Дэвид Эддингс - Алмазный трон

- Это ваше окончательное решение, господин настоятель?

- Боюсь, что да, сэр Спархок.

- Что ж, хорошо. Дайте нам знать, как только он закончит свою епитимью. После этого, я думаю, мы сможем предать его смерти.

- Конечно, сэр Спархок.

Когда пара здоровых монахов утащила из комнаты трясущегося консула, троица, оставшаяся в комнате, дружно расхохоталась.

- Чудесно, мой Лорд, - проговорил сквозь смех Спархок. - Вы уловили самый дух нашего представления.

- Но я же уже далеко не послушник в подобного рода вещах, Спархок, сказал настоятель, хитро поглядывая на пандионца. - Вы, пандионцы славитесь жестокостью в допросе пленников.

- Да, и я слышал что-то такое, - согласился Спархок.

- Но вы, как я вижу, не прибегаете к пыткам?

- Обычно нет, просто подобная репутация помогает быстро получить нам нужные ответы... Вы-то представляете себе, как на самом деле тяжело и грязно пытать людей? Мы специально распускаем эти слухи о нашем Ордене. В конце концов, зачем что-то делать, если достаточно сказать, что ты это делаешь?

- Я тоже так думаю, Спархок. А теперь, - нетерпеливо сказал настоятель, - почему бы вам не рассказать мне об этой обнаженной женщине, об этом вашем мосте да и обо всем, что с вами сегодня приключилось? И ничего не упускайте. Я ведь всего-навсего бедный монах-отшельник, и мне так не хватает веселья в этой жизни.

20

Спархок вздрогнул и поморщился от боли.

- Сефрения, тебе обязательно так тыкать? - пожаловался он.

- Да не будь же ты, как ребенок, - ответила Сефрения, продолжая подергивать иглой занозу в его руке. - Если я ее не вытащу, то может случиться нагноение.

Спархок вздохнул и стиснул зубы. Он посмотрел на Флейту, которая, прижав обе ладошки ко рту, старалась сдержать хихиканье.

- Тебе кажется, что это смешно? - сердито спросил ее Спархок. Девочка поднесла к губам свирель и извлекла из нее насмешливую трель.

- Вот что я думаю, Спархок, - сказал настоятель. - Если у Энниаса есть свои люди здесь в Киприа, то, наверно, есть и в Джирохе. Может быть стоит обойти его стороной, чтобы не рисковать быть узнанными?

- Нет, отец мой, нам все же придется туда заехать. У меня есть в Джирохе друг, и мне нужно поговорить с ним перед тем, как мы отправимся вверх по реке, - Спархок посмотрел на свое черное одеяние. - Я думаю, это поможет нам избежать случайных взглядов.

- Все-таки это слишком опасно, Спархок.

- Все обойдется, если мы будем осторожны.

Кьюрик, который в это время седлал лошадей и навьючивал мула, которым снабдил их настоятель, вошел в комнату. В руках у него был длинный узкий деревянный короб.

- Вы действительно собираетесь брать это с собой? - спросил он Сефрению.

- Да, Кьюрик, - ответила она печально. - Непременно.

- А что в нем?

- Два меча. Они часть моего бремени.

- Слишком большая коробка для двух мечей.

- Боюсь, будут и другие, - вздохнула Сефрения и начала перевязывать руку Спархока длинным куском льняного полотна.

- Да ни к чему эта повязка, Сефрения, - возразил Спархок. Подумаешь, какая-то заноза.

Сефрения посмотрела на него долгим пристальным взглядом.

- Ну, хорошо, - сдался Спархок. - Делай как ты считаешь нужным.

- Благодарю, - сдержанно усмехнулась Сефрения и завязала концы повязки.

- Ну как, вы пошлете сообщение в Лариум, мой Лорд? - спросил Спархок настоятеля.

- С первым же судном, сэр Спархок.

Спархок что-то обдумал и сказал:

- Я не думаю, что мы вернемся назад в Мэйдел. А там остались несколько наших товарищей, в доме маркиза Лисьена.

- Я знаю его, - кивнул настоятель.

- Вы не могли бы и им послать весточку? Передайте, что если все будет нормально, то из Дабоура мы вернемся прямо в Замок. Пусть и они отправляются в Симмур.

- Хорошо, Спархок.

Спархок в задумчивости теребил узелок на своей повязке.

- Оставь его в покое, - строго сказала Сефрения.

Спархок со вздохом убрал руку.

- Я, конечно, не берусь указывать Магистрам, что они должны делать, но мне кажется, что в послании можно было бы предложить им вот что: небольшие отряды Рыцарей Храма на улицах рендорских городов, напомнили бы местным жителям, что не стоит придавать большого значения всем этим слухам.

- И это, возможно, избавит нас от необходимости позднее вводить сюда целые армии, - согласился настоятель. - Я обязательно упомяну об этом в моем рапорте.

Спархок встал.

- Вот и опять я у вас в долгу, отец мой, - сказал он. - Вы всегда выручаете меня в трудные часы.

- Мы служим одному Богу, Спархок, - ответил настоятель. - Кроме того, - усмехнулся он, - ты мне очень по душе. Кое-что вы, пандионцы, делаете не так, как мы, но вы получаете результаты, а это главное.

- Будем надеяться и на этот раз.

- Будьте в пустыне настороже, друзья, и удачи вам.

- Спасибо, отец мой.

Они спустились в главный монастырский двор, а колокола тем временем начали призывать монахов к утренне. Кьюрик привязал коробку с мечами к вьючному седлу мула и все трое взобрались на лошадей. Они выехали через главные ворота монастыря, под заполонивший все вокруг перезвон колоколов.

Пока они добирались до пыльной прибрежной дороги, ведущей на запад, в Джирох, Спархоком овладело задумчивое настроение.

- Что с тобой, Спархок, - спросила Сефрения.

- Эти колокола напомнили мне, что было тогда, десять лет назад. Я знал, что когда-нибудь вернусь в этот монастырь, - он выпрямился в седле, - это славное место и жаль покидать его, но... - Спархок пожал плечами.

Слепящие лучи утреннего солнца отражались от белесой выветренной поверхности дороги, от камней, песка и гравия слева от дороги. По правую сторону вниз резко срывался береговой откос, а за ним, за нестерпимо сияющей полоской белого прибрежного песка, раскинулись темно-голубые воды Внутреннего моря. Солнце припекало, и не больше чем через час стало совсем тепло, а еще через полчаса и вовсе жарко.

- Интересно, здесь когда-нибудь бывает зима? - спросил Кьюрик, стирая с лица пот.

- Это и есть зима, Кьюрик, - ответил Спархок.

- А что же здесь творится летом?!

- Летом тут несладко, нам бы пришлось ехать по ночам.

- А далеко до Джироха?

- Около пятисот лиг.

- Недели три ходу.

- Боюсь, что так.

- Все ж стоило бы нам поехать морем, смерч там не смерч...

- Нет, Кьюрик, - сказала Сефрения. - Мы не нужны Элане утопленниками.

- А разве это, которое следит за нами, не может колдовством найти нас?

- По-моему нет, - ответила Сефрения. - Когда это нечто искало Спархока десять лет тому назад, ему приходилось расспрашивать людей. Оно не могло само почуять его.

- Да, я забыл об этом.

Дни в пустыне проходили однообразно-тоскливо. Они поднимались рано-рано утром, когда на небе еще не гасли звезды, и гнали лошадей до полудня, когда солнце начинало немилосердно палить их самих и лошадей своими отвесными лучами. Потом они отдыхали в неверной призрачной тени тента, который дал им в дорогу настоятель, а их лошади лениво щипали колючую солончаковую травку. Когда солнце скатывалось из зенита, они продолжали путь и ехали до полной темноты. Временами они набредали на редкие родники, всегда окруженные густой зеленью, дающей настоящую тень и живительную прохладу. Они позволяли себе задержаться там на целый день, чтобы дать отдых лошадям и отдохнуть самим перед новой встречей с обезумевшим солнцем пустыни.