Конни Уиллис - Не считая собаки

Ознакомительный фрагмент

– На мертоновском стадионе?

– На развалинах собора, перед тем как попасть в лечебницу, – растолковал Финч.

– И как, нашли?

– Нет, – ответил я. – Поэтому к вам и шел. Я не успел обыскать развалины, а леди Шрапнелл…

– …наименьшее из наших зол. Вот уж никогда бы не подумал, что скажу такое, – покачал головой Дануорти. – Мистер Финч, полагаю, уже объяснил, в чем дело?

– Да. То есть нет. То есть лучше напомните еще раз.

– В сети возник сбой. Я уведомил Управление путешествий во времени и… Финч, когда обещал быть Чизвик?

– Сейчас уточню, сэр.

Финч вышел.

– Положение серьезное, – начал мистер Дануорти. – Наша сотрудница…

– Он уже едет, – доложил вернувшийся Финч.

– Ясно. Так вот, пока он не прибыл: наша сотрудница украла брошку и протащила с собой в сеть.

Брошку. Уже логичнее, чем блошку. Или конку. Ее хотя бы есть резон похищать.

– Мать леди Уиндермир тоже аксессуары присваивала, – продолжил я свою мысль вслух.

– Мать леди Уиндермир? – Мистер Дануорти обменялся тревожным взглядом с Финчем.

– Острый приступ перебросочной болезни, сэр, – развел руками секретарь. – Дезориентация, проблемы со слухом, сентиментальность, непоследовательность. – Он выделил голосом последние два слова.

– Острый? Сколько же раз вы перебрасывались?

– Четырнадцать на этой неделе. Десять благотворительных базаров и шесть епископских жен. Нет, тринадцать. Миссис Биттнер не считается, она была в Ковентри. Не в том, откуда меня забрали, а в современном.

– Биттнер? – заинтересовался мистер Дануорти. – Не Элизабет Биттнер, случаем?

– Да, сэр, она. Вдова последнего епископа Ковентрийского собора.

– Бог мой, сто лет ее не видел! Мы были с ней знакомы в молодости, когда только начинались эксперименты с сетью. Чудесная девушка! Я с первого взгляда понял, что это прекраснейшее создание на свете… А ее угораздило влюбиться в Битти Биттнера, больше ни на кого и смотреть не хотела. Как она сейчас?

Далеко не девушка. Сухощавая седая дама, отчего-то нервничавшая всю нашу беседу. Наверное, боялась, что леди Шрапнелл ее тоже припашет к работе и командирует в Средние века.

– Хорошо, – сказал я вслух. – Жалуется, правда, что артрит замучил.

– Артрит… – Дануорти покачал головой. – Трудно представить Лиззи Биттнер с артритом. А зачем вы к ней ездили? Ее ведь еще на свете не было, когда старый собор сгорел.

– У леди Шрапнелл есть версия, что пенек попал на хранение в крипту нового собора, а миссис Биттнер, поскольку присутствовала при продаже здания, могла руководить разбором вещей и видеть пенек.

– И как, видела?

– Нет, сэр. Считает, что он сгорел в пожаре.

– Я помню, как продавали собор. Религия стала никому не нужна, службы никто не посещал… Лиззи Биттнер… – проговорил Дануорти с нежностью. – Артрит. И волосы уже не рыжие, да?

– Зацикленность на несущественном, – вмешался в разговор Финч. – Мисс Дженкинс говорит, у мистера Генри очень тяжелый случай.

– Мисс Дженкинс?

– Сестра, которая осматривала мистера Генри в лечебнице.

– Прелестное создание, – кивнул я. – Ангел-хранитель, овевающий мановением крыла горячечный лоб…

Мистер Дануорти с Финчем переглянулись.

– Говорит, давно такого запущенного случая не видела, – протянул Финч.

– Поэтому я к вам и пришел, – объяснил я. – Мне прописаны две недели строгого постельного режима, а леди Шрапнелл…

– И мысли подобной не допустит, – понимающе подхватил мистер Дануорти. – До освящения собора всего семнадцать дней.

– Я пытался втолковать это сестре, сэр, но она и слушать не стала. Велела отправляться домой и ложиться в постель.

– Нет-нет, там леди Шрапнелл в первую очередь проверит. Финч, где она сейчас?

– В Лондоне. Только что звонила из Ройял-Фри.

Я вылетел из кресла как ужаленный.

– Сказал ей, что нас дезинформировали, – продолжил Финч, – и на самом деле мистера Генри увезли в Ройял-Масоник.

– Отлично. Позвоните туда и попросите задержать ее подольше.

– Уже позвонил, – доложил Финч.

– Великолепно. Садитесь, Нед, садитесь. На чем мы остановились?

– Веер леди Уиндермир, – напомнил Финч.

– Да, только наша сотрудница протащила через сеть совсем не веер.

– Протащила через сеть? – опешил я. – Но ведь из прошлого нельзя ничего пронести через сеть. Это невозможно.

– Выходит, возможно.

В приемной послышались шаги.

– Вы же сказали, она в Ройял-Фри, – укоризненно начал мистер Дануорти, однако в кабинет ворвалась не «она», а невысокий взъерошенный мужчина в лабораторном халате с пищащим наладонником в руке. Я узнал в нем руководителя Управления путешествий во времени.

– Мистер Чизвик, вы уже здесь! – приветствовал его мистер Дануорти. – Я хотел поговорить с вами насчет происшествия…

– А я – насчет леди Шрапнелл, – отозвался Чизвик. – Просто стихийное бедствие какое-то! От нее нет покоя ни днем, ни ночью, то она возмущается, что нельзя несколько раз отправить человека в одно и то же время-пространство, то требует уплотнить количество перебросок. При этом забирает у меня сотрудников одного за другим – историков, техников, кого попало – и гоняет по всему прошлому осматривать ящики для подаяний и аркбутаны. – Он помахал пищащим наладонником. – Вот, опять! Шестое сообщение за час, требует ответить, куда подевался пропавший историк! Мы ввязались в ее проект, чтобы на полученные деньги финансировать научные исследования по темпоралистике. В итоге исследовательская работа встала, потому что половина моих сотрудников и все компьютеры захвачены леди Шрапнелл!

Он стал нажимать кнопки на незамолкающем наладоннике, и мистер Дануорти поспешил воспользоваться паузой.

– Как раз о темпоралистике я и хотел поговорить. Наша сотрудница…

Чизвик не слушал. Умолкнувший наладонник принялся дюйм за дюймом выплевывать бумажную ленту.

– Вот, полюбуйтесь! – Чизвик оторвал изрядный кусок и помахал им перед носом Дануорти. – Желает, чтобы я посадил кого-то из подручных на телефон обзванивать все больницы Лондона с пригородами в поисках пропавшего историка. Генри его фамилия. Нед Генри. Кого-то из подручных! Нет у меня больше никого! Она забрала всех, кроме Льюиса, и то лишь потому, что он, к счастью…

– Что случится, если историк вынесет объект из прошлого через сеть? – перебил мистер Дануорти.

– Это она просила узнать? Она, кто же еще! Совсем помешалась на этом пеньке, уже готова из прошлого его выкрасть. Повторяю ей: перемещение чего бы то ни было из прошлого в настоящее нарушит законы пространственно-временного континуума! Знаете, что она отвечает? «Законы создаются, чтобы их нарушать».