Билл Болдуин - Легион Кэнби

Кэнби надолго задумался — в его голове промелькнула тысяча самых разных беспокойных мыслей. Потерев гладкий подбородок, он кивнул. Нет ничего важнее, чем найти для легионеров надежное укрытие. Пока приглашение пирата оказалось самым лучшим (и к тому же единственным).

— Николай, — наконец ответил Кэнби, — мы сочтем твое предложение за честь. Затем, — мрачно добавил он, — когда все будут в безопасности, мне и впрямь захочется поговорить о том, как отплатить Ренальдо.

Кобир улыбнулся.

— Давай сейчас же созовем навигаторов. Чем скорее мы приступим к серьезной разработке совместной операции, тем скорее Садир почувствует нашу месть — и, сам того не желая, наполнит наши карманы.

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

«ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ»

24-29 сентября 2691 г., земное летосчисление Белгрейвский сектор Лондон Земля

После проведенной в Белгрейв-Хаус бурной ночи, во время которой Ренальдо пытался отвлечься от тревожных мыслей, он сидел под пологом своей широкой кровати, хмуро глядя, как красивый молодой человек выскользнул из-под шелковых простыней и направился в ванную. «Довольно дорогой», подумал граф. Впрочем, лучше переплатить, чем постоянно размышлять о шантаже или, еще хуже, о мести. Несмотря на возведение сокровищницы и приятную реакцию Филанте, когда тот увидел «Юлия Цезаря», Ренальдо не покидало видение, как к нему подбираются Кобир и Кэнби — вместе. Граф утроил число охранников в особняке, однако хитроумный кирскианец уже доказал, что его не берет ни охрана, ни полиция… ни даже Флот.

Ренальдо стиснул зубы.

Вернувшийся из ванной молодой человек, благоухая пудрой и духами, недвусмысленно выражал готовность продолжить то, ради чего его наняли, но Ренальдо махнул рукой.

— На сегодня хватит, — буркнул он. — Собери свою одежду и выметайся. Деньги тебе отдаст кто-нибудь внизу.

— Мой господин… — запротестовал гость.

— Хватит! — рявкнул Ренальдо.

Не обращая внимания на хныкающего юношу, граф заковылял в ванную и присел на изготовленный по специальному заказу унитаз. Тотчас же в голове Ренальдо вспыхнула мысль, преследовавшая его уже многие дни: что делать с теми двумя оскорбленными, само существование которых угрожало рассудку графа, а возможно, и его жизни. Несомненно, рано или поздно они соберутся на него напасть; требуется узнать об этом заранее, чтобы успеть предупредить полицию. Но как?

Как узнать заранее?

Дотянувшись до коробки, он достал из нее две большие шоколадные конфеты с ликером и запихнул обе в рот, наслаждаясь растекающимся по губам и языку густым сиропом. «Ну вот, уже лучше», — подумал Ренальдо. Потом перед его мысленным взором мелькнуло лицо Кобира, а за ним — лицо наемника. Еще одна конфета… Однако это уже не помогло. Что же делать?

Неожиданно Ренальдо прищелкнул пальцами. Ну конечно же, опять Тенниел! Ведь она поддерживает отношения с этим проклятым наемником. Понятно, что на Тенниел падет некоторое подозрение — как и на всякого, с кем Кэнби поделился своим оперативным планом. Но Ренальдо догадывался о том, что услуги, которые Тенниел оказывает наемнику, нисколько не уступают полученным им самим — а возможно, и превосходят, раз она заявляет о любви к нему. Поэтому Кэнби не захочется верить в предательство любимой. Следовательно, скорее всего он не пожелает порвать с нею — в вопросах, касающихся того, что находится ниже пояса, от мужчин трудно ждать разумных решений.

Ренальдо усмехнулся — нависшая над его головой грозовая туча почти рассеялась.

— Миссис Тимптон, — крикнул он, — сейчас же соедините меня по голофону с Тенниел!

Через несколько минут в дверях туалета появилась Тимптон с голофоном в руках. Вскоре возникло изображение заспанного лица Тенниел Взяв голофон, Ренальдо притворно улыбнулся в камеру — Синтия, дорогая, у меня к тебе маленькая-маленькая просьба…

* * *

Не прошло и двух дней, как Тенниел вновь возникла на экране голофона, одетая в строгий деловой костюм.

— Он звонил сегодня.

— Ну? — спросил Садир.

— Что вы хотите знать, Ренальдо? — ответила Тенниел вопросом на вопрос.

— Все, — рявкнул тот. — Расскажи мне все.

— Что ж, — начала Тенниел, — полагаю, что он не смог выполнить свои обязательства, поскольку упоминал о каком-то «несчастном случае», из-за которого не только провалилось задание, но и погибли два корабля.

— Я кое-что слышал об этом, — заметил Садир. — Имейте в виду — ваш общий счет исчез. Он обиделся?

— Нет, — ответила Тенниел с обеспокоенным видом. — Но вообще-то я его не видела. Его звонок проходил по гиперсети «Некий». Как вы просили, я пыталась отследить источник. Связь такая старая, что не передает источник или видеоизображение. И она обслуживает только отдаленные районы.

Ренальдо стиснул зубы. Услышанное его нисколько не удивило. Хоть и недалекие, ни Кэнби, ни Кобир круглыми дураками не были.

— Он сказал что-нибудь, указывающее на то, где он или откуда звонит?

— Я записала для вас разговор, — проговорила Тенниел. — Но сама я ничего не уловила — кажется, он меня подозревает. — Она прищурилась. Садир, вы имеете какое-нибудь отношение к этому его «несчастному случаю»?

Ренальдо удивленно поднял брови.

— Я? — спросил он оскорбленным тоном. — Разумеется, нет, дорогая моя. Если бы ты знала, сколько мне досталось от этих пиратов… В любом случае, как бы я мог повлиять на бой далеко в космосе?

— У вас ведь были оперативные планы Кэнби, — напомнила ему Тенниел.

Граф умоляюще поднял руки.

— Дорогая, такие слова глубоко ранят меня. Кроме того, он всего лишь наемник.

— Имейте в виду, что я его люблю, — предупредила Тенниел.

Ренальдо рассмеялся.

— Не меньше, чем директорское кресло, которое ты купила за секретные планы?.. Не забывай, шлюха, — прорычал он, пронзая ее холодным взглядом, что я хоть сейчас могу вышвырнуть тебя из него!

Тенниел закрыла глаза.

— Да, — наконец промолвила она, — я помню это, Ренальдо.

— Хорошо, — бросил граф. — Смотри же, помни и впредь. — Нахмурившись, он продолжал:

— Я хочу, чтобы меня тотчас же предупредили, как только он где-нибудь появится. Понятно?

Так и не открывая глаз, Тенниел лишь кивала.

— Да, Ренальдо, мне понятно.

— Что тебе понятно, девка?

— Что вас надо предупредить, как только Гордон позвонит мне с любого голофона, который можно отследить.

Ренальдо удовлетворенно ухмыльнулся. Как всегда, приятное ощущение сильнее всего проявилось в его чреслах.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});