Александр Мирер - Обсидиановый нож

Это была тесная пещерка, выгороженная среди трюма. Сулвершу пришлось попятиться и выдвинуть ноги в проход, чтобы остальные двое смогли разместиться. Глор прислонился спиной к универсальному станку, занимавшему половину камеры. Прочий объем загромождали сменные инструменты для роботов, ящички с запасными аппаратами десантного корабля, такие же миниатюрные, как сам корабль. Полом служили ящики с двигателями для малых «блюдец».

«Посредники» висели над головами. Шесть штук без чехлов и три — в чехлах. «Командор» протянул руку и сноровисто вытащил один — расчехленный. Глор поспешил направить свою лампу на «посредник». Гнезда для Мыслящих были пустые, кроме одного, как и полагается. Сулверш весь подобрался. Вибратор лучемета угрожающе отсвечивал синим при каждом его движении. Из рук не выпускает оружия, мер-рзавец…

«Командор» заглянул в воронку, подул в нее. Почему-то взял другой «посредник». Мыслящий засверкал под фонарем переливчато, как живой. И тут случилось непредвиденное — Глор не выдержал. Он покачнулся, зацепился поясом за что-то, повис. Ноги не держали его. Он беззвучно орал: «Не хочу, не хочу, не хочу! Это мое тело, мое!» Он рвался прочь, он хотел жить, и Севка замер от жалости, и не мог с ним совладать. Наравне с его глазами проплыли черные треугольники — глаза Сулверша. Весь обмякнув, Севка смотрел, как Нурра бессмысленно вертит в руке «посредник», а Сулверш, загородив выход, отстегивает от портупеи лучемет.

«Командор» крякнул. Пробормотал:

— Живучая штучка… Триста лет без изменений…

Севка с мучительным усилием тянулся к своему лучемету. Тело не слушалось его приказов — висело на кожухе станка и слабо подергивалось. Катастрофа… Нурра забыл, как включается «посредник». Вместо того чтобы брать Сулверша, он крутил в руке «посредник» и говорил с фальшивым оживлением:

— Ну, господа? Кто мне скажет об этой штуковине? — Он прикоснулся когтем к Мыслящему. — Для чего она здесь лежит? Ну, господин офицер?

«Забыл, как его зовут, — с ужасающей отчетливостью подумал Севка. — Все забыл. Конец…»

Рыкающим шепотом заговорил Сулверш:

— Вашусмотрительность… Извольте, ну, сменить перчатки. Пр-рошу!

Левая рука его направляла лучемет как раз в щель между Нуррой и Севкой. Правая опустилась к поясу, сделала резкое движение — из плоского чехла, подвешенного к поясу, выдернулась пара повседневных командорских перчаток номер ТВ-003.

— А, перчатки?.. — удивился «командор Пути». — Сейчас? Что же, давай. Подержи штуковину… Держи…

Севка беспомощно смотрел, как Нурра передавал «посредник» Сулвершу, как взял перчатки. И вдруг Нурра щелкнул челюстями — щелк-щелк! А начальник Охраны сложился втрое, как складной нож, — ткнулся каской в колени…

В «посреднике» весело сверкал второй Мыслящий. Но еще веселей играли глаза Нурры, когда он повернулся к Севке и прорычал:

— Как мы его, ар-роу! Командуй живо, благодетель! Он протухнет через одну восемнадцатую.

Пересадка с «болваном»

Севка обомлел от радостного облегчения. Ай да Нурра! Бывший Десантник не потерял сноровки.

Глор замолчал — смирился. Их общее тело по-прежнему болталось, зацепленное поясом за станину.

— Щелк-щелк, а? — веселился Нурра. — Это тело мне? — Он показал на Сулверша.

— Вам мое тело. Мне ваше. Вы будете моим порученцем, и я вас прикрою… Черные небеса, помогите мне отцепиться! (Нурра с готовностью освободил его портупею.) Нурра, я полагаюсь на вас. Третьего раздела инструкции не знаю.

— Пустяки, пересадка с «болваном», — деловито буркнул Джал-Нурра. — Типовая схема два-три-два… Это нам как два когтя обкусить. Не знаешь третьего раздела, благодетель? Он без надобности… Вот… — Он потащил с шеи командорский «посредник» планетного класса, которым можно пользоваться по второму разделу ПИ. — Держи, господин! Пересаживай меня в гвардию… Потом я тебя — в командора. Потом ты меня — в господина монтажника. И гуляй смело! — Он радостно защелкал командорскими челюстями. — В два «посредника» мы разом — щелк-щелк!

«Черные небеса, вот как оно делается! — подумал Глор. — Даже типовая схема придумана на этот случай…» Он уже схватил суть и мысленно проверил очередность пересадок.

Первая: Сулверша в «посредник» — сделано…

Вторая: Нурру из тела командора — в «посредник».

Третья: Нурру из «посредника» — в Сулверша-«болвана».

Четвертая: Севку из тела Глора — в десантный «посредник».

Пятая: самого Глора — в «посредник».

Шестая: командора Пути из «посредника» — в собственное тело.

Седьмая: Севку из десантного «посредника» — в тело командора Пути, «поверх» командора.

Восьмая: Нурру из «болвана» — в «посредник».

Девятая: Нурру из «посредника» — в тело Глора.

Десятая: Сулверша из «посредника» в его собственное тело. Все.

…Все-то все, но выходило не так, как говорил Нурра. Схема два-три-два должна содержать лишь восемь пересадок, это Глор, при всей своей неопытности в пересадках, понимал. Получалось же десять.

«Черные небеса, Нурра ничего не знает обо мне, инопланетном, — понял Севка. — Как раз на две пересадки и выходит разница. Сначала мне в „посредник“, потом — в тело Великого… Их Нурра и не учел при выборе схемы. И как раз эти две пересадки должен произвести Нурра. С четвертой по седьмую работает он… Он-то думает — я обыкновенный монтажник. Чхаг-авантюрист… Что раздумывать? Нурра мне всем обязан. Не выдаст».

«Такие и выдают, — буркнул Глор. — Каторжник…»

Но Севка уже говорил:

— Нурра! Прошу вас, не удивляйтесь. Я — инопланетный. Я не балог. Понимаете? Я не принадлежу к Пути.

— Ка-а, — как-то даже каркнул «командор». — И-но-пла-нет-ный?! Это вы брешете. Не принадлежите? А монтажник где? К-как?! — Он злобно отпихнул тело Сулверша, рухнувшее ему на ноги. — Понимаю, понимаю.

На его лице вспыхнуло яростное восхищение. Он понял, что Глор подчинен «инопланетному» и что Мыслящий этого, второго, более высокого ранга, чем Мыслящий Глора.

— Белыми молниями клянусь, дождался я! Приятель, вы — комонс? Не знаете?! Так что же вы знаете, рулем вас по башке? — Он поспешно заглянул в лицо Сулверша. — Живо пересаживайте меня, он кончается… Берите мой «посредник»!

«Посредник» прожужжал у самого черепа «командора Пути». Через секунду Нурра был пересажен в тело Сулверша и зарокотал его голосом: