Вячеслав Поляков-Прокопьев - Цивилизация из канализации

Полковник постигал военную науку не только в академиях, но и в реальных боевых условиях, этого у него не отнять. Он задумал и осуществил классический прием проникновения в помещение посредством взрыва в удобном для стратегического плана месте.

Выбрал он самый уязвимый участок стены с таким расчетом, чтобы рассечь силы повстанцев надвое. И это ему удалось, надо признать, с хирургической точностью. Профи есть профи. А так как он вырубил вдобавок и свет, наступила полная темнота.

С включенными фонарями и с боевым писком солдаты полковника ринулись через дыру. Силы были неравны, к тому же помещение окутало едким дымом, скорее всего, полковник выполнил свою угрозу и применил газ. Бойцы противника были в противогазах.

В такой ситуации дышать становилось все труднее, не говоря уже о том, чтобы вести огонь из трубок. Передовой отряд, конечно, воспользовался захваченными противогазами, но их оказалось недостаточно. Защитники падали один за другим.

Следовало срочно что-то предпринять.

Мозг Александра лихорадочно перебирал варианты. «Эврика!» — воскликнул он про себя и пулей, пригибаясь, насколько позволял темп бега, бросился к главному пульту лаборатории. Каким бы гениальным стратегом ни был полковник, учесть все очень трудно, если вообще возможно.

Вот и сейчас, разве мог он предвидеть изобретательность разума Александра в экстремальной ситуации? Полковник отключил энергию, совершенно упустив из виду, что система пожаротушения работает автономно! Этим-то и воспользовался наш герой.

Принцип работы этой системы заключался в том, что на первом этапе помещение продувалось мощным потоком углекислого газа (чтобы сбить и погасить очаги горения), а на втором в помещение подавался чистый воздух, дабы сотрудники лабораторий не задохнулись. Гениальное изобретение, а главное, в сложившихся условиях система действительно могла спасти немало жизней!

Прильнув всем телом к пульту, Александр на ощупь сорвал печать с рубильника и перебросил его. Эффект оказался даже сильнее, чем он предполагал. Поток газа был настолько силен, что буквально сметал все и вся на своем пути. Повстанцы пострадали больше по причине своей «легковесности».

Бойцы спецназа были снаряжены тяжелой экипировкой, к тому же бронежилеты при падении смягчали удары о предметы и оборудование, беспорядочно разбросанные по помещению.

Бороться с ураганным потоком газа было так же бесполезно, как с Ниагарским водопадом. У одного из нападавших вырвало из лап фонарь; пролетев приличное расстояние, тот шлепнулся прямо у правой лапки Александра. Наш герой не растерялся, не мешкая схватил фонарь и направил в глаза спецназовцу.

Реакцию легко было подсказать. Боец вскинул лапы, заслоняясь от слепящего света. Этого-то Александр и ждал. Сдернув с противника шлем, он что есть силы ударил его фонарем по голове. Спецназовец рухнул как подкошенный.

Не теряя ни секунды, Александр снял с него всю экипировку и переоделся в нее сам. Потом связал противника по передним и задним лапам, оставив лежать там, где тот и потерпел поражение (кто бы мог подумать?) от луча фонарика!

Теперь Александр выглядел как настоящий боец спецназа. Почему, собственно, выглядел? Он и стал борцом за свободу с оружием в лапах! При осмотре трофейного снаряжения обнаружился приятный сюрприз: в рюкзаке поверженного спецназовца нашлась пачка C-4 с набором детонаторов.

— Живем! — прокомментировал находку Александр.

Поле боя понемногу приходило в норму, в том смысле, что шла перегруппировка как обороняющихся, так и нападавших. При работе системы пожаротушения всех разметало по разным углам, и теперь необходимо было как можно быстрее найти своих. Однако, сделать это оказалось непросто в почти кромешной темноте.

Многие спецназовцы, кувыркаясь в струях газа, потеряли свои фонари, чем сразу воспользовались защитники. Постепенно шансы уравнивались. Вскоре нельзя было наверняка сказать, где расположились «чужие», а где «свои».

Правда, у спецназовцев имелась радиосвязь, да что толку, коли все равно увидеть друг друга они не могли, притом ориентиров — никаких. Повстанцы ориентировались удачнее.

Вскоре ситуация начала кардинально меняться, противоборствующие стороны были разделены теперь более-менее определенной линией. В суматохе, пока работали мощные вентиляторы, большинство спецназовцев удалось разоружить.

И неудивительно, ведь к чему к чему, но к подобному повороту их точно не готовили. Безусловно, их тренировали для борьбы с такими силами природы, как ураганы или сильные ветра… но то природа, она так или иначе предсказуема.

Другое дело — искусственный ветер. Кто не знает, что это за штука, может представить себя внутри включенной аэродинамической трубы.

Вот в такой, примерно, обстановке и пришлась действовать обеим сторонам. В разных концах бывшей лаборатории организовались небольшие группы сопротивления. Они умудрялись даже обмениваться репликами, несмотря на шум боя! Еще полчаса — и наступила показавшаяся теперь непривычной тишина.

Александру удалось запустить систему аварийного освещения. Страшная картина предстала перед борцами за свою свободу. Повсюду в неестественных позах лежали тушки убитых, стонали раненые…

Иззя (какая она все же умница!) организовала что-то вроде полевой санитарной помощи. Ее подруги, пробираясь среди завалов, находили своих бойцов по красным шарфам, повязанным на шеях, оказывали им первую медицинскую помощь.

Постепенно в штабе собирались командиры. Каждый докладывал о потерях, они были немалые. Всего в бою полегло смертью героев двадцать пять членов ИНТЕЛКРЫСа, раненых насчитали сорок один, среди них половина — легкораненые. В числе этой половины попал и Александр: его ранило шрапнелью в правую переднюю лапу.

Учитывая, что вражеская рота полегла полностью, потери оказались оправданными. Всех мучил вопрос: что дальше? Александру было абсолютно ясно, что полковник не отступит, напротив, озлобиться еще больше и постарается всех уничтожить, если уже не готовит какой-нибудь смертоносный «сюрприз». Необходимо предпринять нестандартный шаг! Речь Александра была краткой.

— Всем сосредоточиться в центральной зоне, укрывшись за возведенной баррикадой. Любую активность противника воспринимать как сигнал к действию! Если попытка вторжения при помощи взрыва повторится, я попробую подорвать межуровневое перекрытие.