Билл Болдуин - Приз (Рулевой - 3)

- Вас куда - в ангар или к медведям, коммандер? - спросил водитель.

- Давайте к медведям. Новости лучше узнавать из первых рук.

Через пять циклов Брим показал свой значок охранникам у ворот и вошел в линзообразное пространство, огражденное излучателями Н-лучей. М-6Б висел над ним, сверкая голубыми боками в ярком свете ламп, буквально облепленный механиками. Сотни проводов, мерцающих всеми цветами радуги, тянулись из отверстий в его корпусе к целому каравану фургонов с диагностическим оборудованием.

Еще двенадцать проводов, каждый в руку толщиной, были подключены к мощным разъемам позади корабельных "штанов". Брим знал, что это суперпроводящие линии передачи энергии - они светились тускло-красным, подпитывая новый кристалл перед его первоначальным включением. Неподготовленные кристаллы часто разбиваются при подключении гиперэнергии, а этот экземпляр явно требовал особого ухода, занимающего много времени. Брим покачал головой: М-6Б мог быть подготовлен к полету разве что под вечер. Если гонки по какой-либо причине закончатся быстро, Империя проиграет кубок автоматически.

Поглядев на работу, кипящую вокруг корабля, Брим увидел Валериана и Погреба, обоих в том же, в чем были вечером. Они шли к одному из пультов, смонтированному на тяжелом плоскодонном глайдере. Брим подбежал к ним:

- Как дела? Оба инженера так и подскочили.

- А, Вилф, - нахмурился Валериан. - Мы как раз собирались тебе звонить.

- Ну и?..

- Только что подсоединили новую систему управления, Вилф, - с кислой гримасой ответил Валериан. - Если повезет, мы застегнем его на все пуговицы через какой-нибудь метацикл. И - хвала Вселенной, что чудеса еще случаются, мы, может, и корабль Молдинга успеем доделать.

На этот раз гримасу скорчил Брим.

- Я чую здесь какое-то большое "но". Почему я не слышу слова "полет"?

- Процесс электронасыщения, - пояснил Погреб, - потребует еще десяти метациклов. Брим сразу смекнул, в чем дело.

- И поскольку к тому времени гонки будут в разгаре, на летные испытания времени уже не остается. Я прав?

- Так оно и есть, Вилф, - кивнул Валериан. - Если вы с Молдингом решите участвовать, вам придется лететь на необкатанных, наспех собранных аппаратах с только что подпитанными экспериментальными гипердвигателями - и притом использовать их на всю катушку. Что скажешь?

- Замечательно. - Брим закатил глаза к небу. - Просто слов нет.

- Так ты согласен?

- На что?

- Лететь.

- Еще бы. Тебе, Марк, надо будет как-нибудь побывать на Карескрии и поглядеть на рудовозы, на которых я летал. Мы там радовались, если доставали хоть наполовину годные кристаллы. Это давало нам больше времени на размышления о том, выдержит корпус или нет. - Брим посмотрел Валериану в глаза. - И часто случалось, что не выдерживал.

Валериан пробурчал что-то неразборчивое.

- Думаешь, и Молдинг полетит?

- Спроси лучше его самого, - улыбнулся Брим. - Но мне сдается, он такой же самоубийца, как я, - особенно когда речь идет о гонках этого года.

- Вута ради, не толкай демпфер в отражательную зону, - предупредил Валериан. - Ни в коем случае. Это уж точно будет самоубийство. Отражательная система ни разу не испытывалась в этом корпусе.

- Не буду, - угрюмо пообещал Брим. - Мне приз надо выиграть.

- Вот это меня больше всего и беспокоит.

***

Ровно десять метациклов спустя Брим, уже в скафандре, приготовился сесть в свой заново собранный М-6Б. Единственной переменой, которую он заметил на мостике, был новый демпфер и панель с целым рядом индикаторов и надписью "отражение". Из индикаторов горел только один, с надписью "сканирование". Сам демпфер имел продленный радиус действия, но наспех присобаченная металлическая лента не пускала его дальше середины.

Снаружи медведи отсоединяли от камеры кристалла последние питающие кабели. На соседнем участке Н-излучателей полным ходом шла сборка корабля Молдинга. Только-только успеть. Гоночные полеты, как обычно, шли в порядке, обратном занятым в прошлом году местам. Последний азурнийский участник только что приземлился в каскаде брызг, и настала очередь Империи.

Поскольку оба корабля Лиги в прошлом году потерпели аварию, на этот раз они соревновались в числе первых. Оба новых угловатых "Гантгейзера ГА 262 A3" завершили гонку с необычно высокими показателями: Кирш Валентин (сильно прихрамывающий с утра) достиг средней скорости 99,56М, а заменивший Гренер провоет Воган Арн - 95,82М. Эти результаты как нельзя более ясно ответили на вопрос, способны ли конструкторы "Гантгейзера" построить корабль, могущий соперничать с М-6Б.

Наивысшим достижением двух торондских "Дампьеров" стала средняя скорость 96,79М. Очевидно, марионеточным государствам разрешалось соревноваться с хозяевами из Лиги только до определенного предела. И победа в эти пределы отнюдь не входила!

А теперь вот и второй азурнийский маленький "Раутор" вернулся в ангар, показав вполне приличную скорость 97,45М. Брим опустил лицевой щиток шлема и высунулся из открытого гиперэкрана, глядя, как красны-пейчевские инженеры задраивают последние люки. Известие о затруднениях Империи быстро разошлось по гипердрому. За барьером в свете карлссоновых ламп собралась огромная толпа всем было любопытно, успеют ли "Красны-Пейч" и "Шеррингтон" завершить свое чудо к сроку.

Многие зрители вели съемку - на всякий случай. Среди них были и Облачники - эти, как всегда, бросались в глаза своими громадными оранжево-желтыми камерами. Брим даже издали видел, что эти камеры оборудованы сложной системой электронных линз для съемки на дальнем расстоянии.

- Ну, мы свое дело сделали, как могли, - сказал Погреб с края гравиподушки. Он переоделся в чистый комбинезон, но выражение тревоги не сошло с его лица.

Брим усмехнулся: этому медведю никогда не стать хорошим игроком в креэль. Всякий сразу поймет, какие козыри у него на руках.

- Так вы полагаете, что он полетит? Погреб, устремив глаза к небу, наставительно поднял палец:

- Лучший способ сдержать слово - не давать его вовсе. Я сказал только, что мы свое дело сделали.

- Ничего, с меня и этого хватит.

- А с меня - нет. Но я скажу тебе, храбрый Вилф Анзор: если бы в твоей кабине мог бы поместиться медведь, я полетел бы с тобой без колебаний.

- С меня и так причитается по возвращении, мой содескийский друг, - а за это тем более.

- Мы отпразднуем это на совесть, - сказал Погреб, отходя к другому М-6Б. А если мы и коммандера Молдинга сумеем отправить - у нас будет пир горой!

Сразу после этого в наушниках Брима затрещал голос Урсиса:

- Это твой последний шанс пойти на попятный, мой безволосый друг. Если мы собираемся соревноваться, пора тащить тебя в гравибассейн. А оттуда фьюить - в небо.