Джон Де Ченси - Дорогой парадокса

– Интересно, – отметил Роланд.

– По крайней мере, мы знаем, что эта штука боится шаров, – сказал я, хотя особой благодарности за эти новые сведения не испытывал, мне не нужны были маленькие поблажки. – Черт! Я-то думал, что они могут искать цель…

– Может, «дьявол» что-то делает, чтобы сбить шар с цели.

– Возможно. Попробуй снова.

Роланд выпустил еще один сияющий зеленый шарик. «Дьявол» снова отступил, на сей раз укрывшись за зеленым холмом и на миг исчезнув. Когда шар растаял, «дьявол» снова выкатился из-за холма и въехал обратно на дорогу.

– Интересно, кого или что эта тварь должна уничтожить, – сказал я.

– Сойди с дороги и увидишь, – сказал Роланд.

Я повернул вправо и въехал в неглубокую колею, пропрыгал по ее неровному дну и выскочил на ровную поверхность.

Дьявол пересек дорогу, чтобы последовать за нами.

– Значит, он нацелен не на тяжеловоз и не на космический корабль Кларка, – сказал я. – Я-то надеялся, что на корабль.

– Нет, Джейк. Я боюсь, что ему нужен ты и только ты.

– Замечательно. Почему, действительно, этот шарик не должен идти в ногу со всеми остальными моими врагами?

Я дал газу. От задних колес взметнулись вихри пыли. Я погнал машину вверх по еще одному небольшому пригорку. На этот раз я резко развернулся, чтобы поехать вдоль гребня, который шел параллельно дороге и наконец снова поворачивал к ней обратно. Я понятия не имел о той скорости, с которой может ехать шевроле Карла, но готов был держать пари, что машина сможет обогнать «дьявола» при условии, что гонки будут проходить по ровной дороге. Если мы хоть немного с нее собьемся – нам конец. Ведь у этой страшной твари не было ни шасси, ни колес. Ей-то они не нужны. Однако если мы сможем обогнать ее, а потом снова выехать на дорогу, у нас был шанс.

А как же Сэм?

Роланд, казалось, читал мои мысли.

– Сэм выезжает из храма, – сказал он мне, оглядываясь и пытаясь рассмотреть в заднее стекло, что там происходит. – По-моему, «дьявол» не обращает на него внимания.

Но на нас он сосредоточился как следует, пытаясь перерезать нам дорогу. Я снова дал газу и немедленно напоролся на кочку, из-за которой нас бросило вправо. Я стал пытаться рулить, чтобы выправить положение, но понял, что ничего у нас не выйдет. Я снова повернул руль вправо, мы скатились с холма, ударились о землю и подскочили так, что застонали шасси. Меня тоже подбросило, и я ударился головой. Мое счастье, что крыша была изнутри обита чем-то мягким. Роланд свалился с сиденья и оказался на полу. Я изо всех сил жал на педаль, пытаясь въехать по противоположному склону. «Дьявол» уже был на гребне холма за нашей спиной. Склон оказался круче, чем я думал. Задние колеса стали проворачиваться и швырять комья грязи. Задние колеса машины стали юлить. Я все-таки выбрался наверх и выкатился на ровный участок поверхности, но «дьявол» уже нагнал нас и принюхивался к нашему заду. Я едва-едва успевал держаться немного впереди.

– Джейк, ты представляешь себе, что по Субстрату можно так же хорошо ехать, как и ходить?

– Э-э-э… нет, я как-то об этом не думал, – сказал я. – Однако намек понят.

Поэтому я повернул руль так, чтобы передние колеса равнялись – как бы это сказал мой друг Дейв Фейнманн – по измерению, столь же огромному, как космос, и такому же беспредельному, как бесконечность. Я нажал педаль газа, и мы куда-то перенеслись. Это было как окольный объезд между «здесь-и-сейчас» и «там-и-тогда» с маленькой остановочкой в «миге-едином». Над головой показались мрачные грозовые тучи, капли дождя упали на лобовое стекло, но только на миг. Потом ясные звезды зажглись над головой, и что-то – наверное, ночная птица – пропело песенку в лесу на обочине дороги. Тишина. Запах осенних листьев… А потом все это пропало, и мы снова выскочили на залитую солнцем поверхность Микрокосмоса, вернувшись в нынешнюю реальность, только теперь мы были уже на главной дороге и мчались по ней, оставив «дьявола» далеко позади, и он вертелся, как пьяный дервиш, пытаясь понять, что же все-таки произошло.

– Ловкий трюк, – признательно сказал я. – Как ты это сделал?

– Это ты сделал, Джейк…

– Ну да, я знаю. От этого мне слегка не по себе.

– Лучше быть не в своей тарелке, чем в своей могиле.

На спидометре значилось более ста миль в час, что с точки зрения шевроле было неспешной прогулочкой. Мы могли бы обогнать «дьявола», проскочить сквозь портал, но Сэм за нами не угонится. А без Сэма я не смогу найти тот портал, который мне нужен. Это означало, что с «дьяволом» надо расправиться прямо сейчас. Я совсем не сомневался, что он сможет последовать за нами и через портал. Но как с ним расправиться?

Мой ум бешено работал. Может быть, я мог бы погонять «дьявола» по дороге, пока Сэм не поравняется с нами, а потом… Но любой план потребует четкости и быстроты.

Дорога разветвлялась. Я поехал по правой ветке, которая снова вернула нас на главную дорогу.

– Роланд, что за штука такая – Субстрат? Постарайся объяснить в двадцати пяти словах или меньше.

– Это метафизическая база вселенной. Она под всем, что существует.

– Кто ее открыл?

– Никто. Это продукт соглашения.

– Спасибо, Роланд. Ты просто замечательно объяснил.

Он захохотал.

– На здоровье.

– Нет, честное слово. Ты хочешь сказать… – я посмотрел в зеркало заднего обзора и увидел, что «дьявол» довольно далеко от нас, но успешно нагоняет, – что сознание может создать новую вселенную?

Роланд посмотрел на меня.

Его глаза были бездонны.

– Это хорошая вселенная, Джейк. Но она могла бы быть и лучше. Гораздо лучше. Тебе не кажется?

– Мне-то кажется, что она могла бы быть в тыщу мильонов раз лучше, Роланд. Но это не означает… – я снова взглянул в зеркало. Тяжеловоз казался серой точкой на дороге.

Метафизика 101, три кредитки, понедельник, среда, пятница, 1500 часов, кантианский рационализм. Господи Иисусе, выпусти меня отсюда.

– Почему вы построили Космостраду?

– Для тех, кому кажется, что мир мог бы быть и лучше – это тропинка, по которой можно следовать к лучшему.

Я кивнул.

– А почему вы сделали так, что по этой тропинке очень трудно следовать?

– Ты и сам знаешь ответ на это. Поиск никогда, не бывает легким. Хотя есть и более приземленная причина. Если бы мы раздали всем карты Космострады, то у нас была бы самая большая дорожная пробка во вселенной. Настоящие кандидаты в Кульминацию были бы растоптаны в общей давке.

– И как раз поэтому Белая Дама хочет, чтобы я взял карту.

– Да, наверное, отчасти поэтому. У нее свои причины.

– Роланд, ответь мне еще на один вопрос. Когда-нибудь пойму я все это или нет?