Ариадна Громова - Библиотека фантастики и путешествий в пяти томах. Том 1

Женщина тихо сказала:

– Здравствуй.

Он быстро отошел назад, в темноту. Потом спросил:

– Так это ты… секретарь совета?

– Третий месяц, - Ответила она. - Ты не знал?

Он промолчал.

– Мы давно не виделись, - нерешительно сказала она.

– Девятнадцать лет, - отозвался он. - Да, почти девятнадцать лет. Это было здесь. Ты… помнишь? Она кивнула головой:

– Помню. Тогда здесь был пустырь. Мы придумывали название… для полигона.

– Женщина улыбнулась, рассеянно дотронулась пальцем до подбородка,.и человек вздрогнул, узнав эту улыбку и этот жест.

– Где-то здесь была река, - продолжала она. - Нет, не река - совсем маленькая речка. Но в ней отражались звезды. Очень много звезд.

– Да. Много звезд, - сказал он. - А потом никто не мог понять, откуда взялось это название… Речки уже нет. Давно нет.

Они сели на мокрую от растаявшего снега скамью и долго молчали. Она искоса посматривала на него, но он сидел на краю скамьи, в темноте, я лица его не было видно.

– Я по делу,-сказала она, не выдержав молчания.

– Да, - безразлично произнес он.

– Произошла катастрофа с подземоходом. Ты, конечно, знаешь?

– Нет.

– Ты… не знаешь?

Он досадливо пожал плечами:

– Нет.

– Хорошо, - сказала она после некоторого молчания. - Я объясню. Это экспериментальный подземоход. Совершенно новая конструкция. Раньше опускались на три, на четыре километра. Эта машина пробилась на глубину в тридцать шесть километров. Предполагали, что она дойдет до сорока. Но произошла авария. Там три человека… Ты слышишь?

Она всматривалась в темноту и никак не могла разглядеть его лицо.

– Да, - ответил он. - Слышу.

– У них мало кислорода, - продолжала она. - Часть баллонов уничтожена при аварии. Но какое-то время они продержатся. Связь плохая. Трудно сказать, сколько они могут продержаться. Дорог каждый час… На бурение нет времени. Если бурить - мы не успеем туда добраться. Опоздаем. Остается только один способ - электропробой.

– А, знаю. - Он оживился. - Знаю. Направленный разряд. Образуется скважина с оплавленными стенками. Сколько дней она держится, такая скважина?

– Это зависит от многих причин, - быстро ответила женщина. - Но нам достаточно нескольких часов. Он неожиданно рассмеялся:

– У вас ничего не выйдет! На это требуется огромное количество энергии. Пробить земную кору… Теперь я припоминаю. Опыты проводились на глубинах до двадцати километров. Да, да… Эти опыты поглощали уйму энергии. Я тогда протестовал - и опыты прекратили. Энергию отдали ему, - он махнул рукой в сторону Излучателя. - Когда же это было?.. Восемь лет назад. Да, восемь лет назад.

– Энергия есть, - сказала женщина. - Энергия есть в батареях твоего полигона. Разве ты…

Она умолкла, ей было трудно говорить. Он встал, шагнул от скамьи. Спросил не оборачиваясь:

– Так приказал ученый совет?

В голосе его было безразличие. Женщина ожидала всего - только не безразличия.

– Нет, - ответила она. - Это не приказ. Точнее - не совсем приказ. На заседании совета все высказались за использование энергии твоих батарей. Но единогласно принята оговорка: использовать, если согласишься ты.

– Следовательно, решение зависит от меня?

– Да.

– И никто не будет протестовать, если:

– Нет.

Он вернулся к скамье, сел.

– Передай, что я не согласен.

Она вздрогнула, посмотрела на него:

– Ты…

– Я же сказал - нет. Помолчи, пожалуйста. Я все объясню.

Женщина тщетно пыталась увидеть его лицо. Голос (так ей казалось) шел откуда-то издалека.

– Допустим, я отдам энергию, накопленную здесь за семнадцать лет. Ведь вам нужна вся эта энергия, не так ли?

– Да, вся, - подтвердила женщина. - В твоих батареях примерно девяносто процентов нужной нам энергии. Скважина должна иметь большой диаметр и…

– Хорошо, - перебил он.- Хорошо. Вы возьмете энергию, и три человека будут спасены. Итак, мы потеряем накопленную за семнадцать лет энергию, зато сохраним трех человек… Я просил не перебивать меня! Выслушай, пожалуйста, до конца. Ты знаешь: энергия, накапливаемая здесь, нужна для решающего эксперимента. Овладеть засветовыми скоростями - значит открыть путь человечеству к самым отдаленным галактикам. Но суть даже не в этом. Космические корабли нередко погибают из-за недостаточной мощности двигателей. Статистика тебе, надеюсь, известна. Установить на кораблях новые двигатели - а в этом конечная цель моей работы - значит спасти жизнь многим астронавтам. Как видишь, здесь строгий расчет. Я не руководствуюсь личными соображениями. Я думаю о людях. В одном случае погибнут три человека, но наука рванется вперед, даст технике средства, которые предотвратят в будущем гибель сотен, может быть тысяч людей. В другом случае удастся спасти трех человек, но мы потеряем семнадцать лет, и это неизбежно - прямо или косвенно - приведет к человеческим жертвам. Ты: все поняла?

– Все, - тихо ответила женщина. - Мне страшно, что ты такой.

Он усмехнулся и мельком взглянул на нее.

– Ну, а возражения у тебя есть? Разумные доводы? Я готов выслушать.

Женщине было холодно, она забыла об электрообогреве костюма. Снег падал ей на плечи и не таял.

– Да, - сказала она после продолжительного молчания. - У меня есть доводы. Ты прав, космическим кораблям нужен мощный двигатель: это откроет путь к галактикам, уменьшит число катастроф. Однако все это - в будущем. Следовательно, есть время. Не ты один думаешь об этих двигателях. Да, я хорошо понимаю: твое открытие - это нечто исключительное. Но и другие конструкции помогут нам в ближайшие годы избавиться от катастроф, связанных с недостаточной мощностью двигателей. Нет, нет, так нельзя обосновать твой отказ.

Он снисходительно улыбнулся.

– Ты улыбаешься сейчас, - грустно сказала она. - Я не вижу, но знаю: ты улыбаешься… Сколько раз было так! Я чувствую, что ты неправ, и не могу доказать… С тобой трудно спорить. Но разве справедливо, чтобы из-за этого те трое…

– Несправедливо, - сухо ответил он. - Хорошо. Допустим, важнее сейчас спасти трех человек, чем рассчитывать на отдаленные результаты моего эксперимента. Но что можно противопоставить его научному значению? Ничего!

– Ничего, - повторила женщина. - И все-таки человеческая жизнь важнее. Наука существует для людей.

– Прописная истина, - резко перебил он. - Я ставлю эксперимент не для забавы. Для людей. Это сделает их сильнее, счастливее.

– Нет, нет! Мне трудно спорить с тобой. Но я… я начинаю думать, что твой эксперимент теперь только задержит развитие науки.

Он посмотрел на нее. Ему казалось, что спор уже решен. Сейчас его просто интересовал ход ее мыслей. И он с любопытством спросил: