Алекс Карр - Сфера Танатоса

Ласковая Иури улыбнулась и сказала:

– Стинни, как раз чего-чего, а хлопот с тем же арвидом у нас было предостаточно. Кстати, парень, посмотри на "Чёрную акулу", она даже не стала лететь к Терре, а направилась к внутренней поверхности этой чёртовой Сферы Танатоса. Похоже, что там тоже находятся какие-то объекты. К ним нам тоже нужно внимательно приглядеться.

Планета Терра, Пуэбло дель-Торро

Рико прикрепил руль к авиасу Хесуса де Гадо и тщательно протёр его салфеткой. После капитального ремонта и настройки, из той развалюхи, которую доставили в его кузницу, получилась прекрасная, быстроходная машина. На таком авиасе не отказался бы полетать и он сам, но пеонам запрещены такие полёты. Они являлись привилегией одних только благородных идальго, да, и то лишь для того, чтобы сражаться на рыцарских турнирах, вооружившись щитами и длинными копьями. Ничего более глупого, на его взгляд, трудно придумать нельзя, но это было именно так. Сам Рико с куда большим удовольствием промчался бы на авиасе над Мундо дель-Танатос выжимая из этой машины всё, на что она была способна, а способна она на многое.

Когда Рико разобрался с этим авиасом окончательно, то понял, что он мог летать с ошеломляющей скоростью. Впрочем для таких полётов седоку авиаса, – кабальеро де волар, нужно облачаться в какую-то специальную одежду, а не те дурацкие доспехи, в которые рядились идальго. Сражаться в них на арене ещё куда ни шло, но вот летать на авиасах, представлялось ему полным идиотизмом. Увы, но таким Танатос создал этот мир и он ничего не смог с этим поделать. Всю неделю он вместе с Анхелем задерживался до поздней ночи в кузнице и они рассматривали тот атлас, который Рико нашел внутри авиаса. С одной стороны это оказалось очень приятное занятие, а с другой сплошное мучение, рассматривать виды таких прекрасных миров, в которых жили счастливые и совершенно свободные люди, и слушать рассказы о нём. Вместе с тем они узнавали много нового, что полностью перевернуло их прежнее представление о мироздании. Оказывается, за пределами Мундо дель-Танатос лежало вовсе не инферно, а огромный, прекрасный мир, обитаемая галактика человечества с сотнями тысячами миров и огромная Вселенная.

Из-за этой электронной книги, а точнее из-за того, что они из неё узнавали, Рико подолгу не мог уснуть и вовсе не потому, что ему мерещились эти прекрасные миры. Его мучила совершенно непереносимая мысль, что ему никогда не вырваться из Мундо дель-Танатос. Он вспоминал об огромных круизных лайнерах, этих дворцах, летающих от одной звезды до другой с немыслимой скоростью, и понимал, что ни один из них не прилетит к ним, но особенно его ужасало то, что глядя на чёрное ночное небо, лишенное звёзд, он понимал, – ему никогда не увидеть звёзд, это бесчисленное множество крохотных светлячков, сверкающих в бархатной черноте. От этого Рико становилось особенно тошно и лишь мысли об Исабель хоть немного согревали его сердце. По сути дела эта девушка оставалась тем единственным, ради чего ещё стоило жить. Всё остальное его подавляло и заставляло думать, как сделать, чтобы не достаться Цветам Танатоса и не превратиться после смерти в слугу Танатоса или того хуже в воина этого чудовищного то ли бога, то ли сверхсущества, то ли ещё чёрт знает чего.

Исабель прилетала к нему за эту неделю дважды и он ждал её сегодня ночью и уже приготовился к визиту своей возлюбленной. Его письмо легло на стол супериора в тот же день, когда он его отправил, вот только прочитать дон Рамирес смог его только через три дня. Вместе с другими супериорами он все эти три дня находился в Капитал дель-Мундо. Исабель известила его об этом на следующий день. Однако, когда дон Рамирес прочитал письмо и показал дочери, то сразу же выяснилось, что он давно уже ждал, когда сын его друга вспомнит, наконец, о своих дворянских корнях. Дон Рамирес де Магнифико немедленно отдал распоряжение, чтобы реунион всех идальго баррио дель-Соль подготовился к тому, чтобы принять в свои ряды благородного дона Риккардо Луиса де Ла Хойя. В словах отца Исабель услышала такую искреннюю любовь к своему Рико, что сердце у неё зашлось от радости, однако, девушка, выслушав признание отца с показным спокойствием, нашла вскоре какой-то благовидный предлог и покинула его кабинет.

Как не хотелось сеньорите Исабель немедленно оседлать свой авиас и полететь в Пуэбло дель-Торро, ей всё же пришлось дождаться следующего дня. В кандадо дель-Магнифико в тот день нашлось множество неотложных дел и потому только к вечеру следующего дня она смогла полететь к Рико. Уходя от него до восхода солнца, она пообещала прилететь вечером, чтобы снова прибыть в Пуэбло дель-Торро через день, другой вместе с отцом, чтобы забрать его из этого посёлка в Капитал дель-Соль, но уже не как простого кузнеца, а как благородного идальго. Рико за эти годы не то чтобы забыл о годах, проведённых в кандадо своего отца, а просто с головой окунулся в новую жизнь и потому относился к своему грядущему возвышению с большим скепсисом. Впрочем, это не относилось к Исабель, которую за эти дни он стал любить ещё больше. По сравнению с этой любовью, обязанность раз в неделю выходить с мечом на арену против других идальго, уже не казалась ему ужасной и постыдной.

Дар сенситивизма, открывшийся в нём уже после смерти отца, когда он стал кузнецом, позволял ему контролировать своё тело вплоть до последней косточки и даже видеть, как крошечные медико де феррео, управляемые амулетом исцеления, лечат его изнутри. Из чистого любопытства Рико наблюдал за ними и вскоре понял, что он и сам может делать то же самое куда лучше и тщательнее. Будучи парнем довольно высокого роста он заставил своё тело подрасти ещё больше и не прилагая никаких физических усилий так развил свою мускулатуру, а вместе с ней сделал своё тело одновременно крепким, как камень, и гибким, словно лоза. Вместе с этим ему открылась возможность заглядывать в свою память, как в электронную книгу, и Рико, занимаясь ремонтом какого-нибудь авиаса, трубайядора или других машин, одновременно с этим возвращался в те дни, когда отец учил его приёмам боя с оружием и без него.

В любой момент он мог вызвать из своей памяти образ отца и тот, словно бы не умирал никогда, а постоянно находился рядом с ним. Рико прекрасно знал к тому времени, чем грозит ему этот дар и тщательно его скрывал. Телепатия позволяла ему осторожно, исподволь извлекать из сознания людей нужные знания и уже довольно скоро он узнал о том, что могут делать сенситивы, которых все называли бруйо, колдунами, а потому принялся понемногу развивать в себе эти качества и, как ему казалось, преуспел в этом. При этом Рико никогда не использовал своего дара для того, чтобы хоть чем-то обезопасить себя от врагов и завистников, а потому ни разу не выдал себя. Как оказалось, он интуитивно избрал единственно верную линию поведения, – лучше претерпеть от врага в малом, нежели навлечь на себя большую опасность. Окончательно это стало ясным тогда, когда ему посчастливилось встретиться с Анхелем. То, что он нашел его практически в бессознательном состоянии, позволило Рико хотя бы частично просканировать его сознание и узнать о том, что он не просто беглец из соседнего баррио, но ещё и сенситив, что, однако, не спасло его от нападения Цветка Танатоса.