Оксана Панкеева - Первый день весны (Судьба короля - 2)

- Как - почему? Ты же был без кольчуги. Тебя бы убили на месте. Тебе король велел кольчугу надеть, почему не послушал?

- Да у меня не было... Я и не знал, что она действительно понадобится, я думал, это он на всякий случай... Но я не о том. Понятно, что убили бы, но тебе-то что? Кто я тебе? А ты меня прикрывал своей спиной, и все время крутился рядом, хотя я мог и тебя убить заодно со всеми. Почему?

- Как это - кто ты мне? - возмутился Кантор. - Ты за кого меня держишь? Не знаю, как тут у вас, а у нас принято всегда прикрывать своих. Просто своих, кто бы они там ни были.

- А как ты узнал, что это буду я?

- Ты же сидел рядом с Элмаром. Вот я на тебя и подумал, когда он меч на другую сторону передвинул. Неужели кто-то с другого конца стола должен бы был бежать за мечом?

Жак помолчал, опустив глаза и глядя на воду, потом негромко сказал:

- Спасибо.

- Не за что, - засмеялся Кантор и с облегчением подумал, что объяснение сошло за приемлемое. Вот и хорошо.

- А что он тебе сказал? - спросил Жак после небольшой паузы.

- Кто?

- Король, наверное. Кто тебе инструкции давал. Что ты должен был делать?

- Эманировать, - честно сказал Кантор. Какой смысл скрывать, все равно король с Элмаром расскажут ему все, лишь бы выслушал и простил.

- И все? Просто эманировать? Так эта злость...

- Да, это была моя злость.

- А разве ты не стихийный?..

- Стихийный. Но иногда эманацию можно и стимулировать. Так же как тебе нужен толчок для трансформации. Я, например, очень сильно эманирую на музыку. Не всегда, но чаще всего.

Жак улыбнулся.

- Ты так ненавидишь свой государственный гимн?

- А что, такие стихи можно любить? Это же не стихи, а стыд и срам. У Элмара и то лучше. А мелодия? Тьфу! Позорище, а не гимн. Он меня просто бесит.

- Понятно, - заключил Жак и еще раз окунулся с головой.

- Что тебе понятно?

- Понятно, наконец, отчего происходит трансформация. Я до сих пор этого не знал.

- А у тебя часто это бывает?

- Почти никогда, - неохотно ответил Жак и, тяжело опираясь на край, вылез из бассейна. - Пойду я спать. Загляну к Терезе, как она там, и займу кровать. Уж как-нибудь потрахаетесь без кровати, я спать хочу.

- Спокойной ночи, - сочувственно сказала Ольга ему вслед.

- Угу, - откликнулся Жак, завернулся в простыню и побрел в оранжерею. Кантор и Ольга одновременно, не сговариваясь, придвинулись поближе друг к другу, наблюдая, как Элмар, поймав все-таки шкодливую волшебницу, поднял ее высоко над головой и потребовал прекратить безобразие, а то не опустит.

- Опусти! - возмущенно задрыгала ногами Этель. - И давайте все вместе...

- Не дождешься! - тут же перебил ее первый паладин. - Если хочешь, пойдем в раздевалку, там есть куча простыней, на них и расположимся. А тут мы ребятам будем мешать.

- Мы будем вам мешать? - тут же уточнила Этель.

- Будете, - невежливо отозвался Кантор. Вообще-то ему такие вещи никогда не мешали, но лучше пусть эта озабоченная волшебница убирается в раздевалку со своими коллективными идеями.

- Значит, пойдем, - заключил Элмар и стал выбираться из бассейна, держа маленькую Этель под мышкой. - Только учти, я больше на голове стоять не собираюсь. И вообще, никаких неустойчивых поз не изобретай...

Кантор с трудом дождался, пока за ними закроется дверь.

Короля разбудил разъяренный рев, донесшийся откуда-то из угла спальни:

- Кто колдует! Какая сволочь пялится! Поймаю - уши оборву!

Он открыл глаза и повернул голову, чтобы посмотреть на нахала, так орущего в королевской спальне. На полу у зеркала сидел принц Мафей, почему-то прикрыв уши ладонями. В зеркале медленно таяло изображение рассерженного лица, в котором король узнал Кантора. Мистралиец был в гневе и явно сыпал не особо пристойными выражениями, но звука уже не было слышно. Понятно. Лекции наставника не особо впечатлили любопытного эльфа. Он решил продолжить свои познавательные наблюдения.

Мафей оглянулся и испуганное выражение его лица тут же сменилось виноватым.

- Шеллар, извини, пожалуйста... - жалобно сказал он. - Я не знал, что он так раскричится...

Король промолчал, прислушиваясь к своим ощущениям. Боли не было, только головокружение и страшная слабость. И тугая повязка, стягивающая грудь.

Эльф легко вскочил на ноги и подошел к кровати.

- Как ты себя чувствуешь? Может, тебе что-нибудь нужно? - все так же виновато спросил он, присаживаясь на высокий неудобный стульчик без спинки, на котором никто, кроме него, сидеть не мог.

- Дай мне воды, - попросил король и сам поразился, как слабо и жалко звучит его голос.

- Сейчас, - Мафей поспешно сорвался со стула, метнулся к тумбочке и налил воды в чашку. - Давай, я помогу тебе приподняться...

Король попытался приподняться сам и с огорчением обнаружил, что без посторонней помощи это у него не получится. И даже с посторонней помощью получилось с большим трудом. В два глотка опустошив чашку, он обессилено упал на подушку и еще с минуту не мог отдышаться.

- Ну, как? - с надеждой спросил Мафей. - Лучше? Может еще?

- Спасибо, - выдохнул король. - Не надо.

Мафей поставил чашку на тумбочку и снова взгромоздился на стульчик, не сводя с кузена скорбного взгляда.

- Как ты? - снова спросил он.

- Ничего, - ответил король. - А почему мне опять не больно?

- Это действует обезболивающее заклинание. Если станет больно, скажешь, я опять поколдую.

- Скажу. - Король чуть кивнул и хотел было спросить насчет трубки, но потом подумал, что у него вряд ли хватит сил ее самостоятельно набить, а Мафей не сумеет. Так что эту мысль придется оставить. Потом спросил:

- Ты Жака видел?

- Видел, - с готовностью кивнул принц.

- Как он там?

- Пошел спать.

- Он на меня очень обиделся?

- Не знаю. А ты его чем-то обидел?

- Очень. Я не буду рассказывать... Долго объяснять.

- Если тебе тяжело говорить, давай помолчим, - с готовностью предложил Мафей.

- Нет, не тяжело... Если не говорить много.

- Тогда давай, я тебе что-нибудь расскажу.

- Расскажи.

- Что тебе рассказать?

- Чем это ты занят.

Мафей смутился и неуверенно пояснил:

- Я хотел посмотреть, как это делают другие.

- Насмотрелся?

Мафей вздохнул.

- Шеллар, он мне правда уши оборвет?

Король слабо улыбнулся.

- Он не видел, что это ты.

- А чего он тогда сразу про уши?

- Просто так. Непослушных детей всегда треплют за уши.

- Обычных, человеческих детей?

- Ну да. А ты думал, только эльфов?

- Это же неудобно, - искренне удивился Мафей. - У них уши слишком маленькие.

- Уж какие есть. Объясни, что полезного ты находишь в таких наблюдениях? Зачем?

- Мне интересно, как это делается.

- Технически?

- Да.

- Книжку почитай.

- Там непонятно. Так нагляднее. Только все почему-то делают это по-разному. Шеллар, а как правильно?