Роман Суржиков - Без помощи вашей

Леди Сибил задала несколько вопросов о вчерашней прогулке. Мира отделалась общими фразами, но не смогла скрыть своей симпатии к Бекке.

– Она такая… она… – слова «спасла меня от смерти» пришлось задавить в горле, – Бекка – истинно благородная леди!

Графиня хмыкнула.

– Ну, что же… Возможно, я ошибалась в ней, – тон леди Сибил, впрочем, не допускал и намека на сомнения. – Дитя мое, говорят, тебе нездоровилось ночью?

Болтливые твари!

– Да, миледи, но сейчас уже лучше. Я набираюсь сил.

– Вот и прекрасно. Я отправляюсь в церковь, не желаешь ли составить мне общество?

– С удовольствием, миледи.

Это было очень уместно. Как и ожидала Мира, по дороге в часовню их сопровождала шестерка всадников. Стук копыт и хриплые покрики: «Дорогу графине Нортвуд!» – разогнали страхи.

В церкви графиня прочла несколько молитв, чуть заметно шевеля губами, опустив колени на бархатную подушечку перед скульптурой Праматери Сьюзен. Затем неторопливо обошла храм, бросила по нескольку агаток в каждую чашу для подаяний: для хворых, для убогих, для служителей церкви. Мира имела время и возможность подумать, но ничего дельного не шло в голову. Зато девушка ощущала покой и наслаждалась им. Она вышла из храма, почти восстановив силы.

За обедом Мира тщательно следовала правилу и брала в рот лишь те яства, которые вкушала графиня. Леди Сибил любила мясо с кровью, острые приправы, подливы, настоянные на крепком вине. Миру мутило от всего этого, и, чтобы не остаться голодной, она набила желудок лепешками. Вряд ли кто-то сумел бы подмешать яд в лепешку!

После чая служанка подала письмо, и оно вновь оказалось для Миры. Бекка приглашала кататься на гондоле по Ханаю. «Боюсь быть назойливой, – писала южанка, – но вчерашняя прогулка оставила во мне столько впечатлений. С кем и обсудить их, как не с тобой?» Мира отказала ей. Было бы подлостью навлекать на Бекку угрозу, которая нависла над самой Мирой. Особенно если учесть, что охрана Бекки не так уж велика. Южанка претендует на брак с императором, стало быть, всей ее семье служат не больше полусотни рыцарей.

Мира осталась дома. Отобедав, графиня занялась чтением. С самого прибытия в Фаунтерру она читала одну и ту же книгу – «Любовные истории Блистательной династии» – и продвинулась лишь страниц на тридцать. Леди Сибил не умела читать быстро, подолгу застревала на каждой странице и вскоре изнемогала от скуки. Глядя, как графиня тщится заставить себя смотреть в книгу, Мира предложила:

– Не хотите ли, чтобы я почитала вам, миледи?

Это оказалось прекрасной идеей. Мира читала вслух быстрее, чем леди Сибил глазами. К тому же, девушка вкладывала выражение, эмоции, да еще какие! Вчерашний день оставил в ее душе богатейший запас: был и азарт, и тревога, и надежда, и радость спасения, и страх – очень много страха. В книге заходила речь о молодой девушке – Мира представляла себе Бекку и читала с неподдельной теплотой; дело касалось лошадей – и она вспоминала рыжего жеребца, летящего через пропасть; упоминался браконьер или разбойник – Мира вновь чувствовала острие копья на своей груди. Леди Сибил оживилась, стала слушать с интересом, порою даже тихонько ахала. Солнце клонилось к закату, а у девушки пересохло в горле, но графиня велела зажечь свечи, налила Мире кубок вина и настойчиво попросила читать дальше.

Мира была рада. День миновал – без приключений, почти без страха. Она дожила до вечера. Пусть так же пройдет и завтрашний день, и послезавтрашний… Рано или поздно Адамар убьет Шута Менсона, или Плайского старца, или Леди-во-тьме: все они – наследники престола, и должны умереть, согласно плану. Случится новое убийство, и император поверит в опасность, и тогда мы сможем вновь прийти к нему за помощью! Янмэй Милосердная, сделай так, чтобы следующей жертвой оказалась не я!

Однако Мира ошибалась: день еще далеко не окончился. Когда солнце закатилось и в особняке засияли свечи, к ним пожаловал гость.

– Миледи, к вам пришел некий сударь, – доложил лакей, – он назвался Марком.

Графиня встрепенулась.

– Лордом Марком? Какого рода?

– Нет, миледи, он не называл себя лордом, и имени рода не назвал. Просто – Марк.

– Что ж… – леди Сибил встала, провела руками по волосам, откидывая их назад. Что-то от пантеры или тигрицы было в ее движении. – Проводи его. Но перед тем зови мечников. Пусть будут рядом, наготове.

Лакей вышел, и Мира в тревоге уставилась на графиню:

– Кто он, этот Марк?

– Марк, милая моя, – это глава протекции, тайной стражи императора. Ворон Короны. Он прилетает выклевать твои глаза перед тем, как палач отсечет голову.

Мужчина, вошедший в комнату, был не слишком высок, хотя и крепок. Одет в черный камзол и бриджи, на ногах лакированные туфли, на поясе шпага и кинжал. Забавной франтовской деталью смотрелся белый шейный платок. Лицо его было тонкогубым и скуластым, щеки покрывала щетина. Он выглядел зажиточным горожанином – не знатным, но крепко стоящим на ногах.

– Здравия вам, леди Сибил, леди Глория, – сказал он, подходя.

Графиня смотрела ему в глаза.

– Стало быть, его величество решил унизить меня допросом? Этому не бывать. Адриан хочет спросить меня – пусть сам спросит, и я отвечу. Адриан хочет видеть меня на плахе – пусть прикажет, и я приду на плаху, тьма меня сожри. Но простолюдин не будет допрашивать графиню Нортвуд!

Мужчина в черном примирительно развел руки в стороны и улыбнулся. Это было обезоруживающе неожиданно.

– Миледи, миледи!.. Я не имел ничего подобного в мыслях. Я понимаю, в каком положении вы находитесь…

– Неужели? Просветите меня, сударь!

– Вы приютили бедную девушку, чудом спасшуюся от гибели. Вы рассмотрели и угадали то, чего не видел никто другой: масштабную интригу против самого владыки. Движимая желанием защитить девушку, императора и других невинных людей, что могут попасть под клинок злодеев, вы проделали долгий путь и прибыли в столицу.

Говоря это, Марк медленно приближался. Леди Сибил следила за ним с затаенною злобой. Казалось, она изготовилась к прыжку.

– Вы пришли на прием к императору и откровенно рассказали все. Что же вы получили взамен? Недоверие, унижение, почти открытое обвинение в интриге. Хуже всего то, что слухи об этом мгновенно разлетелись – двор ненасытен в злословье… И вот, вы – благородная графиня Нортвуда – вынуждены жить затворницей в этом доме. Вы избегаете людных мест, балов и приемов. Вы знаете: смешки будут преследовать вас всюду, виться, как оводы. Ваша гордость устроена так, что ее раны гноятся и не заживают чертовски долго. Вы не можете выбрать: вернуться ли в Клык Медведя и тщетно пытаться забыть, отвлечь себя кутерьмой дел? Или остаться здесь, в столице, заглушать мысли вином, – кивок в сторону кубков на столе, – и ждать. Чего ждать?..

Марк подошел так близко, что между ним и графиней осталось две ладони воздуха – не больше. С такого расстояния можно сделать с человеком что угодно: свернуть шею, всадить под ребра кинжал, поцеловать… Графиня не отступила, продолжала глядеть на Ворона в упор. Что-то изменилось в ее лице.

– Чего ждать? – повторил Марк. – Возможно, того дня, когда все поймут, что вы были правы, а владыка ошибся? Может быть, нового убийства?.. Я верно говорю, миледи?

– Я могу приказать, и вас вышвырнут отсюда, – сказала графиня. В ее словах была угроза, но куда меньше, чем могло бы быть. Уж Мира-то знала, на что способна леди Нортвуд.

– Не сомневаюсь в этом, – ответил Ворон. – Но вы будете чертовски неправы. Так не обращаются с союзниками.

– Вы – мой союзник? С каких пор?

– По крайней мере, я принес вам добрую весть.

Рот графини приоткрылся, она моргнула.

– Плайский старец, – сказал Марк, буравя ее взглядом. Глаза леди Сибил раскрылись шире.

– Леди-во-тьме из Дарквотера, – сказал Марк. Графиня смотрела на него, как завороженная.

– Бедная Минерва из Стагфорта, один раз обманувшая смерть, – отчеканил Марк. Графиня беззвучно ахнула.

– «Кто же из них?» – думаете вы сейчас. Чью жизнь отобрали злодеи? И что же чувствовать из-за этого? Радость ли, печаль? И если радость, то скрывать ли ее от проклятого Ворона?

– Так кто же?! – процедила графиня.

– Сир Адамар, двоюродный брат владыки. Погиб нынешним утром на охоте.

Мира вздохнула. Один быстрый глубокий вдох, почти бесшумный. Но Марк метнул в ее сторону косой взгляд.

– Сир Адамар… – повторила леди Сибил и только теперь отступила на шаг. Села у стола, указала Марку: – Садитесь… Хотите вина?

Мужчина сел рядом с нею, взял кубок. Графиня налила ему, они выпили.

– Теперь позволите задать вам несколько вопросов, миледи?