Зиновий Юрьев - Повелитель эллов. Фантастический роман

— Это ложь, — твердо сказал Шестой. — Вы прекрасно знаете, что мы ваши учителя.

— Вы заставляли нас служить вам, — сказал Курха, выступая вперед.

— Мы никогда никого не заставляли ничего делать насильно, — сказал Пятый. — Ответь, Курха, так? Хоть раз мы прибегали к насилию? Почему ты молчишь?

— Да, не прибегали. Вам не нужно было насилие. Вы пользовались обманом. Вы знаете, что он порабощает сильнее, чем насилие.

— Какой обман? — крикнул Шестой. — В чем обман? Почему вы слушаете безумного Варду, который предал ваше дело, ушел к трехглазым? В чем обман? О чем вы толкуете? Разве неправду мы говорили вам, когда рассказывали о Семье эллов, в которой у них не было даже имен, в которой они не могли ни радоваться, ни печалиться? Разве получил бы какой-нибудь элл без нас имя? Вы говорите, что мы обманывали вас, а на самом деле это Варда сбивает вас с толку, потому что он хочет предводительствовать вами.

— Послушайте, корры, — пробормотал невысокий корр, — может, мы поторопились? Все-таки неживые действительно многому научили нас.

— Лгать они нас научили, — печально сказал Курха. — И убивать. И ты это знаешь, Раху.

— Вы убивали не для удовольствия, — сказал Шестой. — Вы поставили перед собой благородную цель освободить эллов от рабства Семьи и стремились к ней. Но не всем доступно бескорыстное благородство. И те, кому оно непонятно, пытаются объявить его злом. Плохо, плохо вы еще усвоили принципы любви, если вас так легко сбить с тропы мудрости.

— Слова, — угрюмо сказал Хиал, сжимая и разжимая огромные кулаки. — Вы ими ловко швыряетесь, лучше, чем камнями. Вы нас одурманили словами. Не успевали облака налиться дневным оранжевым светом, как вы уже начинали опутывать нас словами: долг, любовь, мудрость, добро. Вы затыкали ими наши глотки, вы залепляли ими наши глаза, набивали ими наши головы. А сами строили планы, как превратить нас в покорных слуг…

— Ложь! — крикнул Пятый. — Вы добровольно слушали нас, потому что вы видели в наших словах правду.

— Мы встретили на пути двух неживых. Почему вы бросили их, если вы учите нас добру? — спросил тихо Курха.

— Вы ничего не сказали нам, — сказал Хиал, — когда отправились к Зеркальным стенам. Да, мы не хотели верить Варде, когда он пытался открыть нам глаза на ваши истинные планы, но когда вы бросили все и помчались к Зеркальным стенам, мы поняли, что он говорит правду. И мы кинулись за вами. Варда объяснил нам, что вам нужна энергия, новые источники.

— Ложь! — взвизгнул Пятый. — Уничтожьте Варду, он предатель! — Он дернулся вперед и поднял щупальца, но Варда увернулся.

— Уничтожить — хорошее слово, — пробормотал Хиал. — Это как раз то, что нужно сделать с вами. — Он нагнулся и поднял с дороги увесистый камень. — Вот ответ на ваши слова.

— Хиал, — пробормотал Курха. — Обожди, нельзя так…

— Мы слишком долго ждали.

— Хиал прав, — вздохнул Варда.

— Но ведь уничтожить неживых — тоже зло, — задумчиво сказал Курха. — Мы бежим от одного зла к другому.

— Зло надо уничтожать, так вы нас учили, учителя? — насмешливо спросил Хиал, перебрасывая камень из руки в руку.

Я не знал, что делать и что сказать. Варда был прав, и я чувствовал невольную симпатию к простодушному Хиалу. Для него ощущение правоты означало действие. Сначала оно было направлено на мою голову, а теперь увесистый с острыми краями аргумент в его руках адресовался неживым.

И сомнения бедного Курхи я мог понять. И я думал так же, как он. Но в отличие от них я видел еще мысленным взором и мерцающие всполохи света за прозрачными стенами в подземелье. Я знал, как страстно ждут два бесплотных духа, обреченных на вековое ожидание, освобождения. Знал и все еще испытывал постыдную, навязанную мне любовь к ним. Я должен бы привести неживых в подземелье.

— Ты молчишь, Юуран? — недоуменно спросил Варда. — Ты ничего не хочешь сказать нам?

Я хотел крикнуть коррам, что убивать нельзя, но мои голосовые связки были парализованы. Не мог я защищать неживых, и не мог я благословлять их уничтожение.

— Видишь, Варда, он с ними, — угрожающе сказал Хиал.

— Юуран никогда не сделал никому ничего плохого! — пылко крикнул Варда. — Если он с ними, значит, у него есть какой-то план.

— Хватит! — взревел Хиал. — Хватит слов, планов, объяснений! Вот мой план! — Неуловимым движением он швырнул камень, и тот со звоном ударил в голову Пятого. Что-то брызнуло, какие-то светлые осколки разлетелись в стороны.

— Стойте! — застонал Курха.

— Бей! — крикнул Раху, нагибаясь за камнем.

— Бей, бей! — скандировали корры.

— Не трогайте Юурана! — кричал Варда.

— Плевать нам на твоего пришельца, раз он с неживыми! — кричал Хиал.

— Не прикасайтесь к нему!

— Он с ними!

— Бей!

— Топчи, топчи неживых!

Я не думал о себе. В голове билась лишь мысль об эбрах, замурованных в подземелье. Я должен был их освободить. С пронзительной ясностью я понял: если я не смогу привести к ним роботов, мне придется отдать им свое тело, свой мозг. Я не смогу поступить иначе. Иначе мина замедленного действия все равно взорвется во мне. Не соображая, что делаю, я схватил Шестого за щупальца и бросился вперед.

— Держите их!

— Нет!

— Я тебе дам нет!

— Смотрите, он встает!

— Ты попал в меня!

— Ты что делаешь? О-о-о…

— Держите их…

— Варда, ты что…

— Да я…

— А-а-а…

Крики затихали позади. Я не мог обернуться, у меня для этого не было мгновения. Мелькали в голове обрывки мыслей. Варда… без него бы… Не успеем… Надо…

Я никогда не мчался с такой скоростью. Дыхание перехватывало, ноги с каждым шагом делались все тяжелее и неповоротливее. Воздух загустел, и мне никак не удавалось наполнить им легкие. «Остановись! — вопили все мышцы тела. — Мы больше не можем». Мысль об остановке была сладостна, ей было трудно сопротивляться. Сердце колотилось короткими ударами: стой, стой, стой.

В спину что-то больно толкнуло, и я инстинктивно обернулся. На меня мчался Хиал. Руки его были пусты, он уже швырнул в меня камень.

— Шестой! — крикнул я.

— Теперь ты не уйдешь! — крикнул корр. Он опустил голову и бросился на меня. Он хотел сбить меня на землю. В последнюю долю секунды я отскочил в сторону и успел подставить ему ногу. По ноге ударил молот, и я упал. Падая, я видел, как упал и Хиал. Он тут же вскочил на ноги, чтобы снова броситься на меня, на этот раз уже в последнюю атаку, но Шестой схватил его щупальцами, поднял в воздух — я даже представить себе не мог, что неживые так сильны — и с силой швырнул наземь. Корр шмякнулся с глухим стуком, с каким падают тяжелые и мягкие вещи.