Вячеслав Поляков-Прокопьев - Цивилизация из канализации

— Слава богу, нет! Он здесь и весьма обеспокоен тем, что произошло в Вашингтоне. Президент полагает, что защититься от подобных методов террора очень и очень трудно, можно сказать, практически невозможно…

Вы ведь помните, что в прошлом господин Президент был плотно связан со спецслужбами, посему доподлинно, так сказать, из первых рук знает, как это все может произойти.

Просил после разговора с вами доложить ему незамедлительно. Как видите, ситуация на контроле на самом высоком уровне. Продолжайте, пожалуйста.

— В том, что полковник нанесет удар, нет никаких сомнений. С этим более-менее ясно. Другой вопрос — когда? Каким образом…

Хозяин кабинета бесцеремонно перебил Константина:

— Очень прошу вас избегать в ходе нашей беседе слов, выражающих неопределенность. Никаких «более-менее», никаких «может быть». Только «да», «нет», «сказал», «сделал»! Вам понятно?

— Предельно! Так вот, теракт наиболее вероятен в течении трех ближайших суток.

— Почему трех, а не двух или, скажем, семи?

— Среди подпольщиков находится мой друг. Он ведет военные действия против армии полковника.

— И что?

— У меня имеется связь с ним. Он сообщил, что в данный момент полковник бросил все силы на подавление вооруженного мятежа. У него есть надежный информатор в стане полковника.

— Насколько надежна связь с вашим товарищем?

— Более чем надежна. Самая надежная в мире связь, телепатическая связь.

— Бросьте шутить!

Такой связи еще не существует.

— У нас она есть. Это наша разработка. Она опробована и работает.

— Н-ну… в таком случае вы самый продвинутый человек на планете на сегодняшний день! Продолжайте, я вас внимательно слушаю.

— Мой друг стал жертвой чудовищных экспериментов полковника и его приспешников. У них только один бог: золото. За него они готовы в своих зверствах и человеконенавистничестве пойти на любую гнусность.

Ради своих тридцати сребреников они не задумываясь уничтожат полмира… а если понадобится, то и целиком! Они превратили моего товарища в крысу и использовали его интеллект и талант ученого в своих черных целях…

— Стоп-стоп-стоп! Как это «превратили»? Разве это возможно? Не вынуждайте меня усомниться в вашей адекватности.

— Напрасно. Я совершенно нормален. И говорю чистую правду. Видимо, я употребил не совсем подходящее слово. Не превратили, а переместили в крысиный организм его разум, его «я».

— Все равно это звучит фантастично и совершенно не похоже на реальность!

— А кадры, которые мы с вами видели, разве не похожи они на фантастический блокбастер, состряпанный в Голливуде?

— Сдаюсь! Вы правы, в наши дни приходится признавать реальность того, что всего несколько лет назад показалась бы полным бредом… Да, прогресс неудержим. И что же, с вашим другом можно связаться прямо сейчас?

— Разумеется. Прибор при мне.

— Вы же назвали это телепатией. Причем тогда тут приборы?

— Просто настройки приходится делать пока с помощью электроники, никуда от нее не денешься. Сейчас включу вызов… Надеюсь, он не спит. Я буду повторять его слова, а свои — озвучивать.

Константин достал детектор, включил его в рабочий режим. Хозяин кабинета с интересом наблюдал за манипуляциями гостя. Затем прозвучал довольно странный для стороннего наблюдателя диалог, произнесенный вслух одним голосом.

— Привет! Я думал, ты спишь.

— Да нет, сижу за столом, колдую над схемой подземных коммуникаций…

— Что так?

— Понимаешь, полковник загнал нас в один из коридоров, который заканчивается тупиком. Как оказалось, он лучше меня знает подземные коммуникации… или у него более детальные схемы. Так или иначе, нам надо прорываться.

Еще утром у нас было преимущество, мы выиграли два боя подряд, но в третьем, ближе к вечеру, нам повезло меньше… Мы вынуждены были отступить. Теперь-то я понимаю, что это был его хитрый трюк.

Поддаться в двух стычках, а потом заманить нас в ловушку. Что ни говори, а стратег он сильный! Впрочем, есть у меня один план, но рискованный.

— Колись!

— Это своего рода военная хитрость. Мы притворимся, что желаем сдаться. Они, конечно, без опаски выдвинутся в коридор. Нам нужно лишь прорыть ход длиной метров двадцать, и мы попадаем в оконечность другого тупика, идущего параллельно нашему.

Как только штурмовики войдут в наш коридор, я даю своим бойцам приказ, и они перекрывают коридор с тыла, тем самым отрезая неприятелю путь к отступлению. Мы же начинаем атаку со своей позиции.

Враг оказывается в клещах! Им придется либо сдаваться, либо стоять насмерть и погибнуть. Сдвоенную атаку им не отбить. Наши бойцы уже научились воевать — когда надо, этому быстро можно обучиться…

Уверен, утром произойдет перелом, и мы одолеем остатки армии полковника. Кстати, я послал один отряд захватить и охранять установку. Надеюсь, ты не забыл о нашем плане?

— Нет, конечно! Не то что не забыл, а уже все документы оформил. Теперь дело за тобой. Чем скорее ты низвергнешь полковника, тем лучше будет для всех. Особенно для Иззи!

— Эту фразу Константин озвучивать не стал. — Кстати, как там твоя разведка? Не удалось ли разузнать что-нибудь о планах полковника?.. Что касается твоей операции, она великолепна. Я горжусь тобой!

— По моим сведениям, никаких серьезных планов у полковника нет. Он занят борьбой с нашим Сопротивлением. Но у него есть секретное подразделение контрразведки, которое, в основном, занимается международной разведывательной деятельностью и проведением диверсионных операций.

Полковник настроен более чем серьезно в своем намерении отомстить международному сообществу… он на грани безумия! Мстит только за то, что прогрессивные политические силы нашли, наконец-то, общий язык и занялись организацией всемирного правительства.

Это ему как нож к горлу. Он сделает все, чтобы помешать объединению наций! Мои разведчики должны вернуться с минуты на минуту, они обещали постараться раздобыть сегодня более свежие и подробные сведения.

Я понимаю, что это — очень важная информация, от которой может зависеть не одна человеческая жизнь… а возможно, и судьбы целых государств. Ввиду серьезности момента, как только информация окажется у нас, она будет сразу же передана вам! Извините, больше говорить не могу: собрался народ на военный совет. Если что, я по-прежнему на связи. И еще… с добрым утром!