Андрей Салов - Смертоносная планета

Открытие мионов миру произошло даже быстрее, чем предполагал академик Н-кий, а значит и тайне реликтового излучения, оставалось существовать совсем недолго. Но время показало, как велико было заблуждение ученого, каким нелегким и титаническим был труд перед тем, как излучение сбросило с себя покровы таинственности.

Но вернемся назад, в то самое время, когда под руководством бодрого старичка-академика, была создана первая, опытная партия мионов-разведчиков, отправившихся вовнутрь реликтового излучения.

Умчалась по неизведанным орбитам первая группа мионов, за ней вторая, третья, и так без конца, "прочесывая" таинственное излучение, неся людям правду о доселе неведомом. Огромное количество средств потратила лаборатория на исследования, но они не принесли желаемого результата. Мириады посланных в разведку мионов возвратились в лабораторию без существенных потерь, и, по мнению обследовавших их приборов, будучи в полном порядке, пригодными для помещения в списывающую камеру, где с них будут списаны данные, накопленные за время путешествия по необъятным просторам древнейшего излучения. Но едва мионы попали в списывающую камеру, с ними стали происходить странные световые метаморфозы. За долю секунды они меняли сотни цветов и оттенков, и гибли в конце этой световой пляски. Ничто не могло помешать их распаду, и уже спустя несколько мгновений от необъятной мионовой армии не осталось и следа.

Вновь потекли годы полные экспериментов, находок, и разочарований. Нужен был человек, скроенный из мионов, способный выполнить задачу и вернуться назад, сообщив о сделанном открытии людям, избежав участи своих предшественников, первых мионов-разведчиков.

Кипела работа в отрекшейся от всего суетного лаборатории, не подозревая о смертельной опасности нависшей над исследовательским проектом. А началось все совсем недавно. Кто-то пустил слух, который был с удивительной легкостью и быстротой подхвачен. Слух о том, что в лаборатории производятся секретные эксперименты, что неминуемо приведут к гибели земной цивилизации. Нелепое, ни на чем не основанное обвинение нашло самый широкий отклик и поддержку. Лаборатория действительно не публиковала отчетов и докладов о проведенных исследованиях, и важнейшей причиной этого было не желание скрыть об людей правду, а ее сложность, непонятная подавляющему большинству обычных людей.

Недовольство проявляла молодежь в возрасте 20 лет, и редкие единицы людей постарше, попавшие в движение случайно, из любопытства.

Все это заставляло усиленно работать над возникшей проблемой психологов, искать причины и следствия. Если бы им удалось связать воедино смерть самого первого из сотрудников лаборатории с рождением старшего из недовольных, они бы заметили одну заслуживающую самого пристального внимания деталь, — промежуток между этими событиями был равен всего одной секунде! Но специалистам, занятым решением данной проблемы этого и в голову не пришло. Они в один голос твердили о том, что всему виной некая "эпидемия умов", начавшаяся лет двадцать назад, и длящаяся по сей день. Они активно разрабатывали методы лечения, заранее обреченные на провал, ибо нельзя лечить болезнь, не зная ее причины.

Обстановка с каждым днем накалялась. Выступления молодежи в близлежащих к лаборатории городах приобрели угрожающий характер. Их участники грозились разнести лабораторию, если ученые нелюди укрывшиеся там, не прекратят ставить свои гнусные эксперименты, и не предстанут перед судом. От угроз до реального воплощения обещанного оставалось совсем немного. Не единожды буйствующая толпа осаждала ненавистные корпуса исследовательского центра. Пока ее удавалось удерживать от погромов уговорами и увещеваниями, но до каких пор это будет срабатывать, не знал никто. Любой день мог стать последним для лаборатории, и ее сотрудников.

В эти грозные дни появился на свет сверхчеловек, детище лучших ученых умов планеты, основанный на мионах с их сверхпроницаемостью, но все-таки человек, возможно чуточку более сложный, чем коллектив его создателей. Настал долгожданный день, когда детище секретной лаборатории, суперчеловек, вступил в битву с реликтовым излучением.

В двери лаборатории уже ломились. Никакие уговоры и увещевания не могли остановить обезумевшую толпу. Суперчеловек продолжал свой полет, вскоре он вернется назад, неся людям разгадку тайны. Но и тем, кто пришел убивать, и сейчас беснуется там, наверху, осталось совсем немного, чтобы добраться до центрального бункера, где в страхе и нетерпении пребывал оставшийся в живых ученый люд.

Моргнул зеленым светом индикатор, возвестив людям о возвращении их посланца, а вскоре появился и он сам. Мерцая всеми цветами спектра, агонизируя, сделал пару неловких шагов, и рухнул на бетонный пол, распадаясь на мгновенно исчезающие мионы. Неужели снова провал? Неужели были бесполезны поиски и страдания, и им суждено погибнуть в лапах разъяренной, обезумевшей толпы, так ничего и не узнав?

Но суперчеловек еще был жив. Собрав остатки сил, он сжал голову, и из нее, словно из перезрелого арбуза посыпались на пол прозрачные пластинки кристаллокассет. Люди, позабыв обо всем не свете, о смерти любимого детища, о собственной смерти, что стучала подкованными сапогами где-то над головой, в едином порыве ринулись к тому, чего ждали долгие годы.

Еле слышно пискнув, списывающее устройство принялось за работу, поведав людям страшную, и печальную историю порабощения старушки Земли.

На протяжении миллиардов лет она является колонией одной из звездных цивилизаций вампиров, питая ее биоэнергетическим потенциалом. Главную роль играет в этом излучение, которое является гигантским транспортером энергии с Земли, к далеким и прожорливым пастям кровожадных звезд. После смерти человека его мозг оказывается во власти пресловутого излучения. Свежие, а зачастую гениальные идеи, не высказанные человеком при жизни, не внедренные им на практике, уносятся к далеким звездам, где и пожираются. Если звезды, пожирая полученную информацию замечают нечто, могущее в необозримом будущем помешать их кровавому владычеству над планетой, они посылают в мир людей антимысль, семена которой, подобно семенам пропущенных цензурой идей и мыслей, сеялись в мозгу еще не родившихся детей, пуская корни, и росли вместе с взрослением ребенка, достигая апогея к моменту достижения человеком зрелости. Всем заправляло излучение, управляемое, и контролируемое вампирами. Единственное, чего не могли "вампиры", — проникнуть в мозг живого человека. Его биопотенциал был непреодолим даже для таких колоссов, как звезды. И им приходилось бороться не с отдельными личностями, что было бы гораздо проще, а со всей системой. До сих пор подобная стратегия оправдывалась. Все прогрессивное душилось, через новые поколения насаждалось ненужное, тормозящее развитие земной цивилизации. Но иногда и звездным вампирам приходилось рисковать. Это случалось, когда пища приедалась, надоедало ее однообразие на протяжении многих веков. И тогда вампирами осуществлялись небольшие "допуски", становящиеся скачками в развитии земной цивилизации. Один из последних таких "допусков" ознаменовал начало космического века и эры атома, начало конца владычества вампиров.