Алексей Борисов - Утро Земли

– Знаете что, – отозвалась бабушка Оскара.

У бабушки был необыкновенно чистый, сильный и звучный голос. Поговаривали, что это у них семейное, но тётка бабушки, медиум Регина всячески отнекивалась. Старалась доказать, как мало между ними общего.

– Что? – переспрашивали бабушку.

– Родительское воспитание никто ещё не отменял, – авторитетно заявляла она и гладила Райтика, который тихо рычал, – Так вот и не суйте нос не в своё дело.

Прошло много лет прежде, чем Оскар нашёл в себе силы крикнуть:

– Нет, суйте!

Бабушкин ответ был таков:

– А ты вообще молчи! Ишь, разговорился, – и добавила, глядя на гостей, – Он вон молчал, пока вы не пришли. Потому что сказать ему нечего, всё правильно.

– Нет, – ответили бабушке, – Всё от того, что вы ему говорите – заткнись.

И не важно, что эта беседа прозвучала в его воображении.

Однажды он нашёл в себе силы начать разговор в таком тоне. Но не успел.

Недостроенную Цитадель атаковала Флора.

История его борьбы за личную свободу могла бы стать книгой. Но он не любил писать и долго говорить. Более того, он вообще не понимал, что любит, а что нет. Его, кажется, не научили понимать это. Его слишком сильно затянули шнурками правил и приучили следовать порядку. Сдержанно, вернее сказать, бесчувственно.

Райт погиб вместе со множеством других домашних питомцев. Таких же милых и пушистых. В те жестокие дни смерть настигала и людей и животных без разбора. Потом кто-то остановил войну с Флорой. Какая-то девушка, слышал Оскар. В безумном хаосе, который оставила после себя война, юноша не находил опоры для души. Самым шатким гвоздём всего песочного замка, каким ему представлялся мир, были комплексы и правила, смешанные в умопомрачительном калейдоскопе. Он так бы и продолжал жить, дезориентированный и усталый. Группа, где он занимался до начала войны, распалась. И дело было не в смерти Медиума или ранении кого-то из группы. Оскар чувствовал, сколько вины в нём самом. Он так и не сумел стать частью группы, словно родственники держали его за руки и не пускали в путь под названием жизнь.

Только когда с неба спустились гости Луны, или Малого мира, как они сами его называли, парень нашёл в себе силы посмотреть по сторонам. Понимание того, что его родители погибли, и их никогда не вернуть пришло гораздо позже. А пока он медленно пробуждался от холодного, туго скрученного узлом внутренностей оцепенения. Голос Медиума по имени Алекс заставил его вздрогнуть и посмотреть в реальный мир.

– Мы набираем новые группы. И не важно, учился ты раньше или нет. Пойдём, парень, я познакомлю тебя с первым учеником.

Алекс настойчиво встряхнул Оскара и повёл за собой. Жизнь пришла в движение. Люди строили временные дома на территории, отвоёванной у Флоры. Или отданной людям по её соизволению. Алекс отвечал на вопросы, пока они шли сквозь суету. Вопросы звучали невпопад, да и ответы были не лучше. Медиум принял состояние своего ученика таким, каким оно было. Придёт время, и всё переменится к лучшему.

– Знаешь, парень, мы тут ещё долго будем жить, – голос Алекса звучал ненавязчиво. Медиум не скрывал того, что старается сделать так, словно говорит это не для Оскара, а для себя. В первые минуты знакомства это показалось ему самым ценным.

– Год, два, три, как знать? Пока они там, на небе, соберут флот, чтобы переселить нас на Марс. Будем работать вместе со всеми, но становиться лучше – тоже работа, от которой пользы подчас больше, чем от молотка или пряжи. Понимаешь, о чём я? Сколько человеку надо для счастья? Много лет люди мерили его верой, успехом в делах или количеством ценных вещей. И только сейчас начали понимать, что для любого человека самое важное – быть понятым другими и принятым. Не обязательно любить, не обязательно делиться всем из глубины себя. Важно лишь знать, что ты можешь этим поделиться. И тебя поймут, если потребуется. Важно знать, что ты не одинок.

Он остановился. Развернул Оскара лицом к себе. Два взгляда встретились. Оскар, совсем ещё юный парень, красивый, стройный и высокий. Со спокойным взглядом чуть прищуренных глаз и с усталым изломом губ. Такое впечатление, что эти губы живут сами по себе, полны неудовольствия, отчаянной злобы, стыда за самих себя и за хозяина. У Оскара было печальное и одинокое лицо.

Алекс оказался чуть ниже ростом, не намного старше Оскара, только в его коротких чёрных волосах уже мелькнули тонкие белые нити. Почти прозрачные, они выглядели так же, как светлые кудри Оскара, когда сквозь них просвечивало солнце. В серых глазах медиума Оскар видел не только мудрость, но и усталость. Он смотрел в глаза учителю.

– Ты больше не одинок, Оскар, – Медиум взял его за руку, – Можешь сейчас уйти, но знай, что теперь тебе есть куда вернуться.

Парень высвободил руку и пошёл прочь. Земля под ногами плыла и шаталась. Прошло много времени прежде, чем он отыскал путь назад.

У тента сидели двое. Алекс поприветствовал парня.

– Я бы мог оставить тебя силой, загрузить работой и объяснить это тем, что тяжёлый труд лечит душу. Но это прозвучит так, словно проповедь религиозного толка. А я не проповедую религию. Поэтому просто говорю тебе, рад видеть. Садись к костру и перекуси. Завтра с утра будет много дел, днём занятия, а вечером опять работа. Надо заново строить город и восстанавливать сельское хозяйство. Так что давай, оставайся если хочешь. В других местах будет не хуже и не лучше.

Оскар сел на бревно. Рядом оказалась незнакомая девушка в одежде из металлизированной ткани. Парень догадался, что это гость с Малого мира.

– Меня зовут Лея. Я тут совсем недавно. Ты будешь горячий чай?

Оскар коротко кивнул. Его сдержанность Лея восприняла как гордость и упрямство. Но она успела о многом поговорить с Алексом. Оттого и не спешила с выводами. Когда она поняла, что молчание продлится долго, то решила – этот паренёк сильно себе на уме или так глуп, что не знает, как себя вести. Откуда ей было знать, что он занимался изучением глубины самого себя и приведением этой глубины во что-то, менее похожее на хаос.

– Ты странный, – сказала она однажды.

– Нет, – быстро ответил он, – Я просто начал жить совсем недавно.

– По-моему, я тоже, – усмехнулась Лея. Она хотела добавить, что считает его чересчур гордым. Но сдержалась, покраснела и решила сказать всё это и многое другое позже.

Алекс наблюдал за ними и украдкой улыбался. И ничуть не удивился, когда Лея спросила у Медиума совета, есть ли способ уговорить чиновников Малого мира.

– Ты хочешь взять Оскара с собой на Малый мир? – догадался он.

Лея смутилась, но всё-таки кивнула.