Владимир Контровский - Истреби в себе змею

– Дети… - начал Рохо и тут же подумал: "Да какие они дети!". - Орты Катакомб… Я благодарен вам за то, что вы помните. Но ни я, ни моя жена не владеем магией - мы с ней обычные люди, а вы - вы люди будущего. Мы не можем быть вашими Старшими.

– Отец Диего, - мягко, но убеждённо возразил Родриго, и стоявшие рядом с ним орты из числа взрослых индиго кивнули в знак согласия - они ведь уже знали, что скажет военный вождь, - среди нас много таких, кто умеют крушить скалы или творить огненные клинки. Но нам нужен опыт долгих прожитых лет и спокойная мудрость - если у нас будут вопросы, вы подскажите. И поэтому мы просим вас, отец Диего и мать Мерседес, - будьте Старшими.

"Вот и вся процедура демократического голосования, - подумал Рохо. - Мгновенный обмен мыслями - кто хотел возразить, возразил, однако консенсус достигнут. Да, конгрессы и парламенты с их долгими и бесплодными дебатами, скрывающими закулисные интриги, - это уже прошлое старушки Земли. А будущее - туманно…".

– Хорошо, - сказал он и взглянул на Мерседес, - мы согласны. Да будет так.

Напряжение, витавшее под сводами Зала, разрядилось. Люди-индиго задвигались, и поодиночке и небольшими группами стали покидать Зал учеников. Орты Катакомб выбрали Старших.

…Через несколько дней к Диего пришёл Андрей, и Рохо почувствовал, что сын хочет поговорить с ним не просто как с отцом, а как со Старшим горного клана.

– Отец, - Андрей перешёл к делу без долгих предисловий, - я слышал Детей Моря. Их старейшины дотянулись до меня. Слышно было плохо - дельфины не заплывают в реку, а ты запретил нам без крайней нужды покидать Катакомбы, пока не снизится уровень радиоактивного заражения. Однако главное я понял: Дети Моря убили большой подводный корабль, готовившийся выплюнуть в наш мир целую горсть ядовитых семян. Что бы это могло значить?

– Скорее всего, - Диего с минуту подумал, - они сумели каким-то образом отправить на дно атомную подводную лодку с ядерными ракетами на борту. Дети Моря не стали отсиживаться в тёмных глубинах - они вмешались, и активно вмешались. Это хорошо.

– Значит, - глаза Андрея вспыхнули, - у нас теперь есть союзники?

– Есть. Но вот о чём я думаю, сын: нас всё время кто-то спасает, и мы всё время ждём, что нам кто-то придёт на помощь и сделает всё за нас - мы даже уповаем на Внешних. А мы - мы сами - неужели мы сами не можем сделать то, что от нас требуется? Подумай об этом!

– Да, отец, я подумаю, - серьёзно ответил подросток. Он уже повернулся, чтобы уйти, однако остановился. - И ещё одно, отец, - Андрей замялся, - мы с Эстреллой… В общем, мы с ней хотим пожениться.

Диего посмотрел на жену - Мерседес тоже была здесь, но не вмешивалась в разговор.

– Ты хочешь или она хочет? - уточнила Старшая.

– Это… Мы оба… Хотим… - окончательно смутился молодой орт.

– Вы поженитесь, - невозмутимо сказала Мерседес, - когда тебе будет шестнадцать, а ей - пятнадцать. А до этого - потерпите.

– Но…

– Потерпите! - повторила Мерседес. - А станет невтерпёж - вспомни, что говорила на этот счёт мать Эухенья - мудрая Мать-Ведунья.

Тяжёлый самолёт описывал широкий круг.

– Можно сесть прямо на аэродроме Пуэбло-дель-Рио - взлётные полосы свободны от обломков. Но там, - пилот показал на текущую под крылом чёрную землю, - так фонит, что приборы зашкаливает.

"Я это и без приборов чувствую, - подумал Всеслав, - туда нельзя. К тому же нам надо приземлиться поближе к пещерам - так будет лучше".

– Левый берег реки, - сказал он, - там должны быть подходящие ровные участки.

Командир самолёта кивнул, и машина накренилась, разворачиваясь на запад.

…Президент резко возражал против намерения своего особого советника отправиться в пострадавший район лично. "Вам что, некого туда послать? Вы нужны мне здесь! В конце концов, что для вас важнее: Россия или клочок земли в Латинской Америке? Там и без вас обойдутся!". "Сергей Владимирович, - возразил ведун, - этот клочок земли имеет прямое отношение к судьбам России. Индиго из Катакомб - наши братья и естественные союзники, и Блад прекрасно это понимает. Удар-то был направлен не по городу, господин президент, а именно по ним! Не сочтите за цинизм, но для нас важно установить контакт с обитателями пещер, а помощь пострадавшим - да, тут обойдутся и без нас. Это дело нескольких дней, не больше, но мне нужно побывать там самому. Я возьму с собой всего десятка два ведунов - у вас под рукой их останутся сотни". И Всеслав убедил президента.

Правда, насчёт "обойдутся и без нас" ведун оказался не прав: содрогавшемуся в корчах невиданного экономического кризиса миру было не до оказания кому-то гуманитарной помощи. И даже промелькнувшие в Сети сообщения о "Паломаресе двадцать первого века"[23] не вызвали широкого резонанса: на фоне тотального коллапса мировой денежной системы информация о катастрофе стратосферного носителя ядерного оружия, приведшей к четырём атомным взрывам, выглядела сущим пустяком.

…Винты замедляли свой бег, из прозрачных дисков появились мелькающие лопасти. В распахнутую дверь ворвался горячий воздух. "Здесь тоже фонит, - подумал особый советник президента, - однако терпимо". Спустившись по выдвинутому трапу, он огляделся.

Слева текла река, тусклая, словно подёрнутый плёнкой окиси металл; справа высились горы, смыкавшиеся на горизонте в сплошную тёмную стену. Разогретый солнцем воздух был неподвижен, и руины города на том берегу казались чёткой фотографией картины какого-то сумасшедшего художника-сюрреалиста. И - тишина: ни птичьих голосов, ни даже жужжания насекомых. Пустыня - Мёртвая Пустыня…

Ведуны один за другим выбирались из чрева самолёта, собранные и готовые ко всему. Двадцать два человека-индиго в возрасте от девятнадцати до двадцати двух лет, адепты магии Меча, ведуны-воины - на них Всеслав мог положиться в любой ситуации.

– Со мной пойдут Родион, Добрыня и Ставр. Остальным: разбить временный лагерь. Старшим оставляю Руслана. Не забудьте про экранное поле-кокон - уровень радиации здесь достаточно высок. Час-полтора можно пробыть без защиты, а вот больше - опасно. На этом пока всё. Пошли.

…Сторожа вовремя заметили чужаков, и Родриго тут же известил Старших.

"Кого ещё там принесло на нашу голову? - думал Рохо, поднимаясь наверх. - Друзья? Это вряд ли, нам в последнее время куда больше внимания уделяют враги…".

К счастью, Диего ошибся - он понял это, как только увидел этих четверых, спокойно ждавших возле главного входа. То, что они - люди-индиго, было ясно с первого взгляда, а со второго чётко различался дружелюбный оттенок их аур.