Сергей Челяев - Ключ от снега (Ключи Коростеля - 2)

- Чего тебе нужно, человек? - повторил Старик. В голосе его не было ни одной нотки нетерпения, просто сторожевой пес задал вопрос и не получил ответа, поэтому нужно спросить ещё раз. Может быть, в последний.

Ян поднял голову.

- Пятеро птенцов в гнезде у сороки-белобоки, - озорно прошептал Коростель, не отводя взора от холодных глаз зорза. - Четверо наелись и спать улеглись, а пятый прыгает - оттого что сикать хочет!

- Ты что, больной? - поднял брови Старик. - Шутки мне тут шутить будешь?

- Он не больной, - раздался свистящий голос у него за спиной. - Он просто сумасшедший.

Позади Старика стоял другой зорз. "Колдун" - вспомнил Коростель. "По-моему, так его звали".

Колдун тоже его знал. Он властным жестом отстранил Старика и шагнул к Яну.

- У тебя хорошая память, одинокий хуторянин. У меня - тоже. Однажды мы воспользовались твоим гостеприимством. Теперь - твоя очередь. Ты пришел к Птицелову?

- Может быть, - согласился Коростель. - У вас в плену - мой друг. Я должен его увидеть. Все остальное - потом.

- Откуда ты знаешь, что у нас - тот, о ком ты говоришь? - высокомерно спросил Старик.

- Я видел сон, - ответил Ян Коростель и неожиданно увидел в глазах зорза мелькнувший страх. Была - не была, решил он, нужно идти напролом. А потом буду думать, правильно ли это было. И он пошел вперед, не зная, что будет, если зорзы не уступят ему дорогу.

Они расступились. Старик - с оторопью, Колдун - с удивлением. Удивлением кошки, к которой пришла в гости мышь и выговаривает ей за домашний беспорядок. А Ян уже шел вперед, интуитивно сворачивая и ожидая, что сейчас его остановят, вернут. А, может, просто вонзят в спину что-нибудь острое, что уже и ядом не нужно смазывать - яд был словно растворен здесь в воздухе, и, может быть, поэтому ему с каждой минутой становилось труднее дышать. Это сон, твердил себе Коростель, это всего только сон, и задохнувшись здесь, я буду жить наяву, где-то там - на поверхности слов. Потому что все, чем он вооружен сейчас, - это только слова, одни лишь слова, и только. Но перед ним открылась дверь, и он пошел на свет.

Роль освещения тут играли тусклые пятна свечей и масляного фонаря, цедящего свет вполсилы над большим железным столом. Смотреть на него Коростель заставить себя не смог, понимая, что там может лежать. Впрочем, в комнате царила спасительная полутьма, но было достаточно светло, чтобы Ян увидел Снегиря. Связанный друид сидел на стуле, прислонившись спиной к стене напротив дверей, в которых замер Ян.

- Вот твой друг, Ян Коростель, - сказал стоящий позади Колдун и с силой толкнул его плечом. Ян влетел в комнату и, с трудом удержавшись на ногах, чуть не сшиб стоящие рядом со стулом Снегиря на высокой резной деревянной подставке песочные часы. Старик быстро вошел в комнату и встал сбоку от Казимира, как часовой возле походного котла с кашей. Колдун занял свое место в дверях, превратившись в статую равнодушия со скрещенными руками и полуприкрытыми глазами. Он больше ничего не сказал, и тогда Ян оглянулся на зорза, быстро подбежал к Снегирю и опустился перед ним на колени.

- Казимир! - тихо окликнул он друида. Снегирь никак не отреагировал на его голос, лишь только плотнее сжал губы и свистяще вздохнул.

- Казимир! - настойчивее зашипел Ян. - Очнись, Снегирь!

- Я слышу тебя, кто бы ты ни был, - последовал ответ. Губы друида еле шевелились, глаза же были по-прежнему прикрыты.

- Это я, Коростель, - позвал его Ян. Снегирь слегка пожевал губами, и Ян увидел, что все губы друида в темных следах от укусов.

- Это я, Янек, - вновь повторил Коростель, и Снегирь вдруг улыбнулся краешками губ.

- Вряд ли, - лаконично отозвался он.

- Почему? - удивился Ян, краем глаза украдкой следя за зорзами. Старик был неподвижен, Колдун - тоже. Они ждали, что он скажет друиду. Может, таково было указание Птицелова?

- Потому что ты не можешь здесь быть, - проговорил Снегирь и открыл глаза. Несколько мгновений он смотрел на Коростеля, потом вновь усмехнулся и покачал головой. - Просто не можешь, вот и все. Уходи.

- Но мне тоже это кажется! - Ян в отчаянии вцепился друиду в ногу. Старик издал тихий сдавленный звук, но не сдвинулся с места. - Понимаешь, Снегирь, мне кажется, что ты мне сейчас снишься.

- Тогда скорей просыпайся и чеши отсюда, - презрительно проговорил пленный друид.

Ян непонятно почему обрадовался его голосу - в нем было столько непреклонности и неприятия очередной колдовской штучки его мучителей, что Коростель даже засомневался - а сон ли это?

- Может быть, это и сон, друид, - неожиданно заговорил Колдун, - но это действительно твой приятель. У нас нет никакого желания устраивать вам тут трогательные свидания, поэтому выслушай хорошенько, бедолага, что тебе наговорит этот парень, и намотай на ус. Или что там у тебя ещё осталось целого?

И он несколько раз противно хохотнул, так что Коростелю захотелось вбить ему в глотку весь его смех вместе с зубами и языком. Но он взял себя в руки и вновь тронул колено Снегиря.

- Снегирь! Ты, пожалуйста, не думай сейчас, отчего да как, а просто выслушай меня. Выслушай - и поверь. Мы на острове - Травник, Март, Эгле и я. Мы пришли за тобой, и мы знаем, чего хотят от тебя зорзы. Я не знаю, как я тут оказался, может быть, я сплю и вижу тебя во сне, и ты тоже, но ведь это ничего не меняет, верно?

Снегирь с минуту молчал. Потом задумчиво проговорил:

- Ничего не меняет, это точно. Ведь, я полагаю, устроить штурм и выкурить отсюда этих нелюдей вы не можете, верно?

- Мы не знаем, где вход сюда, - Коростель оглянулся на Колдуна, но тот только саркастически улыбался. - Но мы отыскали вход в другое место... И нашли там Патрика.

- Я знаю, - губы Снегиря плотно сжались. - И мы ещё посчитаемся. Только это будет уже не во сне.

- Ты все сказал, смертный? - Старик впервые выказал нетерпение.

- Еще нет, - поспешно ответил Коростель. - Казимир! Слушай меня внимательно и постарайся понять, что я тебе скажу. Что я хочу тебе сказать, - повторил Ян с легким нажимом на слово "хочу". Помедлив, Снегирь кивнул в знак согласия.

- Можешь говорить громче, Ян, я тоже не против тебя послушать, раздался от дверей негромкий ироничный голос, и в комнату вошел Птицелов. Он кивнул Коростелю как старому знакомому и посоветовал:

- Возьми стул, парень, в ногах, как говорится, правды нет.

Ян окинул взглядом комнату и схватил стоящую рядом табуретку, всю заляпанную разноцветными пятнами красок. Все это время Снегирь внимательно наблюдал за Коростелем и несколько раз украдкой попытался дотянуться ущипнуть себя за ляжку связанной рукой.

- Я должен тебе это сказать, Казимир, - начал Ян. - Мы знаем, что зорзам ты нужен как проводник.

- Я тоже догадался, - сказал Снегирь. - И почти догадался - куда. Это что - ад, преисподняя или деревня Кульбишки? Там нас с Патриком как-то едва не отравили прокисшим пивом...