Людмила Белаш - Капитан Удача

[Не переносить багаж в ДО4. Не разделять]

Майлер (а станция дальней связи не включалась, что доказал контроль) отвечал на слова, произнесённые в рубке несколько минут назад. Объяснить это нельзя было ничем, но почта приходила и уходила... откуда? куда?

[Кто отправитель почты?]

[Я сам], — с обезоруживающей простотой отозвался майлер.

— Теперь нас стало двое с неполадками в башке, — признался Форт, взглянув на Эш. — Я тоже тронулся. Смотри, что тут написано.

— «Я сам», — прочла Эш недоумённо.

— Но и я вижу текст! — без колебаний присоединилась Далан к клубу сумасшедших. Нормальных людей на судне не осталось. — Хотя мне ничего не ясно.

— Как же?! всё просто. Мы беседуем с кем-то внутри корабля, хотя никого, кроме нас, здесь присутствующих, на «Сервитере» нет. Не считая плазмоидов. И вновь, заметьте, речь идёт о багаже, который дружит с плазмой.

— Неизвестный пассажир, — предположила Далан.

— Я тоже думала, что... — Эш замялась в нерешительности. — Но где он может скрываться?.. Только в грузовом отсеке, в скафандре. По бортовому времени мы летим больше суток...

— Двадцать шесть часов девятнадцать минут, — уточнил Форт, сверившись с цифрами внизу экрана. — Наверное, самые насыщенные сутки в моей жизни.

— Если он имеет сменные баллоны, патроны с питанием и поглотители... С какой целью человек так поступает? И при чём здесь багаж?

— Вне разумения, — отрезала Далан. — Какая-то неведомая глупость. Прячущийся сильно рискует там. Надо вызвать его в головной отсек. Пусть объяснится, мы попробуем понять. Давайте снова напишем ему!

— Давайте. Если верно то, что мы думаем — это полоумный, — рассудил Форт. — Никто в своём уме не влезет на мусоровоз, летящий к свалке. Присоединится к нам — будет среди таких же, как он сам. Итак, решено — приглашаем парня к себя.

— Это может оказаться женщина, — заметила Эш.

— Вряд ли. Женщины хитрее — самая безголовая, и та сообразила бы, что проще ругаться с нами здесь, чем блевать себе в шлем на разгоне и кончаться от спазмов в скачке. Если же этот субчик сховался дальше чем в первой четвёрке грузовых отсеков, удивительно, что он вообще способен говорить и думать. Кто пережил скачок вне защитного поля — тот инвалид.

— Если он не в состоянии двигаться, я понесу, — смело объявила Далан, — а вы постережёте Эш. Наверняка его ум повредился! Вспомните первое письмо, которое мы получили!

— И дался ему этот сундук мертвеца... — вздохнул Форт сокрушённо, набирая очередное послание.

[Вы находитесь на борту «Сервитера»?]

[Да]

[Где именно?]

[Не приближайтесь]

— Вот и помогай людям. Хуже нет, чем выручать дурных, обколотых и пьяных — они сами не соображают, что им надо.

[Как вы себя чувствуете?]

[Никак]

[Зачем вы проникли на корабль?]

[Эскорт]

— Спасибо, а то мы не знаем, чем занимаемся... Похоже, он совсем плох, еле связь держит.

— А вдруг это больной фэл? Мы не сможем ему помочь, — с сожалением промолвила Эш. — Напрасно человек покинул «Скайленд» — там медики, там госпиталь.

— Был я там. Покойницкая это, а не госпиталь. Хотя... вроде бы дела у них пошли на лад.

[Вы напрямую соединены с линией?]

[Да]

[ОК. Сумеете подключить туда биодатчики скафандра? Это несложно. Наручный пульт, красное окно, нажимайте до появления цифры 1, затем жёлтое окно, отметка «Вся связь». Мы будем знать о вашем состоянии ]

[Состояния нет. Скафандра нет. Не переносить багаж. Не трогайте меня]

[Отсек? Где вы?]

[Я эскорт. Провожать сдерживать багаж. В момент соединения. Похороны обязательно. Быть недоступен поиску]

— Он бредит, — Эш стало нестерпимо жалко человека, полуживым забившегося в угол одного из двадцати восьми отсеков, образующих тело «Сервитера».

Неуютно было и Форту. Безумец, затерявшийся на борту лихтера — только этого недоставало в полёте, превратившемся в небольшой апокалипсис на троих со спецэффектами. Чёрт! надо ж было ему свихнуться так, чтобы не дать себя найти!.. Если человек задался целью сдохнуть в одиночку, он не угомонится, пока не взвинтит всех в радиусе ста километров. Некоторым особо скромным ребятам удаётся подключить к своему незаметному уходу из жизни даже общенациональное телевидение.

[Вам известно, что находится в багаже Кэна Мерфанда?] — оставив напрасные мысли о спасении дурня, прячущегося на корабле, Форт решил распутать хоть часть своих заморочек.

[Да. И вы узнаете. Скоро. Сейчас]

«На мину не похоже, — поспешно размышлял Форт. — Взрывчатка так не выглядит. Плазмоиды... Как на этом завязан Сато? Комиссар определённо знал, что именно отправляет на Нортию. Но прикинулся незнающим. Почему?! И кто этот тип, лишний на корабле?..»

— Начнём с отсеков ближе к голове, — наметила план действий Далан. — Поочерёдно. Капитан, вы прикажете?

Эш собиралась что-то сказать, но не успела произнести и первого звука, как затрезвонил будильник. Его стрелки сошлись вместе — минутная накрыла часовую, и обе они — сигнальную, стоящую на числе 12. Он дребезжал сильно, даже пополз по гладкой поверхности столика от стрёкота внутри.

Едва отзвучал звонок, как по кораблю от кормы до носа — Форт и Далан ощутили это сейсмическим чувством — прогрохотала волна сотрясения.

«Приехали, — подумал Форт, ожидая разгерметизации или аналогичных впечатляющих зрелищ, сопровождающих разрушение судна. — Значит, всё-таки бомба. За что Сато нас приговорил?.. 12 января 6245 года, 06.07», — отметил он, словно дату и время смерти на своём надгробии. Такая точность — пожалуй, последнее из преимуществ искусственных людей.

Неприятно и досадно, что придётся пережить свой экипаж и одному додумывать последнее, беседовать со стенами. Если не движки на взрыв сработали — когда ещё оно откажет, это безупречное тело?..

Эш при ударе закричала по-детски, пряча лицо в клешнях ладоней, а Далан расставила ноги для устойчивости, тревожно вертя круглой головой.

Гром стих; в рубке осталось лишь приглушённое частое дыхание Эш, шумное пыхтение и локационный писк взволнованной Далан, да еще звук капающей воды — стакан упал, и прозрачная струйка прерывистым лучиком стекала на пол, разливаясь причудливой плоской картиной лужицы.

[Он образовался], — сообщил экран.

Блок 10

Если БЭМ — первый друг космена, то ситуационная комиссия, СК — бич и карающий меч космонавтики, своего рода косменский трибунал. И что примечательно, высшие чины федерального транспортно-космического управления (как правило, потомственные бюрократы, чьи-нибудь сынки или зятья, видевшие Вселенную на экране круизного лайнера и нередко страдающие одновременно агора— и клаустрофобией) назначают в СК не бывалых капитанов и опытных штурманов, а начётчиков и буквоедов.