Джулия Чернеда - Темная сила Вселенной

— Может быть, ты присядешь, Непостижимая? — спросил мягкий, полный участия голос.

Остальные принялись выкрикивать самые разнообразные предложения.

— Принесите Непостижимой попить! Позовите медиков! Может, ей нужна грипстса? Коупелап, это все ты виноват!

Сердитый упрек в последнем возгласе заставил меня открыть глаза, и слезы внезапно хлынули на мои разгоряченные щеки.

— Он тут ни при чем, — проговорила я слабым голосом, пошарила рукой и уселась на скамеечку, которую кто-то любезно выманил из пола позади меня.

Маленькая четырехпалая ручка утешающе легла в мою.

— Мы думали, ты знаешь, что Благовонный путь обладает собственной жизнью, Непостижимая. Умоляем, прости нас.

Из самой глубины моей души вырвался вздох.

— Мне не за что вас прощать, мои милые драпски. Разве что самой извиниться за три поколения вопиющего невежества. Мой народ существовал как часть вашего Благовонного пути и даже не подозревал той правды, что вы открыли мне. Мы думали, он принадлежит одним нам, возможно, даже создан нашей силой. — Откуда-то с безопасного расстояния в окружавшей меня толпе кто-то приглушенно курлыкнул, и я ощутила, как искривились мои губы, но улыбнуться не смогла. Крушение всего, во что я верила, болезненным эхом отзывалось на каждом уровне моего сознания.

Но это было еще не самое худшее. В моем мозгу снова пронеслось воспоминание о том, как меня вывернули наизнанку, высосали всю силу до последней капли, и я наконец осознала, что все произошедшее в м'хире — реально.

— Что… что напало на меня, когда я пыталась воссоздать связь с Драпскией?

Левертап принялся раскачиваться взад-вперед.

— Мы никогда прежде не видели ничего подобного, Непостижимая. Такой величины и такой мощи. Возможно, это вызвала сила, которую ты использовала.

— Да, — согласился Коупелап. — Между Благовонным путем и нашим измерением есть какое-то сродство. — Он обвел пухлой ручкой зал. — По крайней мере, некоторые из этих сущностей питаются за счет подобных вторжений.

Я вынула из кармана шкатулку с крошечным сосудом, внутри которого пересыпался красноватый порошок.

— Значит, это действительно не просто песок, — проговорила я.

— Мы поймали что-то, или часть чего-то, во время одной из наших многочисленных попыток самостоятельно восстановить Драпскию. Когда оно оказалось в этом измерении, то превратилось в то, что ты видишь, — в пыль. Но это было наше первое подтверждение материальной природы Благовонного пути. Природы, которую кое-кто, — Левертап небрежно кивнул антеннками на скептика Коупелапа, — не торопился принять.

— Доказательства, — пробормотал себе под нос Коупелап. — В первую очередь необходимы доказательства.

Я внимательно оглядела маленький флакон. Большим пальцем открыла крышку, и пыль полетела из горлышка, запорошив мою ладонь. Я не смотрела на драпсков, но по звуку многочисленных всасываемых щупальцев могла уверенно утверждать, что они наблюдают за мной с крайней тревогой.

Я, чуть наклонив ладонь, смотрела, как осыпается пыль м'хира. Она не липла к моей влажной коже, не застревала в бороздках на ладони. Это почему-то напомнило мне о дождевой капле с заключенной внутри крошечной рыбкой. Я сосредоточилась и толкнулась…

Порошок исчез. Я не стала задерживаться в м'хире ни на миг дольше, чем необходимо было, чтобы вернуть его обратно, — слишком уж несимпатичны были мне некоторые тамошние обитатели. Но мне показалось, я увидела струйку чего-то бледного и поблескивающего, стекшего во тьму, как рыбка в пруд.

Этот поступок, который, вполне вероятно, не имел совершенно никакого смысла с точки зрения пыли и, скорее всего, очень расстроил драпсков, почему-то показался мне важным. Он восстановил то внутреннее равновесие, которое я утратила после того, как драпски открыли мне истинную природу м'хира. Возможно, он действительно был полон жизни — хотя я так и не смогла представить, какого рода, — но я могла влиять на него. Я по-прежнему была властна над своей судьбой в м'хире.

При условии, что буду крайне осторожна.

Драпски, однако, вопреки моим опасениям, ничуть не расстроились. Я, скорее, их озадачила.

— Ты понимаешь, что у нас нет другого образца, Непостижимая, — нерешительно начал Левертап. — Если ты захочешь повторить этот… э-э… эксперимент, мы не сможем предоставить тебе дополнительный материал. Нам не удалось воспроизвести то явление.

— Мне незачем его повторять, — сказала я и стряхнула с рук воображаемую пыль, прежде чем подняться. — Мне пора.

Все антеннки разом поникли, однако не полностью. Значит, мое заявление не стало для драпсков особой неожиданностью.

Я улыбнулась этим удивительным существам, вопреки своим годам и грузу ответственности, давящему на плечи, чувствуя себя совсем юной.

— Может быть, вы хотите отправиться со мной?

Разумеется, так просто все не закончилось. Драпски вновь принялись спорить и пререкаться, но я самоустранилась от этих дебатов и с радостью отправилась вместе с капитаном Макайри обратно на «Макмору» — корабль, который после пребывания на Драпскии не только стал казаться мне домом, но который, как я обнаружила, в некотором смысле был и моим тоже.

— Объясните мне еще разок, капитан, — попросила я снова — чтобы убедиться, что я и в самом деле все правильно поняла.

— Теперь ты несешь на себе печать макиев, — радостно повторил драпск, как будто каждый миг объяснений доставлял ему ни с чем не сравнимое удовольствие. Остальная часть команды, похоже, пребывала в состоянии такой же эйфории — они самым вопиющим образом пренебрегали своими обязанностями, чтобы по очереди подойти ко мне и легонько похлопать по рукам, а кое-кто поглаживал их хохолками. — «Макмора» — флагман торгового флота макиев. С ней мы открываем новые рынки, новые возможности…

— Ищете магию? — предположила я.

Мака, стоявший позади капитана, коротко курлыкнул. Макайри словно его и не слышал.

— Именно так. Ты — наша Непостижимая, кроме того, ты — одна из макиев. Отправиться на «Макморе» по тому пути, который ты избрала для нас, — наша обязанность и великая честь.

Я заставила себя взглянуть на это дело объективно, как это сделал бы Морган. Я-то рассчитывала, что мое приглашение примут — ну Коупелап, ну еще пара-тройка макиев от силы. Они могли бы взять с собой инструменты и помочь мне убедить Барэка, а может, и других тоже. Это был бы небольшой, но жизненно важный толчок, который помог бы Клану пересмотреть свои воззрения на м'хир. Где-то в глубине моей души начали шевелиться подозрения относительно истинных причин, по которым столь многие клановцы нашли свой конец, растворившись в м'хире. Возможно, виной тому были ошибки, какие-то их собственные просчеты или недостатки. Возможно, все дело в нашей природе. Или в чем-нибудь еще. Но куда важнее был вопрос: почему лишившийся партнера член Соединенной пары сходил с ума в миг его гибели? Найти ответ на эти вопросы казалось мне совершенно необходимым.