Игорь Росоховатский - Понять другого (сборник)

Я мгновенно вычислил угол и скорость движения смерча. Эта «машина» шла в нужном мне направлении и с приличной скоростью — около четырехсот километров в час. Я поспешил наперерез смерчу. Вот уже чувствуется ледяное дыхание, присутствие чудовищной присоски. Ну, ну, не ленись, дружок, подымай в «кабину». Я прижал руки к бокам, чтобы не задевать камни и балки, крутящиеся в воронке, выпустил кокон защитной оболочки.

Воронка легко, играючи, подняла меня над землей на восемьдесят метров и хотела было опустить, поскольку давление в ней повысилось. Но я, сделав усилие, передвинулся в «нишу», где давление оставалось достаточно низким. Мне пришлось несколько раз менять места и передвигаться внутри этого гигантского, толщиной в семьсот тридцать метров и длиной в полтора километра, хобота, анализируя различные его части, пока я не выбрал устойчивую «кабину» с небольшими перепадами давления. Я устроился в ней поудобнее, да так, чтобы видеть сквозь разноцветные полосы и разряды все, что делается внизу, на земле. Вокруг меня трещали, гудели и чмокали внутренние, большие и малые «механизмы» смерча.

Смерч повыдергал, как морковь из грядки, дубы в роще, сорвал с бетонных опор стотонные секции железнодорожного моста, скрутил их в клубок и швырнул в реку, подняв фонтан воды, которую тут же с шумом втянул и выпустил из «хобота» в виде струй ливня. Затем он настиг тепловоз с пятнадцатью вагонами, успевший перебраться на другой берег, и стал глотать вагоны один по одному, как связку сосисок. «Выплевывал» их он тоже поочередно, уже разъединенные, при этом одни вагоны разносил в щепы так, что из них сыпалось содержимое, а другие бережно ставил на землю почти неповрежденными — то на колеса, то на крышу.

Я запустил ИСЭУ, анализируя состояние различных участков смерча, — давление в них, температуру, составлял уравнения, выводил формулу смерча.

В это время «хобот» налетел на городок, срывая крыши, вырывая металлические столбы опор, разрушая даже фундаменты зданий. Одни небольшой крепкий коттеджик он поднял целиком. Какой-то человек, находившийся в это время в комнате, не понял, что произошло, открыл дверь… Он-упал бы на землю с высоты этак метров тридцать, если бы я, выпрыгнув из «кабины», не успел подхватить его, втолкнуть в дом и захлопнуть дверь. На миг я встретился взглядом с его округлившимися, обезумевшими от страха глазами. С трудом я вернулся в «кабину», но мне пришлось ее еще несколько раз покидать и возвращаться. Удалось спасти несколько десятков человек, но многие погибали под обломками, а еще больше было ранено. Вот взвилась, как летательный аппарат, ванна с кричащей голой женщиной, судорожно вцепившейся в борта. Мне удалось «приземлить» ее только километрах в пяти за городом.

Смерч не пощадил даже кладбища. Он повалил памятники, подымал в воздух могильные камни. Струи воды вымывали гробы, и смерч раскручивал и швырял их в мутный поток, несущийся к реке. Мне запомнился один гроб — с большим белым крестом и надписью золотом: «Наконец ты обрел покой», и я подумал о насмешливой судьбе, позволившей себе такое кощунство.

А смерч продолжал буйствовать. Он скрутил в замысловатый крендель телевышку, словно она была сделана не из сверхпрочных металлических брусьев и реек, а из мягкой проволоки, подбросил в воздухе, швырнул на землю, прокатил немного и уложил в лощине.

Смерч крутил в узлы фермы электропередач и трубы газо- и нефтепроводов, затем всосал в себя большие стада озерных рыб и лягушек, пронес их несколько километров и рассыпал на окраине селения рыбно-лягушачьим «дождем».

Между тем, передвигаясь внутри смерча, я закончил подсчитывать перепады давления, скорости ветра и температуру различных точек. Затем стал объединять уравнения для общей модели — формулы моего «экспресса».

Вскоре я понял, почему загодя чувствовал зарождение и приближение смерча, — предвестниками его служили ультразвуки, вызванные перепадами давления. Простая формула позволила бы людям с помощью несложных приборов предсказывать смерч за несколько часов до его появления над тем или иным селением, а это спасло бы тысячи людей. Пусть такая формула и схема прибора будет одним из небольших подарков, которые я вручу Михаилу Дмитриевичу.

Путешествуя в смерче, я сделал еще одно открытие. В мире, сотканном из парадоксов, даже такое неоспоримое бедствие, как смерч, приносило живым существам не одни только страдания и разруху. Я обнаружил в нем облака, состоящие из микроорганизмов и семян растений. Проказница жизнь заставила и это «чудовище» служить ей — на этот раз в качестве почтальона. Я представил, какую работу совершили за миллионы лет полчища таких «почтальонов», заселив новые земли перенесенными растениями и микроорганизмами…

Я пропутешествовал в смерче почти две тысячи километров и, оказавшись над нужным мне местом, выбрался из «кабины» и благополучно приземлился. Несколько минут я отдыхал от перегрузок, затем продолжил составление общей формулы-модели смерча. Представьте себе мое удивление, когда, расположив все данные в единую систему, я обнаружил в ее центре то же уравнение, которым описывался вирус. И когда я понял значение этого явления, у меня захватило дух и впервые захотелось погладить себя по голове…

3

Лицо вождя с выщипанными и подкрашенными бровями было величественно невозмутимым. Он рассказывал мне историю своего народа, состоящую из коротких периодов мира и нескончаемых войн, где поражение следовало за победой, а победа за поражением. То племя что-то отнимало у соседей, то соседи — у племени. Но в любом случае, по словам вождя, его воины были смелыми, сильными, благородными, а соседи — трусливыми, коварными и жестокими.

Осторожными фразами я направил рассказ вождя в иное русло — к давним временам, когда из моря к его предкам выходил, как говорится в легенде, бог Аамангуапа. Вождь оживился, на его лбу, раскрашенном синими и черными полосами, прорезались морщины раздумья:

— То были великие и счастливые времена, когда мы владели большими лесами до Крокодильей реки. Аамангуапа сам вел в битву наших воинов, и мы побеждали. — Вождь как бы перенесся в те времена, и слово «мы» в его устах звучало естественно. — Но потом бог разгневался на наших предков за то, что они нарушали его законы, — и пришли посланцы злого духа Мхагапия…

Он скорбно опустил голову и умолк. Я терпеливо ожидал продолжения рассказа. Но тишина длилась слишком долго, пришлось нарушить ее:

— Великий вождь, известно ли тебе то место на берегу, куда бог Аамангуапа выходил к твоим досточтимым предкам?