Энн Маккефри - Планета под следствием

— Он жив, сэр, но без сознания, — ответил низкий мужской голос. — Я думаю, все закончилось и... О, боже мой!

— Что? Что случилось? — спросила Мармион, ощутив в этом голосе странный почтительный трепет. Она оглянулась, ища способ выбраться из-под стола, но это удалось ей с трудом: стены и крыша обрушились так, что покрывали практически все, кроме места, где лежало бесчувственное тело Мэттью.

Мармион пошла к нему, жестом позвав Виттэйкера и Салли за собой. Там было как раз достаточно места для того, чтобы пробраться под столом к Мэттью, грудь и бедра которого зажало между ножками стола. Запах, исходивший от него, явно не был ароматом цветов. Опираясь на стол, они смогли встать на относительно свободном месте; вокруг были медленно приходившие в себя люди в униформе, валялись обломки, которые раньше были входной дверью. Как ни странно, стена осталась стоять.

Затем Мармион обернулась туда, куда не отрываясь смотрел офицер.

— Господи!.. — Раскрыв рот, она смотрела на сооружение из массивных камней, появившееся на месте посадочного поля космобазы. — Нет, это не совсем зиккурат, — пробормотала она, пытаясь вспомнить, где она видела похожую конструкцию из строительных блоков или камней. Приглядевшись к пирамиде, она поняла, что на нее с легкостью смог бы взобраться любой, кому хватило бы на это смелости. Последние клочья тумана развеялись, открывая изумительный вид на созданное самим Сурсом опровержение предположения Мэттью.

Повсюду люди выбирались из покореженных и сломанных зданий, покрытые пылью, в изумлении от того, что им удалось уцелеть.

— Кто-нибудь ранен? — спросил знакомый голос из коридора.

— Яна! Янаба Мэддок, Клодах с тобой? Мне кажется, Мэттью ранен, — отозвалась Мармион.

— Лузон? — Голос Яны прозвучал резко, но Мармион была далека от того, чтобы ее за это осуждать. — Кто-нибудь еще?

— Не думаю, — сказала Мармион, оборачиваясь и следя за тем, как поднимаются на ноги Чаз Тунг, Бэл Джостик и Некоим Ши-Ту, отряхивая с себя пыль. Затем и они увидели сооружение, возникшее на посадочном поле, и застыли, завороженные зрелищем.

Помоги им, подумала Мармион, разрешить их сомнения.

— С тобой все в порядке? А с остальными? — спросила Мармион.

Яна просунула голову в дверь, пока Шон осторожно отламывал деревянный косяк двери так, чтобы обломки не причинили никому вреда.

— Клодах все еще пересчитывает народ по головам; по крайней мере, во время землетрясения мы сумели оценить все преимущества подобных камер, — ответила Яна с вызывающей улыбкой, — а от удара сломались замки в дверях.

Она фыркнула, вспомнив неадекватное поведение охраны, и наклонилась к Мэттью, нащупывая пульс.

— Ну, он жив.., но вы истекаете кровью, солдат. А у вас, сержант, похоже, сломана рука. Сядьте здесь, у стены. Если она не рухнула раньше, то и сейчас не упадет. Банни, найди, пожалуйста, в этом хаосе немного воды и, если сможешь, врача.

— Обычное медицинское оборудование дальше по коридору и направо, — сказал Виттэйкер. — Я покажу.

Он перешагнул через остатки двери, чтобы сопровождать Банни и чтобы добавить веса к ее требованиям в глазах изумленного и, возможно, не согласного с ее действиями персонала.

Глава 19

Определение размеров причиненного ущерба заняло остаток дня, хотя разрушений оказалось немного: повреждены были только здание для конференций и временные камеры. Те здания, что были на другом конце поля, тоже были разрушены, но никто не погиб, все отделались лишь неопасными переломами, синяками и царапинами. Некоторые солдаты с Омникрона и прочие “пришельцы” говорили, что слышали в тумане голос, и хотя слов они разобрать не смогли, но он как-то утешал их.

Пока Джонни Грин и Рик О'Ши пытались установить связь с Лунной базой, растрепанный и взбешенный Торкель Фиске пришел пешком с пилотом вертолета; оба были нагружены тяжелыми рюкзаками с образцами руд. Торкель настаивал на том, чтобы увидеть Мэттью Лузона, и заявлял, что не желает слышать никаких отговорок. Ему продемонстрировали одного члена комиссии, перебинтованного и все еще находящегося без сознания.

— Сильный ушиб груди, — почти извиняясь, сказал ему врач, — и перелом обеих ног.

— Кто это сделал? Кажется, больше никто не ранен, — сказал Торкель, воинственно глядя на тех, кто работал во временно организованном штабе в одном из полупустых складов, расположенных по периметру космобазы.

— Я просил Мэттью спрятаться под стол, — радостно соврал Виттэйкер, — но он никогда не обращает внимания на хоть сколько-нибудь разумные предложения. Спроси капитана Урамбула. Он был одним из тех, кто налетел на Мэттью.

Обвиняющий взгляд Торкеля смягчился, когда он увидел могучую фигуру капитана десантников и солдат его группы. У них, по крайней мере, были заметные ранения на руках и лице и синяки, на которые они, впрочем, не обращали внимания. Капитан говорил что-то в переговорное устройство, очевидно, повторяя это не в первый раз: у него был вид терпеливого мученика.

— В какой момент собрания случилось землетрясение, папа? — спросил Торкель уже далеко не так воинственно.

— Когда Мэттью, стуча кулаком по столу, настаивал на том, что планета не может быть разум ной, — ответила Мармион. — Кстати, Вит, Коакстл была освобождена Фрэнком Метаксосом, Диего и Фабером: они были одеты в униформу и выглядели весьма официально. Бедный ветеринар отдал Коакстл без единого слова; последний раз ее видели у Лайэма Малони — на рассвете она ловила в реке рыбу.

— Слава богу!

— Коакстл? — Торкель недоуменно переводил взгляд с одного на другого.

— Ну да. Коакстл была одним из заговорщиков, и Мэттью хотел предъявить ей обвинение, — сказала Мармион таким тоном, которым обычно говорят с умственно отсталыми людьми. — Вместе с маленькой тощей беременной кошкой. Мэттью собирался доказать, что кошки ведут подрывную деятельность.

— Доктор Фиске! — Брэддок Макем обратился к Виттэйкеру с куда большей робостью, чем прежде обращался к своему работодателю. — Землетрясение было локальным, эпицентр точно совпадает с центром посадочного поля. В серии было три толчка; дальнейших не ожидается.

— Спасибо, Макем, — отозвался Виттэйкер, улыбаясь. — Теперь, Торкель, скажи, где ты нашел те образцы, которые принес с собой?

— В одной из пещер, где мы все спрятались после того, как попал в аварию ваш “шаттл”, — сказал! тот, и на его лице появилось выражение отвращения. Он сжал кулаки. — Мы были прямо там, не более чем в десяти метрах от одной из самых крупных жил чистого золота, но этот Сурс...

— Я достаточно наслушался тебя, Торкель, за время нашего совместного существования, — сказал Виттэйкер, оставив привычную простую и сдержанную манеру разговора и выпрямившись так внезапно, что Торкель отпрянул в удивлении: так неожиданно внушительно стал выглядеть его отец. — Компания отказалась от разработки минеральных ресурсов в пользу разработки фармацевтических...