Коллектив авторов - Фантастика 1981

— Погоди, но ведь тебя может снести в пропасть, — забеспокоился Вадим.

— Ничего, я привяжусь канатиком. Да и ветрам, по-моему, хватает одного Олега. Я пошел. — И Антон скрылся в люке. Протяжно загудел, опускаясь, лифт, затем с глухим звуком лязгнули створки шлюзовой камеры. Планетолог ступил на серую гладкую площадку, с которой за время их стоянки ветры посдували все камни. Защелкнув на поясе скафандра карабин предохранительного канатика, он осторожно отошел на несколько шагов от ракеты. Тотчас же его что-то мягко, но сильно толкнуло, как будто он наткнулся на большую упругую подушку. Антон сильно качнулся назад, но все же устоял на ногах.

А мимо с вкрадчивым шелестом пронесся туманный вихрь-призрак. Командир упрямо нахмурил брови и стал пробираться вперед вдоль скальной стены. Вихри его больше не тревожили, лишь иногда случайно проносясь мимо и задевая шуршащим хвостом.

Антон подумал, что если они прикуют ракету к скале стальными тросами, то ветры действительно ничего не смогут сделать «Синей птице». Его охватило внезапное чувство облегчения, будто он уже избежал опасности. А почему бы и нет?

Они укрепят ракету, а скоро прилетит звездолет, и ветры останутся с носом! Планетолог с вызовом посмотрел на небо, откуда почему-то разбежались вихри, и вздрогнул. Иссиня-фиолетовая клубящаяся масса, пронизанная золотистыми нитями молний, похожая на исполинскую стену, с ревом мчалась прямо на него. Антон мгновенно все понял. Это был Великий Ураган. Тысячи вихрей, слившись в одно целое, примчались сюда, чтобы наконец расправиться с незваными пришельцами, которые так нагло вторглись в их владения. Единственное, что успел сделать планетолог, это забиться в какую-то глубокую расселину в скалах. И Ураган налетел. Смешалось небо и земля. Миллионы голодных волков осатанело взвыли, почуяв добычу. Их сверкающие глаза пронзали тьму жадными вспышками молний.

Несметное множество оскаленных клыков заскрежетали по скалам и обшивке ракеты. «Синяя птица» содрогнулась от носа до кормы. Жалобно заскрипели амортизаторы, пытаясь смягчить бешеный напор ветра. Но Ураган только злорадно захохотал в ответ на эти беспомощные усилия. Ракету, как пушинку, сорвало с площадки и, крутанув вокруг оси, швырнуло к противоположной стороне пропасти. Антон едва успел сорвать защелку с канатом и зачарованно смотрел, как тридцатипятитонную глыбу «Синей птицы» вспороли отточенные ребра скал.

В разные стороны полетели амортизаторы, двигатели, стабилизаторы, рубка… Ураган с радостным визгом подхватил все это, перемешал и торжественно обрушил дождем в пропасть.

Он мог ликовать. С незваными пришельцами покончено. Но все-таки его победа была неполной. Еще один человек забился в щель, недосягаемый для ветра, и это бесило Ураган.

О, как он выл и издевался, пытаясь вытащить оттуда эту ничтожную букашку! Его призрачные лапы шарили в расселине, но, могучие и быстрые на просторе, в тесной узости скал бессильно опадали к ногам втиснувшегося спиной в щель Антона.

Теперь он увидел настоящее лицо Урагана. Даже не лицо, лица! С горящими от ярости выпученными глазами, с оскаленными щелкающими клыками толклись они у входа в его убежище, в бессильной злобе вгрызаясь в каменные стены. Да, Олег был прав, это незабываемое зрелище. И если он только останется жить, то… если он только останется жить! Но останется ли?

Скорчившись в своем тесном скафандре, Антон тихо сходил с ума. Вой и свист Урагана вгрызались в мозг раскаленными крючьями, отвратительные оскаленные рожи толклись вокруг, широко разевая свои пасти, чтобы проглотить его. Все плыло и кружилось перед глазами, пока наконец не провалилось в бездну…

Ураган еще бесновался за скалами, когда Антон очнулся.

Он не вывалился из расселины только потому, что, глубоко затиснувшись в нее, был плотно зажат между стенами. Почувствовав голод, планетолог механически нащупал ртом пищевой загубник и немного подкрепился. Ну что ж, дело обстоит не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Воздухом регенерационная система скафандра его обеспечит как минимум на месяц. С пищей и водой дело похуже, но и здесь можно протянуть недельки две-три. Может, звездолет и вернется до того, как он умрет. Но даже если он не дождется помощи, Ураган не сможет насладиться видом его расплющенного и изорванного тела! Оно навечно останется здесь. Антон еще потуже втиснулся в щель и принялся ждать.

Ураган больше не прилетал, но вихри постоянно кружили перед расселиной, карауля наглого человечка! Антон держался из последних сил, тупо вслушиваясь в шипение и шорох ветра. Он потерял счет дням, проведенным в сером полумраке, прорезанном острой щелью выхода. Он ел, спал, снова ел и снова спал, стараясь ни о чем не думать. Мысли были для него пыткой, раскаленными углями, медленно тлеющими в распухшем до невероятных размеров мозге. Сжатое в скафандре, окаменевшее от неподвижности тело отказывалось что-либо чувствовать, и Антону часто казалось, что он уже давно растворился, распался на атомы, смешавшись с вихрями, и только его разум еще плавился, обреченный на вечные муки.

— «Синяя птица», вас вызывает звездолет, просим сообщить координаты.

Какой музыкой отозвались эти слова в ушах планетолога!

— Я тут, я здесь! — заорал он в микрофон, включив передатчик скафандра на полную мощность. — Скорее заберите меня отсюда! Включите защиту, за мной охотится Ураган!

Недоумение на звездолете после сбивчивых объяснений Антона быстро перешло в действие. Как во сне видел планетолог удивленные лица товарищей, невидимую стену, о которую бились уже не страшные вихри, поднятые из пропасти обломки «Синей птицы». Затем рев стартовых двигателей и медицинский диспансер на звездолете…

Главный астробиолог экспедиции Глеб сидел против Антона, пытливо глядя на него. Планетолог уже отошел после страшного кошмара на Розе Ветров — так назвали планету — и был в состоянии более-менее связно рассказать о случившемся.

— Ты прости меня, но все это звучит довольно странно. Согласен, ветры там необычные, но все остальное, — Глеб неопределенно пожал плечами, — скажем, галлюцинации.

— Гибель «Синей птицы» тоже галлюцинация? — мрачно заметил Антон. — Я никогда не забуду эти гнусные рожи!

— Ну рожи уж наверняка галлюцинации, — задумчиво сказал Глеб, — а что касается ветров, даже не знаю, что сказать. Можно объяснить, например, наличием какого-то особого комплекса электромагнитных полей или специфическими изменениями в поле самой планеты.

— Это же предположил Олег, — вставил Антон.

— Да, наиболее вероятное объяснение. Возможно, кроме этого, имеется еще кое-что, которое совместно с определенными изменениями поля может создать своеобразную сложную систему. Я выражаюсь осторожно потому, что знаю о необычном феномене почти только с твоих слов. Сознаюсь, если бы не странная гибель «Синей птицы» и упорные попытки вихрей пробить защитное поле, что я видел лично, я бы принял твой рассказ за бред сумасшедшего. И все же если даже предположить, что это все-таки жизнь, то она очень далека от нас.