Джек Макдевитт - Послание Геркулеса

- И что это значит?

- Он раньше носил очки. Сильные. Сейчас у него зрение - единица.

- Вы хотите сказать, что у нас объявился дурак, который ставит эксперименты на себе?

- Сайрус отнюдь не дурак, мистер президент.

- Не важно. Уже был несчастный случай, и больше мне не надо. - Президент вздохнул. - Так какой же вывод следует сделать? Что у нас есть средство от астигматизма?

- Похоже, он считает, что может дергать ДНК так, чтобы она лучше работала. Не только в смысле зрения.

- В самом деле? Отлично. И это применимо ко всему населению?

- Он говорит, что да.

- Что ж, это прекрасно. Можем дать каждому приличное зрение. - Президент снял очки, посмотрел на них. - Дайте мне какое-то подтверждение, Гарри. Мне нужна абсолютная уверенность. И как только она у меня будет, мы это огласим для публики… - Он остановился и наморщил лоб: - Вы сказали, не только зрение? А что еще?

- Он считает, что почти все. Сердечные болезни. Он упоминал менингит.

- Рак? - спросил президент.

- Да, и рак. Так он говорит. Может быть, не излечивать, это я не совсем понял. Но остановить. То есть сделать так, чтобы никто больше им не заболевал.

- Чудесно! Гарри, это просто невероятно! Что еще?

- Я полагаю, практически все. Президент сиял.

- И врожденные дефекты?

- Да.

- О'кей. - Президент внимательно посмотрел на Гарри. - Вы чего-то не договариваете.

- Сайрус считает, что люди перестанут разрушаться с возрастом, мистер президент. Он говорит, что может научиться лечить старость.

У Харли челюсть отвисла, и он повторил будто про себя:

-  Лечить старость. Что это значит?

- Насколько он мне объяснил, вам делают пару уколов, и вы прекращаете стареть.

- Бог ты мой! Надолго? То есть сколько времени длится эффект?

- Никто не знает. Сайрус говорит, что не видит причин, чтобы это не было бессрочно.

- То есть люди перестанут умирать? - Харли стал медленно подниматься с кресла. На лице его поочередно промелькнули радость, ошеломление, беспокойство, восторг.

- Очевидно. Конечно, пока это все еще теория. Уверенности быть не может, пока не будут проведены кое-какие эксперименты.

- Понимаю.

- Я должен вам сообщить, что никаких серьезных экспериментов не проводилось из-за ограничений секретности, и никого со стороны не привлекали. Но Сайрус пользуется заслуженной репутацией, и он говорит, что не видит причин, почему бы это не получилось.

Наверху прокатился гром, порыв ветра ударил в окна, хлестнув дождем.

- Так, - сказал президент. - Еще что-нибудь, Гарри?

- Нет, сэр.

- Впрочем, этого уже достаточно, правда? - спросил, улыбаясь, президент.

- Я думаю, что да, мистер президент.

- А что до того, чтобы… - Президент не договорил и подошел к столу, включил спикер. - Джейн, дайте мне Тилмана.

Фамилия была Гарри не знакома. Президент снял трубку телефона.

- Джим, надо усилить охрану «Геркулеса». Вы передаете все работы агентству национальной безопасности. Немедленно. - Он послушал ответ, кивнул и посмотрел в окно, где бушевала непогода. - Так будет правильней. Нельзя терять ни минуты.

Он вернулся к окну и пожал Гарри руку.

- Превосходно, Гарри. Вы с вашими людьми совершили выдающуюся работу. Я этого не забуду.

А Гарри думал: «Бог мой, он нас закрывает. Завтра же. Все кончено». Он хотел сказать Харли, что нельзя отбирать программу у Годдарда. Нельзя отдавать хакерам с приказом все угробить. Но было слишком страшно.

- Спасибо, сэр, - сказал он.

- Кстати, я думаю, что вам можно было бы поручить более ответственную работу. Можете начать приглядываться. Когда это все кончится, может быть, для вас найдется должность заместителя кого-нибудь из главных министров.

Позвонила Джулия.

- Хорошая новость!

- Какая? - спросил он. - Мне бы она не помешала.

- Что-то вроде прорыва. Килгор сказал привезти ему Томми завтра.

- Чудесно. - Килгор - человек осторожный. Если он говорит о прорыве, значит, что-то должно быть серьезное. - Подробностей ты не знаешь?

- Он сказал, что должен выполнить некоторые анализы. Но настроен оптимистично.

- В каком смысле - оптимистично?

- Я тебе скажу, когда буду знать.

Унллис Уорлд Онлайн

Сегодня на встрече в Уичите мне не без оснований показалось, что Роджер Уиткок, босс республиканской партии в штате, дал понять, будто администрация собирается запустить «Орион» - новое оружие на пучках частиц - в массовое производство. Это оружие - что-то вроде лучей смерти. Так что, друзья, о бомбах можно забыть…

(Эндрю Фельдман, кандидат на выдвижение от демократической партии, выступил по Си-эн-эн в передаче «Защитники»)

Си-эн-эн: Поздравляю, сенатор. Вы обеспечили себе голоса большинства кандидатов. Ваше выдвижение - верняк?

Фельдман: Гарольд, не притворяйтесь наивным. В политике не бывает верняков. Но я думаю, мы сделали все, на что могли надеяться.

Си-эн-эн: Сенатор, учитывая экономический застой и отсутствие насущных внешнеполитических проблем, согласны ли вы, что главными вопросами предстоящей кампании будут финансовая политика и налоги?

Фельдман: Именно этого хотел бы избежать Джек Харли, но вряд ли у него получится. Слишком много в этой стране людей, до сих пор обездоленных, Гарольд. Мы слишком многое и для слишком многих делали за пределами страны, пора вернуться домой. Позаботиться о себе, наконец.

Си-эн-эн: По вашему мнению, сенатор, где сейчас слабое место у президента?

Фельдман: Мне неприятно говорить такие вещи, Гарольд, но страна* сейчас не слишком верит в президента. Не так давно произошел крупный обвал финансового рынка, от которого мы еще не оправились. Экономического роста нет, и многие люди по этому поводу беспокоятся. И беспокоятся, должен я добавить, потому, что не верят в способность Джека Харли принимать правильные решения.

Си-эн-эн: Опросы показывают, что в состязании ведете вы, сенатор. Вы, наверное, с оптимизмом смотрите в будущее?

Фельдман: Я с оптимизмом смотрю в будущее страны, Гарольд. Мне кажется, у нас есть шанс снова двинуться вперед. И я вижу впереди светлые перспективы под нашим руководством.

Глава восемнадцатая

Гарри привез Лесли к себе домой на Болинброк-роуд и раздел ее при свете уличных ламп в спальне Джулии. Своего рода месть, подумалось ему.

Один за другим бросал он предметы ее одежды на пушистый ковер, который они с Джулией привезли, получив этот дом в свое владение к седьмой годовщине свадьбы. Когда Гарри ее раздел, Лесли чуть отвернулась, то ли по капризу, то ли из застенчивости, и пупок и груди ее вошли в тень. Но глаза продолжали смотреть на Гарри, и светлые волосы лучились в исходящем от штор свете.