Инна Зинченко - Эдем в подарок

— Бедняга, как стараешься, а всё зря, — прошипел наг. — Слушай, чудик, а разве ты не знаешь, у рептилий хорошо развиты способности к регенерации? Что, в вашем мире нет никаких рептилий, ящериц или змей?

Отвечать ему я не стал — слишком много чести.

— Какой забавный! — Услышал я в стороне свистящий шёпот и обернулся. В этот момент наг вновь обвил моё тело тяжёлыми плотными кольцами и сжал настолько сильно, чтобы я худо-бедно мог дышать, но при этом был не в состоянии пошевелиться.

— Он смешной, верно? — К нагу подползло ещё одно такое же существо, но это уже была самка. — Ты мне его отдашь?

— Перебьёшься, — резко ответил мой враг.

Нагиня яростно зашипела, наклонилась ко мне и сладко зашипела на ухо:

— Мальчик, у нас только два слабых места. Запоминай, а вдруг пригодится: шея и голова. А ты, чудак в грудь, в живот, в хвост! Эх, учить тебя ещё и учить!

— С ума сошла?! — Зарычал наг. — Чему ты его учишь?! Пошла вон отсюда, чтобы я тебя не видел! Совсем распустилась, дрянь!

Нагиня рассмеялась и уползла. Я не мог видеть того, что происходит за моей спиной, но был уверен, что самка удалилась, гордо подняв голову и победно улыбаясь. Между этими двумя, похоже, давнишняя вражда.

Я хотел выяснить, куда же пропал Вирка, но тварь так сильно сжала меня, что из моей груди вырвался лишь сдавленный стон. Мои многострадальные рёбра затрещали.

— Где мой друг? — Сдавленным голосом спросил я.

— А его нет, — весело ответил гад, — совсем нет и уже никогда не будет. Я его убил! Даже следов не осталось.

На улыбку сил не было, но мысленно я улыбнулся, вспомнив о своём вирусе. Он думает, что я ничего уже не могу. Как же! У меня есть такое оружие, что ему, гаду, и не снилось. Надо только сосредоточиться и здесь будет целая армия с огнемётами и автоматами, а, если надо, то и танк забацаем! Устроим ему здесь Курскую дугу, только щепки полетят во все стороны! Голова и шея, голова и шея — вот что сказала эта гадюка! Теперь я знаю, куда его бить! Надо только освободиться и я разберусь с этим уродом!

Непонятно откуда оно достало некое подобие дудки и заиграло унылую, протяжную мелодию, от которой смертельно захотелось спать. В голове зашумело, веки отяжелели. Все мышцы онемели, а мысли в голове перепутались и превратились в клубок змей. Невозможно сосредоточиться! Мелодия текла, извивалась, пронзала всё моё существо, опутывала с ног до головы шёлковыми шелестящими путами и не было ни сил, ни желания сопротивляться ей, но я не хотел сдаваться. Дёрнувшись ещё несколько раз, я безвольно застыл. Сколько мог я боролся со сном, но надолго меня не хватило. Глаза слиплись и больше я их открыть не смог. «Сейчас, вот немного отдохну и я ему, гаду, устрою!»: — думал я, засыпая.

Глава 26

Встреча «старых друзей»

Я очнулся и не почувствовал своего тела. Попытался пошевелить рукой и с ужасом обнаружил, что не могу этого сделать. От отчаяния я крикнул, но из-под плотно сжатых губ вырвалось лишь глухое мычание. И только мозг лихорадочно работал, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение тому, что же со мной произошло. Посмотреть бы, что там со мной происходит, но этой возможности, как оказалось, я был лишён — тело больше меня не слушалось. Почему-то подумалось, что я медленно превращаюсь в змею и вместо ног у меня отрастает змеиный хвост. Меня даже затошнило, когда я представил себе эту картинку.

— Очнулся? — Услышал я рядом насмешливый голос нага, но не смог повернуть голову, чтобы увидеть его. — Не переживай, паралич временный, скоро всё пройдёт. А ты, Олег, никогда не слышал о необычных свойствах взгляда нашего древнего народа?

Он знал моё имя и вёл себя так, как будто мы с ним давно знакомы, с чего бы? И всё же его слова меня немного успокоили. Меньше всего мне хотелось превратиться в овощ, уж лучше смерть! Тогда наг решил, что пора развеять мои сомнения, наклонился надо мной и я его узнал! Ещё бы, разве мог я забыть это бледное лицо и эти пронзительные фиолетовые глаза?! Не змей, не чудовище какое-то неведомое, Калук собственной персоной! Он-то как здесь оказался? Вот ведь невезуха!

— Я вижу, что ты меня узнал, — криво усмехнулся капитан пиратов. — А ведь я тоже тебя не забыл! Это ведь ты, маленький грязный ублюдок, убил моего брата Торкода. И, хотя я не могу сказать, что испытывал к своему родственнику братскую любовь, но прощать такое я не собираюсь, надеюсь, ты это понимаешь?

О, это я понимал прекрасно! Надеяться на благополучный исход в такой ситуации глупо. Эта тварь отыграется на мне по полной программе… Если, конечно, я ему это позволю, а я не собирался превращаться в мальчика для битья. Вот только на ноги встать, прийти в себя, а там мы ещё посмотрим кто кого!

— Но, я ещё допускаю, что убийство Торкода могло бы сойти тебе с рук, если бы не одно «но», — продолжил Калук, — ты, червяк, назвал меня нагом!

Я? Да я вообще ещё ничего не сказал! И тут меня пронзила страшная догадка: то существо, которое на меня напало и Калук — одно и тоже! Чувствительность возвращалась, по телу пробежали мурашки.

— Так это был ты? — Слова всё ещё давались мне с трудом, но наг меня понял. Он одарил меня презрительным взглядом и самодовольно заявил:

— Да, букашка, это был я! Только я не наг, я — сотий! Запомни это. Наги — изгои, преступники и отщепенцы, это самая низшая каста. А сотии — высшая каста, аристократы нашего мира. А чего ты удивляешься? Видишь ли, кости в нижней части моего тела устроены телескопически, — Капитан усмехнулся, — мы можем их убирать, когда надо и растягивать, если в том возникнет необходимость. Такой особенностью обладают только кости ног и хвоста. Но я тебе вновь повторяю: я не наг!

Я бы мог объяснить ему, что, судя по его поведению, он именно наг — преступник и отморозок, каких мало, но ума хватило промолчать. Не в том я был положении, чтобы дразнить своего могущественного врага, но это временно. Когда-нибудь мы с ним поменяемся местами вот тогда я объясню этому гаду, кто он такой и что я о нём думаю. То, что ситуация рано или поздно изменится, в этом я нисколько не сомневался. Эта тварь ещё не знает, что Вирка не погиб. Мой вирус здесь, со мной и он способен на многое.

Я попытался сесть, голова закружилась и моё, всё ещё непослушное, тело неуклюже завалилось на жёсткую койку. Так, спешить не стоит, надо немного подождать.

— Ладно, отдыхай…пока, а потом ты мне расскажешь про свои фокусы. Как ты всё это провернул? Признаюсь, я не смог объяснить этого. Но ты мне всё расскажешь, — прошипел Калук и покинул мою тюрьму.

Осторожно, чтобы в очередной раз не потерять равновесие, я сел на край койки и задумчиво осмотрел свою камеру. Судя по тому, что теперь интерьер был не такой скудный, как в прошлый раз, а под потолком висело нечто, отдалённо напоминающее камеру слежения, меня повысили в статусе. Видимо, теперь я не просто пленник, а личный враг Капитана! Красиво жить не запретишь, хотя предполагается, что красиво жить я здесь буду не долго. Что ж, посмотрим, лично я умирать не тороплюсь!