Брайан Томсен - «Если», 1997 № 12

Москва — Санкт-Петербург: ACT — Terra Fantastica, 1997. — 480 с.

(Серия «Звездный лабиринт»). 10 000 экз. (п)

=============================================================================================

В новом романе популярный молодой писатель выступает в своем прежнем амплуа. Лишь чуть больше циничного профессионализма, меньше искренности. Он вновь примеряет на себя маску трибуна, выразителя надежд и чаяний своего поколения, входящего в жизнь на изломе эпохи.

Этический догматизм вызывает у Лукьяненко резкую неприязнь. В его произведениях отвергается культура догмы и запрета — бесчеловечная, «взрослая» и инструментальная. Взамен утверждается новая культура, основанная на естественных человеческих переживаниях, дружбе и справедливости.

Замечает ли сам автор, насколько внутренне противоречива смесь инфантильного мироощущения и социального дарвинизма?

Лукьяненко пишет сильно, точно и «технично». Каждая фраза словно оживает, играет и дышит в романе. Каждое психологическое переживание выражается в образах и действии. Вот только, увлекшись игрой на обнаженных нервах читательской души, автор не желает или не может остановиться… Действие романа разворачивается в начале XXI столетия. Земляне обнаружили, что дальний космос давно поделен на сферы влияния Сильных рас. Для новичков нет места за этим столом. Однако в системе межпланетного разделения труда для них отыскалась подходящая ниша. Экономика переориентируется на внешний рынок. Негативные последствия узкой специализации, прелести дикого капитализма. Люди утрачивают веру в будущее, перспективу, цель жизни: словом, картина сегодняшней России, спроецированная на галактические просторы. Необходимо отыскать вторую Силу, способную противостоять Конклаву Сильных рас. Даешь реванш! Только новая «холодная война», считают герои романа, может обеспечить человечеству достойное место в галактике.

Во второй части романа участник заговора попадает на планету второй Силы. Но структура этого сообщества в точности напоминает Землю XXII века, описанную Стругацкими. Роман превращается в едкую, злую и неглупую пародию на мир «Полдня». Герой романа в растерянности: альтернатива олигархии Конклава — принять «дружбу» второй Силы, более зловещей, чем первая. Похоже, в растерянности и автор. Две части книги принципиально не стыкуются, сюжет трещит по швам. Действие здесь выстраивается вокруг конкретного героя, его чувств и переживаний. Сюжетная связь между частями слишком слаба, чтобы придать тексту законченность и завершенность. Но это, как нам обещано, лишь первая книга будущей трилогии.

В романе сталкиваются два образа будущего — дикий капитализм «космических опер» и социальная утопия. Разумеется, указанная коллизия вовсе не является центральной темой романа. Вряд ли у него вообще есть какая-то сверхзадача. Автор подчинился собственному «категорическому императиву»: чтобы увидеть будущее, надо понять прошлое. Он не проповедует; он лишь заставляет читателя еще раз прочувствовать глубину социальных катаклизмов.

Сергей Некрасов

----------------

Александр ЩЕГОЛЕВ

СВОБОДНЫЙ ОХОТНИК

Москва — Санкт — Петербург: ACT — Terra Fantasfica, 1997. — 576 с.

(Серия «Звездный лабиринт»). 10 000 экз. (п)

=============================================================================================

Автора в первую очередь интересуют не поступки героев, при помощи которых читателю открывается окошко в их внутренний мир, и даже не мысли и идеи персонажей, существующие на высшем, сознательном уровне, а нечто, служащее, согласно одной из теорий, первоосновой всему и копошащееся в темной сырой глубине подсознания. Именно поэтому «сумеречные» состояния человеческой психики, переходные между сном и явью, безумием и холодной ясностью рассудка, жизнью и смертью, привлекают писателя. Новый роман Щеголева «Свободный охотник», снабженный непонятным подзаголовком «кибер-фэнтези», посвящен бегству от сложности и неодномерности реального мира в миры воображаемые. Вечная тема, одна из тех, что служат опознавательным знаком для «литературы размышлений». Где, в каком мире на самом деле живет этот странноватый нестандартный подросток, герой книги: в том обыденно-городском, где он медленно и неотвратимо сходит с ума на глазах у нежданно обретенного отца, или во Вселенной ожившей «космической оперы», в которой его иное «я» — Свободный Охотник — силой и хитростью объединяет разобщенное человечество, разбросанное по некоему циклопическому «Метро»? Или его сознание парит, зависнув в промежутке? Вопрос о реальности того или иного из описываемых в романе миров до самого финала так и остается открытым.

Если «реалистическая» часть романа тщательнейшим образом детализирует психологическую подоплеку каждого поступка героя, то сконструированность, искусственность мира «Метро» сразу бросается в глаза. Движения персонажей заторможены, словно скованные невидимой и неощутимой толщей воды. В результате созданная автором модель мироздания постепенно приобретает некую нарочитую угловатость, схематичность. Вероятно, так и было задумано. Для того, чтобы сделать из «космической оперы» нечто большее, чем литературное изложение компьютерной игры-«аркады», достаточно обладать талантом. Но для того, чтобы получившийся текст начал самостоятельную полнокровную жизнь, талант этот еще и должен быть ориентирован соответствующим образом: не внутрь, но вовне. Не Вселенная, с замиранием прислушивающаяся к стуку сердца героя, но герой, познающий законы мироздания с тем, чтобы научиться управлять ими. Не тщательное исследование причин, но анализ возможных следствий с дальнейшим выбором оптимального пути. При всей своей одаренности Александр Щеголев предельно далек от этого.

Василий Владимирский

----------------

Максим ФРАЙ

ТЕМНАЯ СТОРОНА

Санкт-Петербург: Азбука-Терра, 1997. — 352 с. 20 000 экз. (п)

=============================================================================================

Представлялось ли вам хоть раз в жизни, что ваша реальность убога и пуста, что вы родились здесь, в нашем сером мире, по дурацкой случайности или даже по злому умыслу, а все вещи мира объединились с целью доставить вам как можно больше неприятностей, окружающие же вас люди на самом деле представляют собой единое живое существо, невыносимо отвратительное и враждебное? Если нет, то творчество Максима Фрая, скорее всего, оставит вас равнодушным.

История Макса Фрая, от имени которого и ведется повествование, началась в прошлом году сборником повестей «Лабиринт». Несомненным достоинством «Лабиринта» была, безусловно, та несколько обидная легкость, с которой можно было отождествить себя с героем. Сбылась мечта романтичного неудачника — Максу, типичному аутсайдеру, к своим 30-ти не добившемуся в жизни ничего, явился во сне добрый волшебник сэр Джуффин Халли, по совместительству начальник тайного сыска города Ехо, что совсем в другом мире, и…