Джон Варли - Титан

— Ты…

Сирокко, Билл и Габи сидели в углу круглой комнаты, их кресла были сдвинуты вместе. Офицеры «Единства» переговаривались в это время между собой у экрана телевизора. Билл выглядел хорошо. Он ходил с костылем и нога у него, очевидно, побаливала, когда он ступал на нее, но он был в приподнятом настроении. Врач «Единства» сказал, что как только он будет на борту корабля, он его оперирует и что он считает, что Билл будет так же подвижен, как и прежде.

— Почему нет? — со слабой улыбкой спросила Сирокко. — Мы все время на всякий случай носили их с собой, так почему было не использовать их?

Билл так и продолжал сидеть с открытым ртом. Сирокко рассмеялась и положила ему руку на плечо. — Все в порядке, мы все обдумали задолго до того, как прыгнуть. Это в самом деле было не опасно. Гея держала для нас открытыми верхний и нижний клапана, вызвала цеппелин. Мы летели в свободном падении четыреста километров, потом приземлились на его спину. — Сирокко протянула свою чашку, чтобы один из офицеров подлил ей кофе, затем снова обернулась к Биллу.

— Я уже достаточно говорила сегодня. Как ты? Как твои дела?

— Ничего такого интересного как у тебя, боюсь. Я проводил время, занимаясь с Калвином терапией и немного учился языку титанид.

— Сколько ей лет?

— Сколько… идиотка, я учился языку, — рассмеялся Билл. — Я выучил как петь Билл голоден. У меня было уйма свободного времени. Затем я решил отбросить мое ослиное упрямство, раз уж ты не взяла меня с собой. Я начал разговаривать с титанидами о том, что я немного знал, о электронике. Я узнал о медных виноградных лозах, наборах червей и о орехах и спустя некоторое время у меня был передатчик и приемник.

Он улыбнулся, увидев выражение лица Сирокко.

— Так это не было…

Билл пожал плечами:

— Смотря как на это посмотреть. Если ты думаешь, что я мог связаться с Землей, то это не так. Я не мог построить передатчик такой мощности. Я смог лишь переговорить с «Единством», когда он находился над нами и сигналы могли пробиться сквозь крышу. Но если бы даже построил его до того, как ты ушла, ты, вероятнее всего, все равно отправилась бы в эту экспедицию, не так ли? «Единства» еще не было, так что передатчик был бы бесполезен.

— Да, вероятно, так бы и получилось. Дело в том, что мне надо было сделать там кое-что еще.

— Я знаю. — Билл поморщился. — Это было то, что мне больше всего не нравилось в этом путешествии, — признал он. — Мне начали нравиться титаниды, а затем неизвестно почему у них вдруг затуманился взор и все они устремились на луг. Я думал, что это очередная атака ангелов, но никто из них не вернулся назад. Все, что я нашел после этого — это была большая дыра в земле.

Я заметила несколько таких дыр, когда мы шли сюда, — сказала Габи.

— Они потом вышли опять, но они не помнили нас.

Сирокко была удивлена. Она не беспокоилась о титанидах, так как знала, что с ними все в порядке и что они больше не будут страдать от войн. Но было грустно осознавать, что Волынка больше не помнит ее.

Сирокко наблюдала за людьми «Единства», удивлялась, почему никто не подходит к ней, чтобы поговорить. Она знала, что пахнет не слишком хорошо, но сомневалась, что причина в этом. С некоторым удивлением она обнаружила, что они боятся ее. Эта мысль заставила ее усмехнуться.

Она вздрогнула, поняв, что Билл что-то говорить ей.

— Прости, что ты сказал?

— Габи говорит, что ты еще не все мне рассказали, она говорит, что есть еще кое-что такое, что мне следует услышать.

— А, это… — Сирокко метнула на Габи красноречивый взгляд. — Но рано, или поздно, все равно все станет известно… Гея… она предложила мне работу, Билл.

— Работу?! — поползли вверх брови Билла.

— Работу «чародея», как она это называет. Она склонна к романтике. Тебе бы она, вероятно, понравилась, она тоже любит всякие научные выдумки.

— И в чем состоит эта работа?

— Ну, она очень обширная, — раскинув руки, сказала Сирокко. — Общий надзор, выявление повреждений, улаживание конфликтов, которые не устраняются естественным путем. Я должна появляться везде, где возникают какие-либо проблемы и выяснять, что я могу сделать. Она обещала мне относительную неприкосновенность, основанную на том, что региональные мозги помнят, что сделала Гея с Океаном и не осмелятся вредить мне во время моего передвижения по их территории.

— И это все? — Звучит как счастливое предложение.

— Да. Она обещает обучить меня, наполнить мой мозг огромным количеством знаний, она сделает это таким же образом, как я научилась песням титанид. Я должна буду поддерживать ее и подстраховывать. Никакой магии, но я смогу сделать так, что разверзнувшаяся земля будет поглощать моих врагов.

— В это я могу поверить.

— Я согласилась на эту работу, Билл.

— Я не сомневаюсь.

Он сидел, опустив голову, и смотря на свои руки. Когда он снова заговорил, голос его звучал очень устало. — Ты, в действительности, что-то другое, ты знаешь это? — он сказал это с некоторой горечью, но в общем воспринял эту новость лучше, чем ожидала Сирокко. — Похоже, что как раз такая работа больше всего подходит тебе. Остается только получить власть богини. — Билл потряс головой. — Это и в самом деле дьявольское место. Ты знаешь, его нельзя не полюбить. Я только начал испытывать это чувство, когда исчезли все титаниды. Это потрясло меня, Роки. Это было ощущение, что ты игрушка, с которой надоело играть. Откуда ты знаешь, может быть ты тоже такая игрушка. Ты была сама себе хозяин, думаешь, так будет продолжаться?

— Если честно, то не знаю. Просто я не в состоянии опять вернуться на Землю, вернуться к письменному столу и поездками с лекциями! — Ты сам должно быть видел астронавтов, переживших кризис. Что касается меня, то я смогла бы приземлиться только в кресло директора большой корпорации, — она засмеялась, но Билл лишь слабо улыбнулся в ответ.

— Это как раз то, что я собираюсь делать. Но я рассчитываю на исследовательский департамент. То, что оставляю космос, не пугает меня. Ты знаешь, что я собираюсь вернуться, не так ли?

Сирокко кивнула:

— Да, я поняла это, когда увидала твою красивую новую форму.

Билл прыснул от смеха, но это было непродолжительное веселье. Они молча смотрели друг на друга, потом Сирокко наклонилась и взяла Билла за руку. Он улыбнулся одними уголками губ, склонился к ней и слегка поцеловал в щеку.

— Удачи тебе, — сказал он.

— Тебе тоже, Билл.

В другом конце комнаты лейтенант Стрелков откашлялся и позвал Сирокко:

— Капитан Джонс, с вами хочет поговорить капитан Свенсен.