Сергей Палий - Изнанка

Ознакомительный фрагмент

Рысцов ничего не понимал. Зачем? Смысл? Этот поступок не-ло-ги-чен!

Родя – не поворачивался уже язык назвать его майором Степановым – радостно глядел в объектив С-камеры и улыбался. Спустя минуту он подтянулся на жилистых пальцах, влез обратно в кабинет и сел за стол. Копельников был искренне рад только что проделанным выкрутасам. Или – Степанов? Черт подери, что за бред?..

Прокол сценариста? Или сбой в аппаратуре? Чепуха. Ни то ни другое...

Мелькнула заставка «Sony Dream Digital»... раздался оглушительный грохот... Что происходит?..

Рысцов сел на постели и потер затекшую шею ладонями. В голове еще слегка шумело от снотворного, часы показывали 5.15. За окном бушевала гроза, то и дело молния создавала короткую световую пульсацию, и гром облегченно рушился на Москву.

Он проснулся от грохота? Странно. Очень странно – обычно во время просмотра С-видения человека довольно трудно разбудить. Прибор притупляет восприятие раздражителей извне. Хотя... всякое, конечно, бывает.

Что же произошло с Копельниковым? Рысцов пожевал губами, легонько стукнул пальцем по ресиверу, вживленному в череп за правым ухом – вроде работает. Вздохнул, помассировал гудящие виски. Сил обдумывать что-либо не осталось. Завтра, завтра, завтра... Вернее – уже сегодня. А теперь – хоть немного поспать.

Он протянул руку, надавил на сенсор питания С-визора, отключая прибор, и откинулся на подушку. Надоели все ж треклятые сны. Они повсюду. Сны. Днем мастеришь чужие сны, ночью смотришь свои сны. Сны. Сны, сны... Так хочется иногда провалиться в темную бездну обыкновенного небытия. Чтобы и тени не было этих ярких призраков жизни... этих навязчивых миражей...

После пяти-восьми часов, проведенных в живописных грезах под включенным С-визором, как правило, целый день чувствуешь себя разбитым и вялым.

Будильник был жестко проигнорирован. На работу Рысцов не опоздал лишь по счастливой случайности: в девять его разбудил телефонный звонок. Трубка долго и нудно ворчала похмельным голосом Шурова и в конце концов предложила «забить на всех продажных спекулянтов сенсациями вкупе с бессовестными плагиатчиками большую дулю и срочно нажраться в дугень».

Валера включил громкую связь. Он слушал это сладкое щебетание Артема и лениво натягивал джинсы. Гроза поутихла, и за окном местами даже проглядывало солнце, хотя на градуснике красный столбик упирался в рисочку чуть ниже циферки 15.

– Ладно, Тема, – сказал он, одевшись. – Увидимся на работе. Приходи в себя.

– Я в себе, – буркнул телефон и недовольно засопел. Через некоторое время буквально выстрелил тремя вопросами: – Как думаешь, Игоревна загрызет? Может, больничный взять? Сумею посимулировать?

– Чем болеешь?

– Воспалением спинного мозга, блин! И печень недавно в унитаз выплюнул...

– Заразно?

– Пошел в задницу...

Рысцов поводил носом и улыбнулся, слушая загукавший короткими сигналами аппарат. На кухне его ждал полупустой холодильник, а за дверью – консьержка тетя Люба, бессменная столичная суета и тяжелейший рабочий день.

Да уж... пятница-развратница...

В самый высокий небоскреб делового центра «Москва-Сити» Валера вошел без пятнадцати десять. В коридоре на семьдесят третьем этаже, прямо возле лифта, он уперся лбом в грустного Феченко.

– Как дела? – поинтересовался здоровяк замогильным голосом. – Мир рушится?

– Мир всегда немножко рушится, – философски заметил Рысцов, пригладив короткие черные волосы. – Если б он только и делал что рос, то давно разлетелся бы, как Вселенная после Большого Взрыва.

– Шутишь, да, – обреченно констатировал Феченко, аккуратно выщипнув волосок из бороды. – Мне бы с Копельниковым повидаться... ну или с Петровским, в крайнем случае. Я звоню, звоню к ним на студию, а автоответчик вежливо так посылает... Ты вхож вроде в их тусовку... Не устроишь свиданьице?

Рысцов глянул на рыхлую физиономию снизу вверх. Так, и этот туда же. Глазки красненькие, не выспался. Неужто тоже ноченьку напролет фольклор про майора Степанова изучал?..

– Пошли-ка ко мне, – сказал он, – подумаем, что можно придумать.

– Тавтология, – печально ответил гигант культуры, – и планерка скоро.

– Успеем.

Протиснувшись в кабинет к Валере, Феченко скосил лошадиный глаз на папку «VIP-контракты», на которой со вчерашнего вечера одиноко лежал галстук в красно-серую клетку, и присел на краешек стула. Потупился.

– Смотрел сегодня фильм с Копельниковым? – в лоб рубанул Рысцов, упираясь ладонями в стол.

– Бу-бу-бу... – тяжко вздохнул Феченко. – Смотрел.

– Что думаешь?

– Полагаю, что кто-то из всех нас рехнулся. И, возможно, не один.

Валера наконец сел в кресло и нервно закурил. Медленно выдавил:

– Ты про сцену на сорок шестом этаже, я правильно понимаю?

Феченко непонимающе уставился на него.

– На каком таком этаже?

– На сорок, мать его, шестом!

– Не было там такой сцены вовсе...

– Та-ак... – Рысцов встал и прошелся по кабинету, повернулся на каблуках и поинтересовался: – А что же тебя в таком случае удивило?

– Ну... несколько странно выглядело, когда этот самый... майор Степанов, что ли... ни с того ни с сего полез на шпиль Адмиралтейства в Питере...

– Куда?!

– На шпиль. Вообще-то он должен был гнаться за бандюганом каким-то по Васильевскому острову. Я сначала думал, напутал чего по невнимательности, даже специально сценарий в Интернете нашел и проверил. Все правильно – обязан бежать по улице. Погоня и так далее... А этот тип вдруг...

– Стоп. – Рысцова буквально озарило: – Ты какой фильм смотрел?

– «Северная канонада», по-моему...

– Ясно.

Валера усмехнулся. Черт возьми, они просто о разных картинах последние пять минут рассуждают. Остолопы. Оба.

– Так он, говоришь, полез на Адмиралтейскую иглу?

– Ну да. – Феченко передернул плечами и выдрал еще один волосок из бороды. – Я же сам перепугался жуть как...

– Почему?

– Так я в интерактивном режиме глядел. В теле этого пресловутого майора... И главное, ни черта не могу поделать, представляешь! Лезу как чумной... Ни остановиться, ни обратно спуститься – словно бес вселился. Сэйф-система такое экстренное пробуждение мне устроила – будто из пушки в явь выпустила...

«Ничего себе! – подумал Рысцов. – Экстренка – это уже нешуточно. Для того чтобы аварийная система С-визора сработала, человека нужно капитально испугать».

– Ясно, – сказал он вслух. – А зачем тебе сейчас Копельников с Петровским нужны?

– Ну как же, – почесал в затылке длинноволосый начальник отдела культуры, – интересно было бы поспрашивать у них, с какой целью такие нелогичные и странные поступки пропускаются в прокат... Мы бы репортаж любопытный сделали...