Алексей Ефимов - Последние ворота Тьмы

— А что, если нет? — Маахис зло рассмеялся. — Что, если я для начала сожгу тебе пальцы на ногах?

Охэйо спрятал под себя ступни.

— Тогда я сойду с ума от боли. И так никогда и не прочту, что же здесь написано.

Маахис промолчал. Лэйми очень хотелось узнать, кто победит в этом диспуте — и вовсе не из праздного любопытства, — но тут над их головами — а может, внутри них — послышалось шипение. В звездообразной дыре замерцал голубой свет, сияние, похожее на призрачный многослойный кристалл. Потом по глазам ударила мгновенная, ослепляюще-белая вспышка — и в бассейн плюхнулось что-то, похожее на огромный язык. Лэйми едва начал понимать, ЧТО это такое — а Маахис, вскинув лазер, направил режущий луч в дыру, где снова начало мерцать. Вновь эта белая, мгновенная вспышка… потом из дыры вырвалась колонна сизого пламени. Грохнул взрыв, волна горячей воды сбила Лэйми с ног… и всё кончилось. Комната плавала в раскаленном пару, словно не в меру протопленная баня. С потолка свисали клочья разодранной, светящейся стали. Между ними что-то мерцало, металось с неуловимой быстротой; Лэйми чувствовал движение воздуха, уходящего ТУДА… в никуда. От упавшей в бассейн туши остались только обрывки обваренного мяса, разбросанные по комнате. Вкусно пахло супом.

— Ты, идиот, — прошипел Охэйо, поднимаясь на ноги. — Ты хоть знаешь, сколько энергии требует пространственный перенос? Какова мощность этой машины? Если бы она взорвалась — всё испарилось бы на милю вокруг. В том числе, между прочим, и ты.

— А что мне было делать? — удивился Маахис, тоже поднимаясь на ноги. — Дать себя сожрать? Это был гхулин. Ты хоть знаешь, что это такое? Когда он в прошлый раз выбрался из своей ямы…

— У этой штуки был оборванный конец. Похоже, Ключ не может перенести сразу большой объем вещества — и эта тварь, что пожирала ваши отходы, прибыла бы сюда по частям. Радости в этом мало, но всё же…

Над их головой снова что-то зашуршало. Из дыры несло ледяным холодом; температура в комнате упала уже градусов на двадцать.

— Эта чертовщина мне не нравится, — сказал Охэйо. Сейчас он пристально смотрел вверх. — Думаю, что теперь любой, кто войдет в ту дыру… или в эту, плавно рассеется во всём космическом пространстве. Если твои друзья найдут тот портал, они будут один за другим отправляться сюда — и исчезать. По крайней мере, до тех пор, пока среди них не переведутся идиоты. Это называется «естественный отбор».

Маахиса вдруг затрясло.

— У меня есть младший брат. Ты хочешь сказать, что он… что я… — он поднял лазер. — Я отрежу вам всем ноги — и, надеюсь, ты умрешь после…

Охэйо вдруг вскинул правую руку — ладонью вперед. Их одновременно швырнуло в разные стороны — но только Охэйо стоял у стены. Маахис грохнулся затылком о камень и мягко сполз на пол, мгновенно потеряв сознание.

Орки мгновенно бросились вперед, однако Охэйо опередил их, перелетев через бассейн и схватив выпавший из рук Маахиса лазер. Но орки рвались не к нему — их интересовал сам юноша. Один из них замахнулся, стараясь пнуть Маахиса в лицо — и Охэйо огрел его поперек груди тяжелым цилиндром лазера. Орка снесло с ног и отбросило на добрых два шага. Второй догадался отскочить.

Охэйо внимательно осмотрел упавшего.

— Я совершенно не разбираюсь в ранах, — сказал он, поднимаясь. — Случаев не было. А ты, Лэйми?

Лэйми только покачал головой. Под Зеркалом Мира просто не существовало болезней или ран…

— А вы, мои зеленые друзья?

— Я врач, хирург, — неожиданно низким голосом сказал один из орков, постарше. — Но я не буду помогать ему! Это… это тварь, чудовище! Он…

— Он может много нам рассказать, не так ли? Жаль будет упускать такой шанс… Так что займись делом!

Поворчав, орк подошел к телу Маахиса и начал осматривать его с явным отвращением.

— Он будет жить, — сказал он через минуту. — Какое-то время.

— Если мы ему позволим или если ему не помочь? Раз ты умеешь разевать рот, говори точно!

— Если позволим. Но лучше…

— У тебя память короткая? А хотя бы здешнюю еду ты тоже будешь пробовать? Лучше не зли меня. Думаешь, я лучше Маахиса, да?

— Как это… ну, как ты это сделал? — спросил Лэйми по-хониарски. — Как ты отбросил его к стене?

Охэйо вдруг усмехнулся.

— Я просто подумал — что, если направить ту силу, что позволяет нам летать, не на себя, а наружу? И… это получилось.

Лэйми немедленно попробовал… но у него ничего не вышло. Он попробовал ещё раз… но тут Охэйо прервал его упражнения, сунув ему в руки лазер.

— Следи за остальными. Я хочу прочитать инструкцию.

Уютно скрестив босые ноги, он углубился в чтение, быстро переворачивая одно страницу за другой. Лэйми сидел рядом с ним, стараясь, чтобы свет падал и на книгу и на остальных. Орки шептались на каком-то непонятном языке — надо полагать, на своем родном. Маахис довольно скоро очнулся. Застонав, он тоже сел у стены, держась рукой за затылок. Лэйми подумал, что он вряд ли станет доставлять неприятности — сотрясение мозга (судя по тому, как пленника тошнило) не благоприятствовало дракам.

Читал Охэйо примерно час. Всё это время в подземелье царила тишина. Только сверху, из дыры, доносились мертвенные потрескивания, да снаружи довольно урчала и возилась тварь. Наконец, Аннит поднялся на ноги и очень старательно, с чувством потянулся — вполне бесстыдно, если учесть, что на нем не было и клочка… как, впрочем, и на всех остальных. Сейчас он выглядел очень довольным.

— Ну, что ты узнал? — нетерпеливо спросил Лэйми — снова по-хониарски.

Охэйо широко улыбнулся.

— Знаешь, нам очень повезло оказаться именно здесь. Тут, всего метрах в двухстах, спрятан корабль. Я имею в виду — космический. Под землей. В шахте.

— Как он сюда попал?

— Люди, которые его построили, боялись, что создатели этого мира отнимут или уничтожат его. У них были к тому основания — на этом корабле есть генератор пространственных воронок, он может попасть в любое место мироздания. Ещё на нем есть генератор Зеркала, так что ТОТ Генератор нам уже без надобности. Прелесть!

— Тогда почему же они не воспользовались им сами?

— Они не знали, куда лететь. Они ничего не знали о внешней Вселенной — о том, каков мир вне Мааналэйсы. А вот мы знаем. Так что, если доберемся до него — все наши проблемы будут решены.