Эликс Делламоника - «Если», 2004 № 01

Вопрос этот не так уж нелеп, как может показаться. Ведь от ответа на него будет зависеть, как нам следует строить взаимоотношения с братьями по разуму. Если инопланетянин является представителем действительно разумной и высокоразвитой (во всех отношениях) космической расы, то фантастика для него не должна быть пустым звуком (разумеется, сейчас я не беру во внимание лингвистические и терминологические тонкости). Если же, паче чаяния, окажется, что на планете, откуда пришелец родом, нет не только фантастики, но и художественной литературы вообще — стоит призадуматься: а так ли они разумны? Сумеют ли они понять нас, а мы — их?

Владимир МАЛОВ:

Разумеется, главный вопрос, который фантаст может задать первому встречному пришельцу, это как там у них на Альдебаране (Альфе Центавра, Сириусе, Тау Кита) с фантастикой? Есть ли своя, или все-таки они предпочитают нашу по причине ее высокого качества — ведь каждый уважающий себя разведчик-инопланетянин, изучая нашу Землю, непременно должен покупать книги, в том числе и фантастические.

Леонид КУДРЯВЦЕВ:

Если он свободно разгуливает по Земле, не опасаясь последствий этого необдуманного поступка, если ему интересно, как живут мыслящие на других планетах, если он не испугается общаться с обыкновенным землянином, значит, это — собрат. То есть писатель-фантаст. Никто иной не может быть так беспечен, непрактичен, самоуверен и любопытен. Если он писатель-фантаст, значит, первым заданным ему вопросом будет: можно ли у вас, там, напечататься и на каких условиях? Думаю, его будет интересовать то же самое. После чего мы удалимся в ближайшую пивную, чтобы обсудить эту тему поподробнее.

РАЗГОВОР ПО-КРУПНОМУ

Александр ЗОРИЧ:

Первым делом я спросил бы у инопланетянина, осознает ли он, что перед ним — разумное существо? Что в меня не надо стрелять из плазмомета, засовывать в семимерный карманный контейнер, замораживать, похищать, лепить на голову электроды, пихать в спектрограф и расчленять на препараты? Видит ли он, что я не являюсь говорящим пирожным, информационным сервом, опасным хищником, взбесившимся сигомом?

Если бы он ответил отрицательно — я поспешил бы ретироваться. Если бы обиженно сказал: «Не понимаю, откуда у вас эти страхи» — я порекомендовал бы этому доброму и возвышенному существу немедленно покинуть Землю. И только равнодушное «Ну, разумны» означало бы, что передо мной опытный космический путешественник и просвещенная беседа на темы «Скоро ли термодинамический Конец Света?» и «Как вы занимаетесь этим?» возможна.

Александр ГРОМОВ:

Предполагается, что они прилетят к нам, а не наоборот, да? То. да, боюсь, я помимо воли спросил бы: «Какие будут приказания, хозяин?», после чего примкнул бы к колонне землян, «совершенно добровольно» и с бодрыми песнями марширующей в направлении ближайшего утилизатора. Ну в самом деле, как еще поступить с нами — с точки зрения продвинутого разума? Только задавить из жалости… Но если — бывают же чудеса! — инопланетяне пожелают вступить с нами в равноправный или хотя бы патронажный контакт, я начну с того, что закидаю их вопросами об устройстве Вселенной. Во-первых, это действительно интересно, а во-вторых, надо же произвести на пришельцев приятное впечатление, ибо не хлебом единым…

ДОКТОР, ПОМОГИТЕ!

Евгений ЛУКИН:

Представься мне «уникальная возможность встретиться с самым настоящим инопланетным существом», я бы попробовал выяснить у него адрес ближайшей психиатрической клиники. Обоснование вопроса, думаю, приводить не стоит, поскольку оно и так очевидно.

Евгений ДРОЗД:

Может быть, я и не прав, но, повстречав пришельца, по всем признакам представляющего более развитую цивилизацию, я спросил бы его, каким образом возможно существование априорных синтетических суждений. □

ФАНТАРИУМ

ЧИТАТЕЛИ БЛАГОДАРЯТ

Большое спасибо за публикацию статей о нынешней чешской, польской и болгарской фантастике (кстати, и повести были интересны, хотя откровений, как вы и предупреждали, действительно не было). Пожалуйста, не обрывайте эту линию журнала! /Л.Саввин, Новгород, и другие/

Не будем. В этом году мы планируем обзоры немецкой, латиноамериканской и японской современной фантастики. И, конечно, познакомим читателей с художественными произведениями национальных авторов.

…СПРАШИВАЮТ

Читал, что весной 2003 года при участии журнала «Если» была издана книга-справочник Е. Харитонова и А. Щербака-Жукова «На экране — чудо: Отечественная кинофантастика и киносказка», но в магазинах я ее не встречал. Подскажите, где ее можно купить. /Олег Орлов, Москва/

К сожалению, это издание могут приобрести только жители Москвы. В широкую продажу книга не поступала, и соавторы в настоящий момент ведут переговоры с одним из центральных издательств о выпуске справочника массовым тиражом. А купить ее можно в книжной лавке НИИ Киноискусства по адресу: Дегтярный пер, д. 8 (станция метро «Тверская»).

Евгений Харитонов

Вы часто пишете о том, что снимаются фильмы и телесериалы по мотивам фантастических произведений отечественных авторов. Однако сериалов этих пока не видно. Даже обещанного на октябрь «Ночного Дозора»! Что с ним произошло?/Кирилл Нефедов, г. Раменское Московской области/

Съемки первого сезона сериала «Ночной Дозор» по роману и сценарию Сергея Лукьяненко практически закончены. Одновременно готовятся два полнометражных фильма и четырехсерийная телевизионная версия. В связи с тем, что уже в процессе съемок были привлечены более серьезные средства, позволяющие поднять уровень спецэффектов, работа заняла больше времени, чем планировалось. Один из самых дорогих проектов «Первого канала» появится в кинотеатрах в начале, а на телеэкранах — в конце весны. Отметим, что сценарий фильма довольно значительно отличается от сюжета романа. Режиссер — Тимур Бекмамбетов. В фильме заняты такие известные артисты, как Валерий Золотухин, Владимир Меньшов, Константин Хабенский, Римма Маркова, Виктор Вержбицкий, Гоша Куценко, а также представители поп-музыкального мира — Илья Лагутенко («Мумий Тролль») и Жанна Фриске («Блестящие»). Редакция надеется, что в ближайших номерах свое отношение к фильму выскажет сам автор «Ночного Дозора».

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});