Конни Уиллис - Вихри Мраморной арки

Кирпичное здание суда выглядело точно так же, как любое другое здание суда от Нельсона, штат Небраска, до Тайлера, штат Техас, и стояло посреди поросшей травой и засаженной деревьями площади. Я дважды обошел вокруг, посмотрел на памятник погибшим на войне и флагшток, и все это время старался не думать о Хаммонде. В Бисби все прошло быстро только потому, что с покупателем встретиться не удалось. Впрочем, Хаммонду оказалось настолько наплевать, что он даже не поинтересовался, заключил ли я сделку. И контакты в Тукумкари не проверил. Причем дело не в том, что сегодня выходной. Он так же равнодушно разговаривал, когда я звонил ему последние два раза, — словно готов был сдаться и со всем покончить.

Выходит, придется принимать предложение Кросса — еще и спасибо говорить.

— Сорокачасовая неделя, — убеждал он. — У вас будет время работать над вашими изобретениями.

Ну да. Или погрузиться в рутину и благополучно о них забыть. Пять лет назад, когда я устраивался на работу к Хаммонду, Дэнни сказал: «Повидаешь кучу интересных мест! Гранд-каньон, гору Рашмор, Йеллоустоун». Ага, и впрямь я все повидал. И Пещеру ветров, и Дом Винчестеров, и индейские древности, и самого настоящего рогатого зайца.

Я еще раз обошел площадь, свернул к железнодорожным путям поглазеть на элеватор и вернулся к зданию суда. Вся прогулка заняла десять минут.

Пока я размышлял, не прогуляться ли мне к университету, стало жарко — еще какие-нибудь полчаса, и улицы расплавятся, а трава пожухнет под раскаленным солнцем. «Лучше уж вернуться в номер», — подумал я, направляясь обратно к «Порталес-Инн».

Тенистая улица с белыми деревянными домиками — возможно, именно на такой я буду жить и работать над своими изобретениями, если приму предложение Кросса. Если, конечно, раздобуду для них детали в «Юго-западных сельхозагрегатах» или «Уолл-Марте». И если я вообще буду над ними работать, а не сложу через какое-то время лапки.

Я свернул направо и уперся в тупик. Очень символично, учитывая обстоятельства. «По крайней мере, я предлагаю реальную работу — вы выберетесь из тупика, в котором сейчас находитесь, — сказал Кросс. — Подумайте о будущем».

Ага, о будущем, похоже, думаю я один — никто больше этим не занимается. Все транжирят нефть, словно воду, и растрачивают воду так, словно водохранилище Огаллала никогда не иссякнет. Только и делают, что заводы строят, загрязняют и размножаются. Я много думал о будущем — и знаю, что нас ждет. Еще один тупик. Еще один пыльный котел. Истощенная земля, выработанные скважины воды и нефти, опустевшие города — Бисби, Кловис, Тукумкари. Еще одна Великая Американская пустыня, в которой не останется никого, кроме нескольких индейцев, напрасно поджидающих клиентов в казино. И меня, что обосновался в Порталесе на сорокачасовой рабочей неделе.

Я развернулся и пошел обратно. Тупиков больше не встретилось, достопримечательностей тоже, и в четверть одиннадцатого я снова был в «Порталес-Инн». Предстояло убить всего-навсего сутки. Посещение могилы Билли Кида с каждым мгновением выглядело все соблазнительнее.

У гостиницы стоял экскурсионный автобус с красно-серой надписью «Туры без остановок». На посадку выстроилась длинная очередь. У входа в автобус девушка в голубой футболке и джинсовой мини-юбке ставила галочки напротив имен туристов в блокноте. У нее были короткие светлые волосы, приятные черты лица и ладная фигура.

По ступенькам в автобус с трудом взбиралась пожилая пара в бермудах и футболках из «Дисней-уорлда».

— Привет, — сказал я девушке-гиду. — Куда едете?

Она встревожено взглянула на меня. Пожилая пара замерла на ступеньках. Гид сверилась со списком и снова встретилась со мной взглядом — тревоги в ее глазах уже не было, но щеки полыхали алым, как буквы на боку автобуса.

— Это тур по местным достопримечательностям. — Старики наконец-то забрались в автобус, и девушка махнула рукой следующему в очереди — толстяку в гавайской рубашке.

— Я и не знал, что здесь есть достопримечательности. Толстяк уставился на меня, открыв рот.

— Как вас зовут? — спросила гид.

— Джайлз X. Пол, — сообщил он, все еще таращась на меня. Девушка жестом препроводила его в автобус.

— А вас как зовут? — спросил я, и она вздрогнула. — Ну ваше-то имя наверняка указано в блокноте, если запамятовали.

Девушка улыбнулась.

— Тоня Рэнделл.

— Так что, Тоня, куда вы направляетесь?

— Мы едем на ранчо.

— На ранчо?

— Где он вырос, — пояснила Тоня, опять зардевшись, и махнула рукой следующему. — Где все начиналось.

Кто вырос? Что начиналось? Мне очень хотелось задать эти вопросы, но Тоня занялась верзилой, который перемещался ненамного быстрее пожилой пары. К тому же было очевидно, что остальные экскурсанты прекрасно знают, о чем идет речь. Им прямо-таки не терпелось попасть в автобус, а молодая пара, стоявшая последней, показывала своему ребенку здание суда, гостиницу и большое дерево через дорогу.

— А он частный — этот ваш тур? Можно сейчас заплатить и присоединиться?

И что я, спрашивается, делаю? Я ведь однажды был на экскурсии по Блэк-Хиллс — проработал у Хаммонда месяц, горел желанием осматривать достопримечательности. Это оказалось даже тоскливее, чем думать о будущем: гид выдавал заученные факты и несмешные шутки, мы все пялились в голубоватые окна, вылезали из салона полюбоваться на могилу Дикого Билла Хикока, забирались назад в автобус слушать вопли детей и жалобы жен… Нет, снова проходить через это совсем не хочется.

Тоня с пылающими щеками сказала: «К сожалению, нет», и меня окатила волна разочарования от того, что я ее больше не увижу.

— Ладно, — пожал я плечами, не желая выдавать эмоции. — Удачной вам поездки. Счастливо.

Я направился к входу в «Порталес-Инн».

— Погодите! — Тоня оставила пару с ребенком дожидаться разрешения пройти в автобус и подошла ко мне.

— Вы местный?

— Нет, — ответил я, осознавая, что решил отказаться от предложения Кросса. — Я здесь проездом. Приехал на встречу с одним парнем, но слишком рано — и теперь мне делать абсолютно нечего. С вами такое бывает?

Она улыбнулась, словно я пошутил.

— Вы здесь кого-нибудь знаете?

— Нет.

— А человека, с которым у вас назначена встреча?

Я покачал головой, гадая, в чем смысл всех этих расспросов. Она снова сверилась с записями в блокноте.

— Обидно, если вы все пропустите. Раз уж вы проездом… Минутку.

Тоня поднялась в автобус, несколько минут посовещалась с водителем, выбралась наружу и махнула рукой паре с ребенком, пометив их имена в блокноте.