Валерий Быков - Экстрасенс

— Галактика, в пяти миллионах световых лет отсюда, в ней ты найдёшь верховного экстрасенса первого уровня. Он силен, и может… Но не как ты.

Он не хотел говорить, но я заставил, и он лишь лепетал от страха. Он увидел в моих глазах силу, равной которой не обладал ни один другой экстрасенс его мира.

— Прощай, ты ответишь, за смерть моего вида.

Я вонзил меч ему в сердце. Через дверь в комнату ввалилось несколько роботов и телохранителей владыки. Они открыли огонь, но тщётно, их оружие не могло пробить мой экран. Я сжёг их заживо одним взглядом.

Владыка млечного пути мучался от проколотого сердца, но всё не умирал. Я повернулся к нему, и легко, одним движением разрубил ему голову пополам. Он умер мгновенно. Я устало прошёл к выходу. Что делать дальше? Я не мог уничтожить все их корабли, да и незачем это было. Я присел, прямо на ступенях покоев владыки, запечатав вход в помещение силовыми полями, так что роботы и солдаты владыки не могли сюда прорваться. Я сосредоточился и начал искать, и очень быстро нашёл. Всего в четырёх с половиной световых годах отсюда, на планете ледников была колония, порядка четырёх тысяч выживших колонистов, и у них были проблемы с круллами. И там был мой сын Джекки. Они нуждались в моей помощи, живые люди. У меня появилась новая, пусть не большая, но цель.

Я вырвался из корабля пришельцев, и, не вступая в бой, отправился туда. Я летел быстро, моя масса была не велика, а сила огромна.

Эпилог

Спустя неделю полёта, я достиг звёзд центавра. Я был лёгок, и силён, это позволило лететь с запредельным ускорением. Но я устал, постоянно поддерживать концентрацию, без сна, и через неделю полёта, я измученный, но не ослабший влетел в звёздную систему центавра и направился к планете ледников. На её орбите висело десять огромных кораблей маток и двести пятьдесят более лёгких кораблей. Они не видели меня, и не подняли боевую тревогу, я был слишком маленькой целью, и у них не было шанса. Я поставил в системе помехи не дав им не только общаться друг с другом по радио, но и послать сигнал о помощи. Я сосредоточился, прицелился и на скорости выстрелил в ближайший ко мне корабль. Тот сложился пополам, я выстрелил в следующий.

Зачистка системы центавра от круллов не заняла много времени. Я истребил их всех, всех до последнего. Через несколько часов после моего вторжения ни одного крулла в системе не осталось. Но это был не конец моего пути, я планировал отдохнуть здесь и лететь дальше, искать главу империи крулл, но это потом, а пока что я собирался увидеть сына.

Джекки проснулся рано, посмотрел на часы. Эту бесценную вещь, подаренную ему регентом, там было пять часов утра. Его съедало какое-то смутное радостное предчувствие, что-то изменилось в мире к лучшему, во всём мире. Он встал с постели, стал одеваться. Лола тоже проснулась.

— Куда ты в такую рань? Твои занятия с регентом начнутся в девять.

— Надо встретить, — неожиданно для себя ответил Джекки. Хотя ещё секунду назад сам не знал зачем именно он встал.

— Кого встретить?

— Гостя, — немного подумав, значительно ответил Джекки.

Он закончил одеваться и вышел из домика, прошёл к жилищу регента, начал будить.

— Самуэль, поднимайся.

— Что случилось?

Джекки уже знал что случилось, радостное событие приближалось, хотя на улице ещё было темно как ночью.

— Он летит сюда.

— Кто?

— Мой отец.

— Откуда ты знаешь?

— Я просто знаю и всё.

Регент выбежал из домика одетый, и как ошпаренный.

— Ты уверен?

— Уверен, надо встречать.

Но они не успели, ночное небо прочертила огненная стрела, и приземлилась перед ними. Джекки посмотрел на него. Он был в скафандре, в руке у него был меч.

— Круллов больше нет, — проговорил отец. И открыл шлем. — Я перебил их всех в этой системе, всех до последнего. Но не расслабляйтесь.

— Зачем ты здесь?

— Земля погибла, был страшный бой, враг понёс большие потери, мне нужен отдых и новый дом

— Приветствую тебя отец, — нерешительно произнёс Джекки, — пошли в дом. Это моя жена Лола.

— Идём…

Часть 2

Пролог

Я проснулся рано, полежал пять минут под меховым одеялом. Здесь было хорошо, тепло, я знал, что на улице холодно, как и везде на планете ледников. Вчера вечером на улице было плюс два, за ночь, скорее всего, температура опустилась до минусовой отметки. Наконец я собрал в кулак свою волю и встал. Оделся. В моём доме никого кроме меня не было, поэтому я не особо старался не шуметь. Проверил свой сорока тонный меч, с ним ничего не случилось, он лежал на полу моего домика на специальных распорках, полу погружённых в грунт. Да и что с ним могло случиться? Он был столь тяжёл, что поднять или хотя бы сдвинуть его с места мог только я. И потом, не такой уж он и важный, потеряю, ещё один сделаю.

Я вышел из домика, вздохнул полной грудью воздух, он был плюсовым, вероятно за ночь пришёл циклон с океана. Я решил пойти искупаться, здесь неподалёку текла речка, скорее большой ручей, но там были места с глубиной воды до двух метров. Я по плотнее застегнул куртку и двинулся. Защитными полями я не прикрывался, хотя с их помощью мог бы вмиг согреться. Но мне хотелось вдохнуть в себя всю чистоту и девственность ещё не укрощенной человеком планеты ледников. Я прошёл через калитку в частоколе, защищавшем деревню от леса и его иногда опасных жителей. По надёжнее закрыл дверь, и направился к речке. У меня с собой, около пояса был кинжал, обычное оружие местных жителей для выхода в лес. Мало ли с чем я мог столкнуться. Для меня кинжал был не нужен, я и без него мог бы справиться не только с животным, но и с небольшим боевым звездолётом. Но я отдал дань местным традициям. Мне так нравилось. Тем временем, лес кончился, и я дошёл до ручья, или речушки, кому как удобнее. Было ещё рано, солнце ещё только начинало вставать над горизонтом, здесь был холодный промозглый туман.

Я разделся, было холодно. Сложил одежду под деревом, остался в одних трусах. Собрался с духом и прыгнул в ледяную воду. Вода была воистину ледяной, градуса два. На этой планете вообще всё было очень холодным, из-за расцвета цветковых растений, содержание парниковых газов в атмосфере было аномально низким, что повлекло за собой длинную серию ледниковых периодов, начавшихся ещё триста миллионов лет назад. Впрочем, здесь, в 160 миллионах километров от звезды, чья светимость была несколько меньше светимости нашего родного солнца, всегда было холоднее, чем на погибшей родине. Я нырнул, вода обожгла меня своим холодом. В такой воде человек мог жить 6-7минут, после чего наступало переохлаждение, поэтому я купался не долго, минуты две, и вылез, замерзая, на сушу. Сел голым на траву, стал сохнуть, было холодно, я порядочно озяб, но терпел, это была жизнь, настоящая, я давно такую не вёл. Последние много, лет пятнадцать, я провёл под мощным защитным экраном, ограждавшим меня от всего живого. Я не жил, я существовал, я работал, воевал. Здесь же на планете ледников, после уничтожения местных частей круллов, я смог немного расслабится. Собственно я расслаблялся, думал, размышлял, вот уже месяц как. Примерно, сорок дней назад погибла земля, и было очевидно, что моих сил не хватит, чтобы защитить даже эту маленькую колонию, где правил мой сын. Если они придут, а рано или поздно они придут, потому что они потеряли сигнал со своими силами, базировавшимися здесь, то очередная маленькая колония землян будет потеряна, надо было что-то делать, действовать.