Джулиан Мэй - Джек Бестелесный

– Об этой трудности я знала. Ремилардовская Династия и ее выдающиеся способности моя группа рассматривает как часть общей проблемы… Однако удостовериться нам надо только в одном: обещая нам верность, будешь ли ты искренен или нет. Рыться в твоем сознании в поисках частностей нам не требуется. Нас устроит простое подтверждение или отрицание.

– Даже и тут полной уверенности у вас не будет. – Он грустно усмехнулся.

– Ошибаешься. Мой второй секрет – основополагающее открытие, о котором я упомянула. Двое моих товарищей – сотрудники факультета цереброэнергетики Кембриджского университета, и им в конце концов удалось создать первый точный механический психозонд. Они не хотели, чтобы симбиарский Магистрат получил в свое распоряжение еще одно оружие против человечества, и потому согласились не сообщать о своем открытии до окончания Попечительства.

– Боже мой! И этот прибор может зондировать даже такого, как я?

– Это пока еще первая модель. Она показывает только «правду» и «неправду», чего в давние времена пытались добиться с примитивными «детекторами лжи». Естественно, работа нашего прибора строится на совсем ином принципе: анализируется весь спектр мозговых волн. Никому из оперантов, с кем мы экспериментировали – а среди них были Великие Магистры принуждения, – не удалось противостоять ему.

Она открыла дверцу внизу консоли, вынула черный ящичек, к которому был присоединен проводом предмет, напоминающий причудливый шлем, и протянула его Адриену.

Анна улыбнулась и выставила перед собой ладони виноватым славянским жестом.

– Мои… мои товарищи, метапсихические инсургенты, и я в течение последнего месяца прошли проверку у этого механического инквизитора. Мне поручили спросить: согласишься ли и ты?

– Охотно.

– Тогда разреши, я надену его на тебя.

Через минуту-другую шлем был настроен, и в скальп Адриена впились тончайшие иголочки. Ощущение не из приятных!

– На миг ты лишишься сознания, – предупредила Анна. – Пока происходит сканирование. Никаких дурных последствий.

– Включай.

Она встала перед ним, держа в одной руке черный ящичек с дисплеем, а другую занеся над клавиатурой прибора. Адриен ощутил легкое покалывание: в прибор начала поступать энергия. И тут Анна спросила негромко:

– Адриен Ремилард, готов ли ты восстать против Галактического Содружества, поставив благополучие человечества выше благополучия галактической цивилизации?

– Да, – ответил он, и его словно оглушил черный гром.

Когда он очнулся, Анна снимала с него шлем, улыбаясь сквозь слезы. Секунду спустя она отключила сигма-поле. Купол из прозрачной полутьмы исчез, а в лабораторию вошла небольшая группа мужчин и женщин и остановилась в ожидании.

Адриен, поглаживая зудящую кожу под волосами, весело улыбнулся им.

– Мои товарищи-заговоощики, если не ошибаюсь?

Троих он знал. Хироси Кодама и Корделия Варшава были видными Соинтендантами; с Аланом Сахвадзе он не раз встречался, он был племянником Анны, занимался исследованием ро-поля в ИИДП.

Анна представила остальных:

– Оуэн Бланшар, исследователь ипсилон-поля и президент Академии коммерческой астронавигации. Джордан Крамер и Джеррит Ван Вик – психофизики, одни из создателей прибора, который я только что испробовала. Ранчар Гатен – старший капитан Гражданских межзвездных сил. Еще двое наших не смогли приехать сегодня: Олянна, пилот суперлюминального космолета «Шлараффенланде», на котором мы все через несколько дней отправимся на Орб, и Уильям Макгрегор, сын Дэвида. Он с отцом уже в Орбе. Мы очень надеемся, что со временем сам Дэвид тоже присоединится к нам. А пока мы все агитируем за него как за кандидата на пост Первого Магната, поскольку он заведомо симпатизирует нашим взглядам на права человечества.

– Мы чрезвычайно рады, что вы с нами, – сказал Хироси Кодама, беря руку Адриена и кланяясь. – Можем мы надеяться, что и вы будете в Консилиуме отстаивать человеческие права? Кандидаты в Магнаты среди нас поклялись отстаивать расовую автономию в открытых дебатах со сторонниками Содружества вроде вашего брата Поля, как только позволят обстоятельства.

– Я приложу все усилия, – ответил Адриен. Тут он замолчал, потому что ему в голову пришла неожиданная мысль. – Но… тот, кто действительно необходим нам в этой борьбе, еще несколько лет не сможет присоединиться к нам. И я говорю не о Дэвиде, а о том, чье сознание сильнее, чем сознание Дэвида или даже Поля. И он до мозга костей сторонник человеческих прав.

– Так кто же этот идеал? – с сомнением спросила Корделия Варшава.

– Он еще мальчик, – ответил Адриен, – но когда вырастет… берегись, Содружество! Я говорю о Марке, сыне Поля. Ах каким он может оказаться лидером, когда придет время восстать!

ГЛАВА XXIII

Сектор 15: звезда 15-000-001 (Телонис), планета 1 (Консилиум Орб) Галактический год: Ла Прим 1-378-566 24 декабря 2051

Четыре члена Лилмикского Надзирательства, облеченные в свои материальные тела и психозамаскированные, шли, никем не замечаемые, в толпе по Центральному Променаду планетоида. Праздновать (или вести этнические наблюдения) явились люди всех рас, и первый импровизированный Сочельник на Орбе удался на славу.

– Приходится пожалеть, что наше Надзирательство не назначило церемонию принятия в Консилиум на чуть более поздний срок, – сказала Умственная Гармония, и ее красивое лицо слегка омрачилось. – Мы проявили прискорбную бесчувственность, выбрав для нее именно это время, так что бедные люди вынуждены встречать один из самых главных своих праздников вдали от родных планет.

– Ну, полтроянцы и гии загладили наш нечаянный промах, – отозвалась Родственная Тенденция и ловко увернулась от веселой компании, за которой гналась фигура в белом саване, увенчанная лошадиным черепом, лязгающим зубами на всех, кто оказывался поблизости.

– Превзойти эти две расы в сентиментальности невозможно, – сказало Душевное Равновесие. – Но приходится признать, что в данных обстоятельствах это был красивый жест, несомненно потребовавший больших изысканий в банках данных по этнологии.

– Какой сюрприз – столь фантастическое преображение Променада за одну ночь! – заметило Бесконечное Приближение, ошеломленно покачивая головой. – Но, насколько я помню, элемент неожиданности исконно присущ празднованию Рождества. Люди, по-видимому, просто в восторге. Особенно дети.

Парковая зона, кольцом охватывающая Зал Галактического Консилиума, преобразилась в сказочный уголок всевозможных земных развлечений, и полтроянцы с гии превзошли себя, стараясь обеспечить елико возможно подлинную естественность обстановки. У Симбиарского стадиона даже пускали фейерверк. Особенное внимание привлекла роща гигантских рождественских елок, причудливо украшенных и сверкающих огнями.