В. Дж. Стюарт - Запрещённая планета

— Нет!.. Я уверен, что у него нет никакого оружия.

— Командор, этот предмет сам может быть оружием — возразил Фарман, но Адамс жестом приказал ему замолчать.

Мы стояли неподвижно, наблюдая, как предмет приближается к нам своей тяжелой походкой. Он двигался как-то странно, вразвалку. Наконец он остановился в 15 футах от нас. В передней части его шлема виднелись жалюзи, оквозь щели которых светились огоньки. Теперь они горели гораздо ярче и образовали довольно определенный рисунок. Изнутри оболочки раздавался неприятный скрежещущий звук...

И тут предмет заговорил. Звуки были металлическими и монотонными, но все-таки это была речь.

Я так удивился, что прослушал первые два-три слова и разобрал только:

— ...Добро пожаловать. Я должен доставить командора и офицеров к доктору Морбиусу.

С последним словом предмет замер. Потухли огоньки. Замолк голос. Прекратился неприятный скрежещущий звук, раздавшийся вместе с голосом. Казалось, предмет умер, и теперь на его месте стоит просто какой-то бесформенный и безжизненный кусок темного металла.

Квинн схватил Адамса за руку. Послышалось его взволнованное бормотание. Я уловил слова:

— Робот... Дистанционное телеуправление...

Он отпустил руку командора и, как зачарованный, двинулся вперед. Но Адамс резко остановил его, взяв за плечо и оттолкнув назад. Минуту Квинн оставался в состоянии полного недоумения, а потом глянул на Адамса с таким гневом, какого я у него никогда не предполагал.

Тут заговорил Фарман.

— Робот! — произнес он презрительно.— Где вы видели такой робот? Разве что на детских юмористических картинках?

Я понял, что он думает о том, как непохож этот механизм на сотни тех аккуратных, блестящих машин-автоматов, похожих по форме на обычные коробки, которые все больше и больше входят у нас в домашний обиход. Кроме того, подсознательно меня преследовало желание вспомнить что-то, связанное с этим роботом. Не с самим механизмом, а с его названием...

Но тут за его жалюзи снова вспыхнули огоньки. Послышалось скрежетание, а затем и голос.

— Я должен вам сообщить,— резким металлическим голосом произнес механизм,— что настроен реагировать на слово «Робби». — После этого он опять замер. Ни огоньков, ни звуков.

— Слышите, Лонни? — обратился Адамс к Квинну.— Не хотите ли проделать небольшой опыт?

— Только после вас, сэр.— Наш главный изобретатель был явно не в духе.

Пожав плечами, Адамс шагнул вперед, пристально посмотрел на это металлическое сооружение и медленно проговорил:

— Робби, хорошо ли ты меня понимаешь?

Огоньки снова загорелись.

— Да,— последовал односложный ответ, произнесенный резким металлическим голосом, и опять воцарилась тишина. Но на этот раз не все огоньки погасли. Некоторые остались. Они не мигали, не изменялись и образовали спокойный ровный рисунок.

Адамс спросил:

— Надо ли мне произносить это слово каждый раз, когда я говорю с тобой?

— Нет,— последовал ответ, и рисунок огоньков изменился.

— Ты... — Адамс помедлил.— Ты действительно робот?

— Да. Слово «Робби» является сокращенным.

— Тобой управляет доктор Морбиус?

— Да.— При слове «Морбиус» рисунок огоньков за жалюзи быстро изменился.— Я должен доставить командора и офицеров к доктору Морбиусу,— опять повторил робот.

Затем последовала тишина, и в этой тишине я услышал собственный голос:

— Послушайте, а ведь он думает! Кто-нибудь заметил это? Он мыслит!..

— Нам это не известно, доктор,— произнес Квинн,— По крайней мере, я в этом не уверен. - Он еще сердился на Адамса.— Все, что мы видели, может быть действием обратной связи с основным пунктом управления или избирательности,— Глаза его были устремлены на робота со страстным любопытством знатока.

— Какой там еще пункт управления! — возразил Фарман,— Спросите-ка у него еще что-нибудь, командор.

Адамс проворчал что-то, похожее на «спросите его сами», и Фарман посмотрел на меня.

— Попытайтесь вы, доктор,— попросил он меня.— Мне ничего не приходит в голову.

Шагнув вперед, я покосился на Адамса, но он задумался и, казалось, не обратил на меня никакого внимания. Я перевел взгляд на робота и сказал:

— Робби! — только тут понял, что сам не знаю, о чем спрашивать.

Огоньки механизма на мгновение потухли, затем загорелись снова. Мне показалось, что робот проводит различие между мной и Адамсом.

— Робби! — повторил я, — а что... атмосфера на этой планете... э-э... должно быть, она очень богата кислородом? — И в нерешительности замолк.

— Кислородное содержание воздуха,— ответил металлический голос,— превышает на 4,7 процента содержание кислорода в атмосфере Земли.

— Ого! — воскликнул Фарман, отстраняя меня рукой,— но разве это вопрос? — Он выступил вперед, взглянул на робота и, повысив голос, сказал:

— Эй, Робби!

И я опять увидел, как огоньки на мгновение потухли и зажглись снова.

— Как нам следует называть вас? Мистер или мисс?

Среди членов экипажа послышалось хихиканье. Да, это был Фарман, во всей своей красе, все превращающий в шутку. Я свирепо глянул на него, а Квинн проворчал:

— Если ты надеешься получить ответ на подобный вопрос...— И внезапно замолк с широко открытым от изумления ртом.

— Вопрос неразумен,— ответил металлический голос.— Упоминание пола неуместно.

Последовала пауза, а потом раздался громкий хохот всей команды.

— Вот это отповедь! — послышалась реплика одного из фланговых охранников. А Фарман только усмехнулся. Правда, немного разочарованно, как мне показалось. Снова взглянув на робота, он сказал:

— Прекрасно, вы, я вижу, остроумны... А теперь ответьте мне на такой вопрос...

Но ему пришлось проглотить последующие слова, так как Адамс, внезапно вышедший из состояния задумчивости, резко перебил его:

— Прекратите дурачество, лейтенант! И встаньте на свое место!

— Слушаюсь, сэр! — как ни в чем не бывало ответил Фарман и быстро отступил. Члены экипажа тоже смолкли. В голосе Адамса послышалось что-то такое, что заставило меня вдруг снова осознать всю ту обстановку, в которой мы находились, а главное, возможность опасных неожиданностей.

Подойдя к роботу, Адамс спросил:

— Робби, эта опасность, о которой говорил Морбиус... Что это?

Ответ последовал через более длительный промежуток времени, чем какой-либо из предыдущих, и я заметил очень быстрое изменение световых рисунков.

— Вопрос непонятен,— ответил наконец металлический голос.— Повторите, пожалуйста.

— Что это за опасность, о которой упоминал доктор Морбиус? — медленно и очень четко произнес Адамс.