Всеволод Ревич - НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 28 (1983)

— Через несколько дней.

— Ну что ж, надеюсь, увидимся там. Случайно. На выставке или в концерте…

— Да, да… — ответил я, — впрочем…

— Что? — спросила она немного испуганно.

— Вы правы в том, что случившееся здесь неповторимо.

— Но почему? — спросила она еле слышно.

— Не знаю, что и сказать… Я вас об одном прошу, если случайно в Москве встретимся, не сердитесь, что пройду с независимым видом.

Она поежилась.

— Обстоятельства?

— Да. Но хочу признаться, что встреча с вами для меня немалое… может быть, главное событие в жизни.

Она усмехнулась горько.

— Вы шутите. О каком событии речь, когда в Москве вы собираетесь вовсе не узнавать меня.

— Этот приезд в Ригу… как вам объяснить? Я ведь тоже в некотором роде инкогнито. Я в эти дни вовсе не я.

— Вы говорите загадками.

— Но одно, без сомнения, верно. Я много думал о вас, смотрел на ваш портрет.

— Портрет! А знаться со мной не хотите.

— Только с вами я и хотел бы знаться.

— Я глупости вчера говорила. Предлагала куда-то ехать. Простите меня, я потеряла голову. У вас совершенно другая жизнь. Зачем вам дружба с какой-то курсисткой? Но эта встреча… Все так неожиданно. Сначала я даже вообразила, что вы приехали вслед за мной специально. Все мы полны мечтаний, но жизнь — это совсем другое…

— Вы и представить не можете, как порой жизнь обгоняет любые мечты, — сказал я.

— Мечты… — проговорила она тихо. — Какие уж тут мечты…

Я взял ее за руки, они были холодные от волнения.

— Послушайте, — сказал я, — у меня нет никаких прав разговаривать с вами откровенно. Но поверьте, только самые необычные, фантастические обстоятельства разъединяют нас с вами. Но, впрочем, и они не в силах так сделать, чтобы я перестал думать о вас.

Она подошла к окну.

— Я тоже… тоже всегда буду помнить эти дни…

Молчание.

— Это прощание… — сказал она, — странное прощание, когда и встреча-то не вполне состоялась. Я ничего не понимаю. Впрочем, зачем размышлять. Значит, так угодно судьбе.

— Судьбе… — усмехнулся я.

— Кому же еще? — спросила она.

Раймонду Гроту, хотел сказать я, но тут же подумал, почему бы судьбе не выступить и в таком обличье?

— Ну, мне пора, — проговорила она.

— Одна просьба, — сказал я. — Позвольте мне вас не провожать, а уйти несколько раньше.

— Я и не рассчитывала на такую услугу, — ответила она, — сейчас подъедет извозчик. Да, впрочем, вот он уже подъезжает.

Свеча догорела, и в комнате стало темно, только с улицы пробивался свет фонарей. Я подошел к окну и увидел, что прямо напротив дома, занимая почти всю ширину мостовой, остановился роскошный лимузин.

— Извозчик… — пробормотал я. — Это за вами?

— Я говорила с ним днем. Он заломил целых три гривны. Тут и пешком совсем близко, но у меня тяжелый портплед, я накупила книг, они так дешевы в Риге.

Болела голова. Я пытался разглядеть силуэт человека за рулем машины. Зачем остановился здесь этот автомобиль? Я никогда не видел такой красивой, сверхсовременной машины. Ей кажется, что это извозчик. Кто же из нас видит не так?

— Странный, однако, извозчик, — сказал я неопределенно.

— Да, они не похожи на наших московских. У этого целое ландо. Я видела тут извозчиков с громадными каретами, их нанимают кататься у моря.

— Знаете, — сказал я внезапно, — давайте я все-таки поеду с вами на этом «извозчике».

— Буду очень рада, — ответила она просто.

Отчаянно колотилось сердце. Каждую минуту я ожидал, что комната вдруг опустеет и металлический голос объявит, что «объект удален из сферы внимания». Но этого не случилось.

Я взял ее сумку, и мы вышли из комнаты.

— Хотела проститься с хозяином, — сказала она, — но он, чудак, объявил, что прощаться не любит, ни с кем не прощается, и просил плотнее прикрыть дверь.

Мы спустились по каменным ступеням и подошли к машине. Я еще раз подивился ее сияющим формам. Выскочил водитель и распахнул перед нами дверь.

— Прошу вас, прошу! — бормотал он, неловко кланяясь.

Это был Раймонд Грот.

— Господин Грот? — удивленно сказала она.

— Ах, сударыня! Я решил сделать сюрприз и отвезти вас в своем экипаже. Зачем тратить деньги?

— Но я договорилась с извозчиком.

— Извозчик уже отправлен, он получил свои три гривны.

— Любезно с вашей стороны, — сказала она недоуменно.

— Садитесь, садитесь!

— Позвольте, но чем я обязана?

— Да просто вы мне симпатичны, и все! Могу я отвезти вас к поезду в своем экипаже?

— Отчего же… — Она посмотрела на меня вопросительно.

Я решительно запихнул сумку внутрь машины.

— Хороший у вас экипаж, — сказала она.

— А лошади! Я домчу вас в одно мгновение! — Раймонд Грот засмеялся.

— Я не спешу, до отправления еще целый час.

— В таком случае, поедем медленно.

Машина тронулась. Я напряженно смотрел в окно, мимо проплыл собор Екаба и дома «Три брата». Машина бесшумно и плавно шла к Домской площади. Внезапно я почувствовал, что ее холодная рука легла на мою ладонь.

— У меня к вам просьба. Подарите ту репродукцию, ведь настоящего портрета я, кажется, не увижу.

— Хорошо, — сказал я, — но она не со мной, я оставил ее на улице Эрглю.

— Есть еще время заехать, — сказала она.

Я размышлял недолго.

— Господин Грот, нельзя ли завернуть на улицу Эрглю? Всего на минуту.

— Не было бы ничего проще, — ответил он, — но до отправления поезда осталось десять минут.

— Как! — воскликнула она испуганно и стала рыться в сумочке в поисках часов. — Боже мой, в самом деле! А мне казалось, еще целый час.

— У меня очень точные часы, — сказал Раймонд Грот, — да вот и на соборе, взгляните.

— Да-да, — заговорила она быстро, — ошиблась, теперь бы не опоздать.

— Почему бы вам не поехать завтра? — спросил я внезапно. — Ведь вы свободны несколько дней. О билете я побеспокоюсь.

— Весьма сожалею, — вмешался Раймонд Грот, — госпоже надо ехать. Не хотел ее беспокоить, но получена телеграмма. — Он протянул белый листок бумаги.

Она прочла и задумалась.

— Что-то важное? — спросил я.

— Подруга, та, о которой вам говорила, просит быстрее приехать.

Он может сотворить телеграмму хоть от германского кайзера, подумал я.

— А вот и вокзал, — сказал Раймонд Грот. — Прощайтесь, до отправления поезда осталось немного.

И тут я сказал:

— Придется нам попрощаться с вами, поскольку я тоже намерен поехать в Москву.

— Ваш поезд отправляется с другого перрона, — быстро ответил он.