел этих магов. Они ходят по одному или по два, но как-то он видел целых шестнадцать. Потом один умер, но Терон не видел, как именно.

Транн выдохнул сквозь зубы.

- По крайней мере, теперь мы знаем, с кем имеем дело, - заметил Баден. - Еще тринадцать бродят по Тобин-Серу и могут сотворить с любой деревней то, что мы видели вчера в Излучине.

- Думаешь, они из Лон-Сера, Оррис? - спросил Джарид.

- Да. Судя по тому, что сказал мне Кроб, это более чем возможно. Они точно не из Аббориджа, а больше вроде бы неоткуда.

- Я согласен, - мрачно произнес Баден.

Элайна нервно провела рукой по волосам:

- Мы так мало знаем о Лон-Сере. Баден тоже подумал об этом.

- Теперь мы знаем больше, чем вчера, - заключил Оррис. При свете костра его карие глаза казались почти черными. - Они обладают знанием, которое позволяет им создавать оружие, имитирующее природу. Это мастерство, которое далеко превосходит то, что известно в Тобин-Сере. Мы много лет считали тамошних ремесленников самыми искусными в мире, и товары, которые шли к нам оттуда через Абборидж, подтверждали это. Тонкость их работы просто в голове не укладывалась. - Он помолчал, глядя в огонь. - Они могут копировать живую природу. Это многое объясняет.

- На древнем языке есть определение для подобных способностей, приглушенно сказал Транн. - Мелорсиад, или, буквально, ложное знание о жизни.

- Кроб называл это механизацией, - добавил Оррис. - Они используют инструменты, чтобы создавать инструменты, которые, в свою очередь, создают другие инструменты. Глядя на этих птиц, я как раз подумал об этом. Они были не более чем инструменты - пусть и совершенные, призванные обмануть нас своей "реальностью". Но если отбросить все иллюзии, это не более чем приукрашенный молоток или плуг.

- Механизация, - с трудом повторил Джарид. - Я все же предпочту мелорсиад.

Оррис усмехнулся:

- И я. Но ведь мы кое что о них уже знаем.

- Мы знаем, что их возможности просто нельзя оценить, - с отчаянием в голосе сказала Элайна. - Мне лично от этого не легче.

- Но это не все, - настаивал Оррис. - Мы еще знаем, что они не владеют магией в нашем понимании и что им от нас нужно нечто такое, что заставило их сплести этот заговор.

Элайна нахмурилась:

- Да, это уже кое-что. Но они-то знают о нас больше, верно?

Снова ее мысли совпали с мыслями Бадена.

- Элайна права, - сказал Магистр голосом, почти утонувшим в свисте ветра над степью. - Они знают об Ордене, о том, как мы одеваемся, о предметах и существах, которые всегда с нами. А последние три нападения были спланированы так, что маг, присутствовавший на Собрании, мог еще и поучаствовать в них. Они даже знают, что мы оставляем перья.

- Наверное, Сартол подсказал, - зло усмехнулся Оррис.

- Возможно, - согласился Баден. - В общем, они знают о Тобин-Сере достаточно, чтобы сосредоточиться на подрыве репутации и положения Ордена. - Он посмотрел на Орриса: - Я пришел к запоздалому выводу, что ты был прав. Пора всем магам установить мысленную связь. На Тобин-Сер напали впервые за четыреста лет, и мы это допустили.

Вспыльчивый маг ответил ему взглядом, выражение которого было невозможно понять. Потом он кивнул.

Джарид ковырял в костре суком, в который все еще был заключен его яркий голубой церилл.

- А если другие не согласятся? - Он поднял глаза на дядю из-под густой копны волос, упавших на лоб. - Конечно, я верю вам с Оррисом, но если не поверят они... Насколько я могу судить, Орден не так-то просто растормошить и заставить действовать. А этот стеклянный глаз некоторым вообще ничего не скажет. У нас больше ничего нет?

Баден вынул темный кусочек, найденный в Излучине.

- Мы нашли вот это, держи. Это кусок материала, из которого были сделаны птицы.

Странный предмет передали по кругу.

- Это ни на что не похоже, - сказал Транн. - И все же я согласен с Джаридом. Конечно, вы точно все рассказали, но другие, увидев эти остатки, едва ли представят искусственных птиц и исторгающее огонь оружие.

Баден невесело рассмеялся и повернулся к Оррису:

- Знаю. Но я рассчитываю еще и на присутствие Джарида и Элайны и на посох Терона. Если мы сможем убедить Орден в предательстве Сартола и заставить магов выслушать все про Терона, этих кусочков вполне может хватить. - Он смиренно пожал плечами. - Больше у нас ничего нет.

Баден поднял глаза в небо. В северном небе плясала Леора. Он устал и от этого обсуждения, и от битвы, и от бесконечной скачки.

- Пора спать, - заметил он. - Понятно, что Сартол прибудет в Амарид раньше нас, но нельзя оставлять ему слишком много времени, чтобы он наводнил своей ложью Великий Зал.

Все медленно поднялись; они, похоже, устали не меньше, чем он сам. Баден, Транн и Оррис устроились у костра, Джарид и Элайна вместе отошли на несколько ярдов. Несмотря на усталость, Баден обнаружил, что мысли так и не дают ему уснуть. Какое-то время он с этим боролся, но потом осознал, что борьба эта безнадежна, перевернулся на спину и принялся смотреть в небо.

Сартол, вероятно, уже добрался до Леса Тобина и будет в Амаридё дней через пять. И что потом? Магистр могуч и очень умен. Но, строго говоря, не он наша главная головная боль, подумал Баден. В конце концов, это всего лишь один человек, и если убедить Орден в его предательстве, то с ним можно будет справиться.

Другое дело - его союзники. Терон сказал, что с таким врагом Орден еще не сталкивался. И чтобы выстоять, Орден должен измениться. Иначе конец, закончил Баден мысль Неприкаянного Магистра. Джарид и Элайна не утверждали этого, но, очевидно, подобная мысль подразумевалась. И притом Баден знал, что без Ордена стране не выстоять - вот в чем дело. Вот почему осуществлялись эти нападения, вот почему от вандализма они дошли до убийств. Кто бы там все это ни спланировал, он прекрасно знал, с чего нужно начать. И он позаботился, чтобы Орден утратил поддержку со стороны народа. Таков был ловкий замысел этих "магов" из Лон-Се-ра. Но какова их цель? Абборидж, например, воевал с Тобин-Сером за территории, не более и не менее. Возможно, здесь имеет место нечто подобное. Но скорее всего этим дело не ограничится. Хитрость и безжалостность захватчиков говорили о более глубокой и мрачной цели. Магистр не представлял, какова эта цель, но смутно предчувствовал, что речь идет о чем-то большем, чем территориальная целостность Тобин-Сера. Эта война, если это была действительно война, шла за само существование страны.

И он понял, что если Орден хочет победить, то он должен отдать власть более молодым лидерам. Одинан, Ньялль и другие старые Магистры слишком противились переменам и вполне могли привести