Александр Шалимов - Пленник кратера Арзахель

Но все это произойдет еще не так скоро, если, конечно, планов не изменит следующий сейсмический толчок... Я очень устал во время маршрута, а на отдых сейчас нет времени. За работу... Записи продолжу завтра,

9 мая (вечер)

Последние часы, которые провожу на борту "Атланта". Пришлось много раз открывать и закрывать выходной люк. Давление воздуха внутри корабля сильно упало. Сейчас оно почти такое, как на вершине Эвереста. Двигаться без кислородной маски трудно.

Тело Кэтрин вчера перенес в пещеру. Там же поместил запасной скафандр, кое-какие приборы, сейсмограммы, баллоны с кислородом, немного пищи и воды в термосах. Температура в этой части пещеры минус сорок по Цельсию. Все-таки не то, что в тени на поверхности. В обрыве плато у входа в пещеру высек несколько слов:

Земля... "Атлант", наши имена и дату прилунения... Флага так и не нашел. И уже не остается времени специально искать его..

Удивительны эти лавы внутренних вулканов в кратере Арзахель! Они очень прочны и вязки... Все пространство, которое удалось осмотреть, сложено ими. По составу они немного напоминают кимберлиты и перидотиты породы очень глубоких слоев Земли. Если большинство здешних вулканов похожи на вулканы кратера Арзахель, получается, что строение лунной поверхности соответствует строению глубоких зон нашей родной планеты. Содрав с Земли ее наружные слои - кору и часть мантии,- вероятно, удалось бы увидеть то, что можно наблюдать в лунных цирках.

Мой учитель профессор Джеферсон заблуждался, когда утверждал, что мы встретим базальты. В кратере Арзахель я не видел ни одной породы, похожей на земную.

А какой тут простор для геолога... Все обнажено, все видно. Чудовищные наслоения зеленоватых лав и пласты вулканических пеплов, огромные трещины с рудными жилами. Сокровища лежат прямо на поверхности. В трех милях от "Атланта" в стенах древнего полузасыпанного кратера я видел гнезда чистой платины. Немного дальше в обрыве -огромное грибообразное тело какого-то неизвестного мне розового минерала с металлическим блеском. Я уже проверил: в этом минерале много кобальта. Мелкие кристаллы алмазов попадаются на каждом шагу. В трещинах, из которых выделяются газы, блестят и переливаются в солнечных лучах удивительные минералы. Они образуют сростки разноцветных кристаллов самых причудливых форм и оттенков. Большинство минералов мне не известны.

Во время первого маршрута я сначала пробовал отбивать образцы. Потом бросил. Бесполезно... Несколько наудачу отколотых образцов не дадут представления... Да и зачем мне они? Участники будущих экспедиций изучат все шаг за шагом. А я, первый разведчик, смогу оставить в наследство будущим исследователям лишь несколько отрывочных записей...

Месяца мало, чтобы описать то, что я видел за последние дни. А кислорода осталось на четыре-пять земных суток. Не хватит даже до захода солнца... Но, конечно, пе жалею, что сократил свое время, вырвавшись из стен "Атланта". О нет! Минувшие два дня и то, что еще впереди, стоят целой жизни... Я не позволяю себе думать сейчас о Земле. Оставлю это на самые последние минуты...

Теперь уже не верю в спасение. Четыре земных дня - все, что осталось. А может быть, пять... Удивительно, как сбивчивы мысли. Вероятно, от недостатка кислорода... Надо бы поспать немного: не спал трое суток.

Надеюсь, сегодня толчков еще не будет... Я уже заметил, лунотрясения происходят чаще в начале и в конце лунного дня.

"Атланту" просто не повезло. Кратер Арзахель встретил его дневным лунотрясением в самый момент прилунения. Сильнейшие толчки подбросили корабль вверх, когда его стабилизаторы коснулись поверхности планеты. Можно ли было предполагать такое совпадение? Посадка без предварительных облетов и тщательного исследования с круговых орбит была безумной авантюрой, генерал. Ее цена - наши три жизни...

10 мая (утро)

Ночлег над пропастью. Хотелось сберечь кислород в баллонах скафандров, поэтому провел ночь в "Атланте". Впрочем, в моем положении риск почти ничего не означает. Ухожу... Бортовой журнал оставлю в пещере возле тела Кэтрин. Может быть, за эти часы не произойдет лунотрясения? Тогда вернусь сюда еще раз - сделать записи и немного отдохнуть без скафандра. Ну, а если в мое отсутствие лунотрясение будет,- прощай, наш "Атлант". Прощай, дружище Шервуд, ты стал неотъемлемой частью "Атланта", и я равно бессилен помочь вам обоим.

12 мая по земному времени (вечер)

Лунотрясение захватило меня у подножия внешнего кольцевого хребта. Первый удар был не очень сильным. Часть хребта беззвучно осела, распалась на огромные глыбы и рухнула вниз в долину; поднялись клубы серебристой пыли. Завеса пыли начала разрастаться, скрывая уступы плато, черные щели трещин, зубцы скал. Я ускорил шаги, но новый толчок бросил меня на камни. Второй обвал произошел совсем близко. Резкие колебания почвы не давали подняться. Надвинулась туча пыли, скрыла скалы и звезды. Только солнечный диск едва просвечивал сквозь густую мглу.

Ориентируясь на солнце, я попытался выбраться обратно на плато, но не узнавал мест, по которым только что прошел. Глубокая расселина перегородила путь. Пришлось долго идти вдоль нее. Вероятно, я отклонился в сторону. Когда удалось выбраться из пылевого облака, я оказался на плоской каменистой равнине, иссеченной глубокими трещинами. Странные скалы окружали равнину. Они были словно окаменевший лес, изуродованный ураганами. Вдали блестели на солнце высокие, острые пики.

Я начал соображать, в какую сторону идти, чтобы возвратиться к "Атланту". Впрочем, я почти не сомневался, что неизбежное уже произошло... Прикинув путь по солнечному компасу, двинулся вперед, как вдруг...

Сначала я принял их за струи газов, которые во многих местах вырывались из трещин скал. Потом мелькнула мысль, что сплю и вижу сон... Однако я не спал, и это не могло быть галлюцинацией... Зеленоватые полупрозрачные грозди, похожие на связки детских шаров, поднялись из недалекой расщелины и плавно поплыли ко мне. Они плыли как воздушные шары или мыльные пузыри, чуть колеблемые легким дуновением ветра. Но ветра не было и не могло быть. Неподвижная пустота разряженной до предела лунной атмосферы простиралась вокруг.

Одна связка зеленых шаров плыла прямо навстречу, другие отклонились в стороны, словно намеревались окружить меня.

Еще не уверенный, живо ли то, что парит в пустоте, я невольно подумал об оружии... В списке экспедиционного снаряжения его не было... "Атлант" летел к мертвой планете...

Кажется, я не испугался, но дрожь пробежала по телу... Гроздь медленно приближалась. Когда расстояние сократилось до нескольких метров, ее движение замедлилось. Теперь я мог хорошо рассмотреть ее. Вблизи она напоминала кисть гигантских виноградин, каждая размером с большой арбуз. Зеленые полупрозрачные виноградины, круглые и удлиненные, плотно прилегали друг к другу и, казалось, чуть пульсировали. Внутри них вспыхивали и гасли неяркие флуоресцирующие искры; а может быть, это солнечные лучи отражались от блестящей эластичной поверхности виноградин.