Дмитрий Щербинин - Звезда

- В системе обнаружено только одно крупное тело сравнимое с Луной. Тело состоит из слипшихся плит, подобных тем, которые нас окружают. Процесс планетообразования не был завершен из-за близости системы голубой гигант черная дыра - с неравномерными периодами здесь проходят выбросы из этой системы. Природа их не установлена, но именно из-за них глыбы принимают такую причудливую форму. Наличие большого количества излучений в различных диапозонах делают...

Однако, мозг так и не успел досказать то, что хотел, потому что все потонуло в громогласном, торжествующем вопле Вилтора:

- ВОТ ОНА!!! ТЕПЕРЬ ТО ВСЕ ВИДИТЕ?!!! ВОТ, ВОТ ЖЕ ОНА!!!!!

И, действительно, теперь уже отчетливо он видел космический корабль. Не какой-то там инопланетный - нет - самый обычный людской корабль предназначенный для небольшого количества пассажиров. Белеющий, словно лебедь из старых фильмов, стремительно летел он перед ними, отдергивался в стороны, когда на пути попадались глыбы. При этом Вилтор почувствовал еще и сильную боль в голове - будто шило раскаленное вклинивалось в затылок - не обратил он внимание на эту боль, слишком был поглощен. Кричал исступленно:

- Ну, что же вы молчите?! Что?! Теперь то все видите?! Вот Она! Скоро уже!..

- Вилтор! Милый, муж - спаси! Давай повернем! - голос Веры дрожал - она была в ужасе. - Ничего мы не видим... Здесь излучения какие-то... Страшно здесь!.. Жутко!.. Спаси!..

- Да вы слепые!..

- По прежнему не зафиксировано никакого искусственного движения. отрапортовал корабль, и тут же. - Внимание - стремительно надвигается сильное магнитное поле...

И тут Вилтор увидел - с одной стороны небес стремительно меркли звезды, непроницаемая, без единого проблеска надежды чернота разливалась там. Что-то невидимое, огромное стремительно надвигалось.

- Капитан, ищу пространство необходимое для гиперпрыжка, слишком высока плотность...

- За ней! За Звездою!

Так, не в силах сдержать стона от сильной рези в голове, пророкотал Вилтор, и вот сам, забывши, что у него есть тело, что он не дух, способный в одно мгновенье преодолевать сколь угодно большие расстояния, метнулся через невидимую каюту, к тому белеющему кораблю, который летел быстрее их, удался. Он врезался в стену, упал - в то же время осталось позади крупное скопление глыб и неожиданно открылась та самая планета лунных размеров о которой говорил корабль. Хорошо было видно, что она была насильственно слеплена из уродливых, кривых, похожих на клыки глыб - они дыбились делая ее больше всего похожей на вздувшегося и распрострашенного морского ежа, которого окружала блекло-розоватая дымка. Именно к этой планете и несся корабль Кэролайн - Вилтор ревел, чтобы увеличить скорость преследования, мозг отвечал, что необходим прыжок, Вера рыдала, теща кричала, Санти стонал, схватившись за голову - в общем, гвалт стоял совершенно невыносимый. Однако, гвалт этот продолжался совсем недолго - затем Вилтор, который все время пристально вглядывался увидел некое стремительное движение тьмы, на мгновенье все померкло, затем стала видна каюта в которой все они на самом деле находились, что-то затрещало, завыла тревога, а потом - нахлынула тьма, и Вилтор уже ничего не помнил.

* * *

Когда-то, еще в самую раннюю пору юности Вилтор был буквально влюблен в старинную романтическую литературу - писатели прошлых веков предполагали, что астронавты будущего будут попадать в катастрофы так же как матросы при морских штормах. Герой выживал, а вот разбитый корабль уже не мог отвезти его домой, вообще не мог каким-либо образом соединить с цивилизацией. И этот несчастный (или наоборот - счастливый) оставался один на один с неизведанным миром, попадал во всякие необычайные приключения, иногда встречал какую-нибудь прекрасную туземку, влюблялся в нее. Обычно такие истории заканчивались счастливо, а Вилтор зачитывался, представлял себя на месте того или иного героя... Теперь, придя в себя, он прежде всего понял, что попал именно в такую ситуацию.

Прежде всего он увидел смятый, искореженный, еще горящий корабль - он был метра в ста от него, и Вилтор непременно бы погиб, если бы не успела сработать капсула - именно в ней он и стоял. От удара капсула пробила каменистый грунт, и он по колени погрузился в него. За покрывшимся мелкой паутинкой трещин открывался чуждый вид: неподалеку плато рассекала исполинская пропасть, из глубин ее подымалось бордовое свечение, с другой же стороны высился не менее исполинский склон, вершину которого скрывала темно-серая муть. Поверхность беспрерывно сотрясалась, иногда с иной стороны ущелья проносились некие расплывчатые тени в глубинах которых перекатывались бордовые блики, однако, из-за дальности и их стремительности Вилтор так не смог разглядеть, что это такое. Кое-где на небе сияли звезды, но большая его часть была погружена в непроницаемую черноту. Вилтор тут же вспомнил о мраке, который и послужил причиной падения, и, поморщившись, спросил:

- Что - это невидимое вещество приближается к планете...

Что-то щелкнуло, и механический голос через шипения поведал: "Выброс из черной дыры. Состав неизвестен. Большая интенсивность излучений - многие не поддаются классификации. Полная поглощаемость света - плотность неизвестна скорость неравномерна. Возможность столкновения с планетой через пять-шесть часов... Неточные сведения: температура на поверхности - до пяти тысяч градусов, предположительно, наружный непроницаемый слой служит оболочкой для внутренних, нагретых до сотен миллионов..."

Однако, Вилтор уже не слышал, что говорила ему капсула - он увидел другую капсулу, которая шагах в тридцати от него ушла в грунт более чем на половину - стекло все было разодрано, все залито кровью.

- Чья это капсула?!! Чья?!! - вскричал Вилтор.

- Вашей тещи. - спокойно констатировала капсула.

- Она, ведь, еще жива?!

- Жизненные процессы прекратились мгновенно...

Вилтор попытался вызвать в себе горечь, однако, тут почувствовал, что никакой горечи нет, в какое-то мгновенье в глубине своего сознания даже отметил, что - это даже хорошо, что тещи теперь нет, что никогда больше не будет она надоедать ему своим ворчанием. Конечно, в то же мгновенье он очень устыдился этаких своих мыслей - отбросил их с отвращением, и даже проговорил несколько каких-то горестных, неискренних фраз, потребовал, чтобы капсула определила состав атмосферы. Удивительно, почти невозможно, но атмосфера оказалась пригодной для дыхания, разве что воздух был через чур жарким, но не превышающим все ж допустимых пределов. Прозвучали какие-то предупреждения, и вот капсула распахнулась - Вилтор выбрался на поверхность, почувствовал сильную слабость в ногах, едва не повалился, и вот, проклиная эту слабость, выкладывая все силы, почти бегом устремился к разбившемуся кораблю. Несмотря на то, что видно было, что эта груда уже никогда не полетит, он, все-таки, смутно еще на что-то надеялся, и только когда подбежал к борту, когда увидел, насколько же там все искорежено, и когда спросил у мозга относительно жены и сына и получил в ответ только треск пламени - то смирился, понял, что всякая надежда на починку тщетна. В какое-то мгновенье он осознал, что хочет, чтобы и Веры и Санти больше не было, но тут же он ужаснулся собственным мыслям, назвал даже подлецом обернулся и увидел их капсулы. Просто удивительно, как это он не заметил их прежде! Он подбежал к одной из капсул, взглянул за стеклянную поверхность там стояла Вера, бледная как смерть, смотрела на него испуганными глазами. Он помог ей выбраться, и уже вместе они открыли капсулу с Санти. Мальчик был еще более бледен чем его мама, и, как выбрался, так подбежал к ней, обхватил и крепко-накрепко прижался, вздрагивая всем телом, беспрерывно рыдая, спрашивая, когда же придет помощь, когда вызволят их из этого места.