Леонид Кондратьев - Проблемы космического масштаба

Ещё раз окинув помещение взглядом и убедившись, что действительно вполне неплохо вижу, я снова повернулся к прозрачной стене - и обнаружил, что она исчезла. Ну что ж, пришла пора прогуляться по глюкам...

Коридоры, в которые я выбрался, выглядели сообразно ситуации - искривлёнными и деформироваными. Откуда-то доносились неясные шорохи, треск и скрип; пару раз я замечал, как под ногами мелькают какие-то шустрые тени. Видимо, крысы, покидающие гибнущий корабль?.. Хотя, кто знает, что может выкинуть воспалённый разум... В любом случае, страшно не было - скорее, любопытно.

Впереди появился свет; я прибавил шаг. Надеюсь, там будет что-то интересное...

Тускло, но всё же освещённое помещение; по стенам бегают то ли многоногие мыши, то ли огромные хвостатые тараканы. Прямо сцена из ужастика... Впрочем, страха я всё так же не испытывал. Напротив, я испытал прилив энтузиазма: в помещении находилась человеческая фигура, которая, заслышав моё приближение, обернулась, и я обнаружил перед собой... Ракова. Я радостно бросился к нему, намереваясь отвести душу хотя бы на глюке; но как только мой кулак устремился к его лицу, хренов богатей - может, он ни в чём и не виноват, и такая же жертва отравления, как и я, но сердцу не прикажешь... - просто исчез. В тот же миг какое-то шестое чувство толкнуло меня под руку; я отмахнулся локтём назад, и локоть с глухим звуком удара попал во что-то твёрдое. Резко обернувшись, я обнаружил, что происходящее стало ещё более сюрреалистичным: Раков, пошатываясь, стоял, раскинув руки, а во лбу у него виднелась глубокая вмятина от моего локтя. Впрочем, он тут же попытался меня схватить, на что я ответил ударом в челюсть. Челюсть с хрустом и треском смялась под моим кулаком, а в следующий момент голова слетела с плеч.

Хоть это и глюк, но я замешкался; однако фонтана крови не последовало, а в следующий миг безголовое тело схватило-таки меня, воспользовавшись заминкой. Кажется, теперь затрещали мои рёбра... Я пнул его коленом, а затем треснул по загривку сложеными вместе руками. Внутри безголового тела снова что-то захрустело, и хватка ослабла; ещё один удар, на этот раз по руке, и я сумел освободиться. Тело Ракова стало заваливаться; я пнул его в бок, отбросив к стене. Ну вот, хотелось «поактивнее» - получай...

На замершее тело стали сползаться настенные мышетараканы; они его едят?.. Да нет, разбирают! Это не зомби, это робот... Сквозь копошащуюся массу были заметны отблески металла и какие-то механизмы. Н-да... Прикольно.

Покачав головой, я двинулся дальше. После расправы с «Раковым» настроение было удивительно приподнятым; «хочешь поднять настроение - избей чучело начальника». Впрочем, не только это; моё состояние определённо было неестественным. Хотя, что я говорю... Разумеется, неестественное, достаточно осмотреться.

Впереди показался новый источник света; на этот раз отблески были алыми, как закат. Или кровь...

Впрочем, это оказался всё же закат. Немного дальше в стене была неровная дыра, в которую я смог увидеть пустынный пейзаж, окрашенный в алый цвет заходящим солнцем. Я высунулся в дыру - и ощутил, что не могу двигаться, а затем мир померк. Последним, что я видел, были сразу три одинаковых Раковых...

Ведь правда бред? И не говорите... Вообще ничего не говорите... очнувшись и опять ощутив голой спиной холод от какой-то металлической поверхности, я уже покорившись судьбе, даже и не пытался открыть глаза. А нафига? Не воспринимать же всерьез только что увиденный, причем довольно-таки достоверный бред, после просмотра которого, кстати, вполне себе ощутимо побаливает локоть и ноют ребра. Ничего - говорят от ЛСД и грибочков галлюцинации и не такие бывают - а у меня между прочим отравление, причем серьезное. И не факт, что товарищ Раков, однофамильцев ему в одно место, при сборе тех самых грибочков ничего не перепутал. А то с него станется.

Все еще не открывая глаз, я настороженно пошевелил конечностями. Просто в связи с последними воспоминаниями была у меня мысль что очнусь я сейчас в совершенно бесплатной рубашке с длииинными рукавами да еще вдобавок и привязанный покрепче, чтобы не дергался. К моему большому удивлению руки и ноги были свободны, а по сторонам была все та же холодная металлическая плита, немного шершавая, но от этого не утрачивающая то самое «железное» ощущение, которое возникает при касании чего-то массивного и монументального. Например громадной чугунной станины или толстого листа пока что еще не разрезанной стали. Ндаа...

Нет - может быть, конечно, стены и оббиты чем-нибудь мягким, но судя по консистенции пола, об который можно разбить при желании не один десяток горячих голов, все же не психушка.

А жаль... Я, конечно, уже стал привыкать к терзающим меня глюкам, иногда вполне себе эротичным и приятным - жаль только потрогать некоторые не удалось - но надежда на то, что меня все таки «отпустит», сохранялась. И именно поэтому открывать глаза и смотреть на окружающую меня действительность жутко как не хотелось. Нет - если там те две красотки, особенно та с офигенной грудью - то это еще хорошо. Да черт с ним - и та тифлинга тоже вполне себе ничего, ну во всяком случае то что было доступно моему взору сквозь укутывающий ее туман выглядело вполне себе ничего...

А если там Раков?... Раковы? Толпа!

Жуть несусветная. Да ладно, фиг с ним, с этим обожравшимся грибами коммерсантом, а если мой неокрепший мозг вконец заклинит и там толпа Валерий Семёнычей? Моего декана и одного-то на весь институт было много, а если его размножить, то вообще никакая психика не выдержит. И буду я в усмирительной рубашке биться о стены и кричать «Я обязательно пересдам. Клянусь подтянуть хвосты.»

И все - кончился Антоша. Так что ну его нафиг.

Ну холодно немного, ну поддувает - но глаза все равно не открою - лучше подожду пока не откачают или само не отпустит.

- Хватит уже притворяться - произнёс девичий голос. Приятный такой... Я приоткрыл один глаз.

Медсестра, молоденькая. В белом халате, с журналом «Лиза» в руке... Глаза красивые, ярко-зелёные, чуть ли не светятся.

- Больной, просыпайтесь - произнесла она. - Вам пора принимать снотворное.

И она свободной рукой достала из-за спины здоровенный шприц, не меньше полуметра в длину.

- Э?.. - выдавил я. Она хихикнула, и изображение поплыло; шприц и журнал растаяли, белые больничные стены сменились обстановкой, навевающей мысли о лаборатории безумного учёного, а белый халат медсестры превратился в серый костюм из непонятного материала; только сама «медсестра» не изменилась.

- Привет, подопытный - произнесла она. - Будем знакомы, а то в прошлый раз обошлись без этого... Меня зовут Аюни. Хочу разочаровать: это не галлюцинации, и все предыдущие события - тоже. Теперь хочу поздравить: ты меня заинтересовал.