Александр Воробьев - Возвращение Солнышка

Спохватившись, что далеко отошел от сути вопроса, Крут поспешил вернуться к ответу:

- Конечно, мы и про "Солнышко" говорили. Тогда эта история, как ты с ним через Зону прошла, у всех на устах была; ну, я расспросил Черпакова о нем, и потом сказал полушутя - вот, мол, добыть бы такой артефакт. А Михал Иваныч посмотрел на меня внимательно и серьезно так говорит: "Если тебе, Крут, доведется встретить этот артефакт, оставь его, пожалуйста, на месте. Или принеси мне, чтобы я вернул его назад, и тогда можешь считать, что прожил жизнь не зря. Запомни это хорошенько..."

- Значит, у тебя тоже было это чувство - что ты наконец-то получил шанс сделать то, для чего рождаются и живут, долго готовятся и тренируются, и сделать это выпало именно тебе и именно сейчас, не откладывая на потом...

- Да, - подтвердил Крут, - именно так, как ты говоришь. Как только на секунду я отбросил мысли о безумности твоей затеи с походом за "Солнышком", мне сразу стало ясно - вот она, моя судьба, и нечего от нее бежать.

Санька, покивав, с улыбкой подвела итог:

- Значит, мы с тобой думаем одинаково, и в Зону пришли за одним и тем же. А раз наши мысли так сходятся - хочешь, я угадаю, о чем ты сейчас думаешь?

- О чем же?

- О том, что хватит уже стоять и трепаться возле этого серенького шарика; пора идти к ООН. Если поспешим, как раз к обеду успеем.

- Верно, - засмеялся Крут. - Но спешить мы, пожалуй, не будем... В Зоне поспешишь - патруль насмешишь.

---

- Кабан-абый, - почтительно обратился Казым к сталкеру по дороге к месту работы, - вот мы поделим доход от найденных артефактов поровну, так?..

- И да, и нет, Казым, - упреждая невысказанный пока еще вопрос, стал пояснять Кабан. - То, что мы находим - это обычные самоцветы, цена за них относительно невысока, хотя и немного варьирует в зависимости от красоты. Встречаются они часто, как ты сам успел заметить, и для простоты и удобства расчетов мы сваливаем их в общий котел. После всех вычетов, грубо говоря, на накладные расходы, и реализации "урожая" мы поделим полученную сумму поровну, предполагая, что всем примерно в равной мере везло в сборе. Конечно, можно будет в конце отделить и отдать тебе твою долю артефактов, если у тебя есть на примете подходящий перекупщик...

- Нет, нет, - запротестовал Казым, - я не о том... Что, если кто-то найдет настоящий артефакт?

- А вот в случае, если кто-то найдет самый что ни на есть настоящий артефакт, денежки за него поделим пополам - половину тому, кто нашел, и другую половину всем остальным поровну, за помощь...

Урчащие желудки давно уже требовали очередной порции тушенки, а вожделенная обсерватория все никак не желала показываться. Крут уже который раз, усомнившись в своей памяти, вдоль и поперек рассматривал карту - нет, ошибки быть не могло. ООН расположена именно в этом месте, где старая лесная дорога делает петлю и уходит к северу. Судя по ориентирам, поворот почти весь остался позади, и две неглубоких засыпанных старой хвоей колеи вытянулись к северу неровными линиями, а вокруг, кроме сосен, ничего... И тут - вуаля! - как по мановению волшебной палочки, в проглядывавшем по левую руку от путников островке неопрятной светло-зеленой поросли молоденьких лиственных деревьев и высокого бурьяна мелькнул серый бетон заброшенного здания с чернеющими провалами окон.

- А она большая, - заметила Санька, когда они подошли ближе.

- Да уж, немаленькая... Но около половины занято аномалиями. Вон, например, в левом крыле делать почти нечего, в центральном корпусе тоже не везде безопасно, иногда приходится по второму этажу проходить опасные места - хорошо, что лестниц там много. И в подвал соваться не рекомендуется...

С этими словами Крут стал продираться сквозь вплотную подступавшие к стенам, словно осадившие средневековый бастион, густые заросли рослой травы и подлеска, с превеликой радостью оккупировавшие потревоженную когда-то землю. С немалым трудом обогнув здание справа, путники вышли к асфальтированному двору обсерватории, по краям которого располагались хозяйственные постройки - боксы гаражей, ремонтные мастерские, котельная, несколько складов...

- Мы не пойдем внутрь? - догадалась Санька.

- Нет... А зачем? - пожал плечами Крут. - Михал Иваныч обосновался не там, а в более удобном и подходящем местечке.

И, словно в подтверждение его слов, в каком-то из небольших зданий хлопнула дверь; этот негромкий звук так сильно диссонировал со всеми естественными шумами, окружавшими путников на протяжении многих дней, что его невозможно было не заметить. Крут хитро поглядел на Саньку - угадай, мол, где?.. Внимательно оглядев строения и замусоренную площадку перед ними, девушка по каким-то неуловимым приметам сразу выделила среди прочих котельную.

- Правильно, - одобрительно сказал сталкер, когда она озвучила свою версию. - Жилое место всегда почему-то выделяется... Наверное, дух хозяев витает где-то рядом и выдает жилье. Или домовые подманивают доброго путника.

- Чего, интересно, Михаил Иванович средь бела дня дома сидит? Уж не заболел ли часом?

- Сейчас узнаем... В любом случае, хорошо, что мы его застали; ушел бы в какой-нибудь дальний рейд на несколько дней, и что бы мы делали?

С этими словами Крут взялся за ручку тяжелой обшарпанной двери и с усилием потянул. Недовольно заскрипев, дверь неохотно подалась и впустила гостей внутрь.

- Тук-тук! Есть кто дома? - громогласно возвестил Крут о прибытии гостей, хотя, надо полагать, Черпаков не случайно держал входную дверь в таком скрипучем виде.

- Есть, - донесся из глубины строения низкий приятный голос. - Я на кухне, проходите.

Миновав короткий полутемный коридор с небольшой дверью в подсобку и лестницей на второй этаж, путники вышли к первому из основных помещений, ныне приспособленным под кухню и одновременно столовую. У импровизированной плиты оригинальной конструкции, использующей элементы бездействующего оборудования котельной, хлопотал сам хозяин - среднего роста, крепко сбитый мужчина в годах, с недлинной серебристой щетиной на лице и волосами такой же длины и цвета. Его одежда на основе старой военной формы, усовершенствованной под сталкерские нужды, не отличалась новизной, но радовала глаз опрятностью. Оружие Профессор в своем доме не носил, если не считать висящего на боку охотничьего ножа с узорным лезвием, используемого сейчас в качестве кухонного.

- Эк вы кстати поспели, как раз к обеду, - не обернувшись на звук шагов, произнес Черпаков, занятый помешиванием вкусно пахнущего варева в потемневшей от времени небольшой алюминиевой кастрюльке. Сняв пробу и удовлетворившись результатом, он убрал еду с огня, водрузил на ее место старенький закопченный чайник и только тогда повернулся к гостям. - Так, кто там у нас пожаловал? Ага, Николай Крут... Помню, как же, помню... А это кто с тобой?