Игорь Алимов - Дракон 2. Назад в будущее

— На конкретный момент?

— Да. Расчеты показали, что именно здесь и сейчас и непосредственно в той точке пространства в самолете возникли наиболее благоприятные для осуществления миссии предпосылки.

Чижиков поморщился.

— Слушай, может, у тебя какая-нибудь инструкция в рюкзаке завалялась? Я бы сам все прочитал. Ну как? Нету? Ладно. Дальше… Какой миссии?

— Хронопроникновение в двести десятый год до нашей эры.

— Зачем?

— Для предотвращения критической хронофлуктуации, вызванной нелинейным вмешательством в хронопоток.

— Чего-о-о?!

— Ну, — Ника замялась, — короче, есть большая вероятность, что в этом году одна важная вещь попадет не в те руки, в результате чего история пойдет совсем по-другому. А это, дядя Костя, повлияет на судьбу всей планеты. Фатально. Словом… надо спасать мир. Я же говорила.

— Класс… — протянул Чижиков.

Ника снова быстро глянула в сторону озера.

— А причем тут я? — задал очередной вопрос Котя.

Шпунтик муркнул.

— Причем тут мы? — исправился Чижиков.

— Необходимый компонент вмешательства, — отчеканила Ника и улыбнулась.

Шпунтик никак не отреагировал: был поглощен громадным кузнечиком, гарцующим на том самом подходящем камне, которым Чижиков совсем недавно едва не запустил в пруд.

Шпунтик прицелился, подобрался для прыжка.

— То есть, я так понимаю, без меня никак? — усмехнулся Котя.

— Никак, — серьезно подтвердила девушка.

Чижиков задумался.

— А ты, девочка из будущего, вроде как хронополицейский получаешься? А мы с котом — вроде как твои помощники, да? На общественных началах?

— Я не все поняла из того, что вы сказали, дядя Костя, но без вашей помощи ничего не выйдет.

— Да что тут понимать-то…

Чижиков достал пачку сигарет и глянул внутрь. Вот черт, а ведь если Ника правду говорит, что же он курить-то будет? Осталось всего двенадцать штук.

— Понимать тут нечего, затейница. Все как в хорошем кино: ухватили животную, исполосовали голову ножиком, а я, может, своего согласия не давал, а равно и мои родные! Понимаешь меня, дитя прогресса?

— Смутно, дядя Костя. Если честно, совсем не понимаю.

— Я тебе обрисую картину в общем и целом. А ты поправь, если я ошибусь…

Тут Шпунтик наконец прыгнул и поймал кузнечика. Кот, похоже, и сам удивился — настолько легко это у него вышло.

— Ну да, — кивнул ему Чижиков. — Край непуганых идиотов. Хоть горстями собирай.

Шпунтик обескуражено уселся. Кузнечик в его пасти судорожно перебирал лапками. Кот определенно не знал, что делать дальше.

— Ну что застыл? Ешь давай, пока тепленький.

— Вы меня настораживаете, дядя Костя, — внимательно посмотрела на Чижикова Ника. — Вы точно хорошо себя чувствуете? Голова не кружится? А то от прыжков во времени всякое бывает.

— Я себя чувствую прекрасно, — заверил ее Котя. — Просто замечательно, лучше не бывает. А вот голова — это да, голова у меня кругом идет, крышу сносит от напряжения. В том фильме про несчастную животину[1], которую исполосовали ножиком, один профессор, гений скальпеля, пересадил собаке гипофиз от только что умершего горького пьяницы. Подобрал бродячую собаку на улице, обогрел, откормил, а потом — раз и операция. И франкенштейн этот у него зажил человечьей жизнью: получил комнату и документы. Стал работать по части поимки и утилизации бродячих кошек. Отвратительный тип получился, надо сказать, хотя и с принципами. Так же, дорогая моя, и со мной сейчас. Никто меня не спросил, хочу ли я, могу ли, согласен ли, — просто взяли прямо из самолета, где я тихо-мирно летел себе в Пекин, и зашвырнули… куда ты говоришь?.. аж в двести какой-то год, да еще и до нашей эры! А я, может, своего согласия не давал, а равно и мои родные… И вот теперь ты наконец сообщаешь, что тебе нужна моя помощь, потому что без меня — миссия по спасению мира провалится. Как бы ты отреагировала на моем месте?

— Не знаю, — потупилась Ника.

— Не знаешь… Вот и я не знаю. То ли выломать пару прутьев из этого куста, положить тебя на колено, задрать юбку, да и выдрать как следует, то ли пойти вон к тем славным селянам и поискать у них сердечного отношения и уютного пристанища.

— Дядя Костя, — Ника смотрела испуганно. — Вы, конечно, вправе меня высечь, но только потом, а сейчас — давайте уйдем отсюда поскорее!

Чижиков глянул из-за куста: количество собравшихся на противоположном берегу озера значительно выросло. Подошло много новых персонажей, в основном из числа тех, кого Котя определил как местных сельхозработников. Повинуясь командам человека с мечом и в шапке, они таскали свежевырубленные в лесочке колышки и прочие палки, очевидно собираясь что-то соорудить — уж не жертвенный ли костер?

Солдат тоже стало больше — они выстроились цепью и начали обходить озеро с двух сторон. Действительно, если не дать деру в самое ближайшее время, солдаты неизбежно обнаружат их укрытие, и далее возможны варианты, рассматривать которые Чижикову совершенно не хотелось.

— Ладно, пошли, — согласился он. — Ты, надеюсь, знаешь, куда?

— Пока вон в ту рощу, — показала назад Ника. — А там посмотрим.

— Просто замечательно! — усмехнулся Чижиков. — Интересно, у тебя вся наша великая миссия так и распланирована — по принципу «а там посмотрим»?

— Не совсем, — в голосе Ники прозвучали неуверенные нотки.

— Да уж ясно, — пробормотал Котя и протянул руку к кошачьей переноске, но Ника остановила его.

— Нет, дядя Костя, клетку придется бросить.

— Это еще почему? Хорошая клетка. Мне нравится. И Шпунтику… нравится тоже.

Кот демонстративно отвернулся и как истинный естествоиспытатель уставился на то, что осталось от кузнечика.

— Дядя Костя! Ну не было в этом времени таких клеток, понимаете?

— Понимаю, понимаю. Значит, мы ее спрячем, а по пути назад заберем.

— Не пойдет, — помотала головой Ника. — Мы больше сюда не вернемся. Ну… если все будет хорошо.

— Если? — возмутился Котя. — Если?!

— Всякое может случиться, — уклончиво ответила Ника.

— Ясно. Значит, успех твоей миссии вовсе не гарантирован, — констатировал Чижиков. — Что-то подобное я и предполагал. Господи, дай мне сил!

Ника тем временем схватила рюкзачок, порылась в нем и достала небольшой флакончик. Побрызгала из флакончика на клетку непонятной бесцветной жидкостью, и на глазах изумленного Чижикова и ликующего Шпунтика клетка с легким треском превратилась в небольшую горку серого порошка, весьма похожего на пепел.

— Ты что это?! — схватил Котя девушку за руку. — Хорошая же вещь!