Алан Норс - Звездный хирург. Сборник фантастических произведений

Спок безмолвствовал.

— Хотел бы я, чтобы он ее забыл.

Все та же тишина.

— Доброй ночи, Спок.

— Доброй ночи, доктор.

Спок молча взирал на Кирка еще несколько мгновений, а затем осторожно сходил закрыть дверь за Маккоем. Потом вернулся к Кирку. Его руки подплыли к упавшей голове спящего, коснулись ее кончиками пальцев. Он сказал, очень нежно:

— Забудь…

Джеймс Блиш

ПУТЬ В ЭДЕМ

Подчиняясь приказаниям Федерации действовать к с можно более деликатно, «Дерзость» нуль-транспортировала на борт тех шестерых, что захватили крейсер «Аврора». Среди них был единственный сын катуллианского посла; тем временем переговоры между Федерацией и послом находились в решающей стадии. Ясное дело, никто из шестерых не был силен в управлении крейсерами; пытаясь скрыться, они ухитрились угробить свой корабль, и спасло их лишь ювелирное мастерство Скотта, работавшего с транспортером.

— Скотти, они на борту? — сказал Кирк в переговорное устройство, вмонтированное в командирское кресло.

— Так точно, капитан. Целая толпа.

— Проводи их в зал заседаний, с ними надо поговорить как следует.

Из переговорного устройства доносились звуки голосов, сливавшихся во все более громкий гул. И вдруг среди этого гула отчетливо послышался женский голос:

— А зачем нам это?

Тут Чехов резко вскинул д того склоненную голову; лицо его стало полем битвы между «да это же…» и «не может быть!». Потом мужской голос произнес: «Скажите Герберту, что это не! пойдет».

И все с готовностью забубнили нараспев: «Не пойдет, не пойдет, не пойдет, не пойдет…»

— Что происходит? — спросил Кирк.

— Они отказываются, сэр, — отозвался Скотт, перекрикивая песнопение.

— Почему?

— Я не знаю. Сидят тут на полу всей толпой, и все. Да вы их сами слышите. Вызвать службу безопасности?

— Не надо, я сейчас сам спущусь. Сулу, возьмите управление на себя.

Они со Споком услышали продолжавшееся песнопение задолго до того, как добрались до транспортерного отсека. Эти шестеро и вправду выглядели, как «целая толпа». На одном был незатейливый халат, а на других — и вовсе почти ничего; на одеждах красовались вышитые цветы, на телах — нарисованные. Вся эта «толпа» — трое девушек и трое мужчин — была примерно одного возраста (лет двадцати с небольшим), кроме одетого в халат. Они сидели на корточках, вокруг все было завалено музыкальными инструментами.

— Мы не в настроении, Герберт, — сказала одна из девушек; судя по голосу, это ее Кирк слышал по внутренней связи. Остальные опять забубнили «Не пойдет».

— Который из вас Тонго Рэд? — крикнул Кирк.

Песнопение постепенно умолкло, и вновь прибывшие с любопытством стали поглядывать то на Кирка, то на одного из своих, симпатичного гуманоида, который, несмотря на свое одеяние, источал тот неуловимый аромат, что часто сопутствует богатству и знатности. Гуманоид встал и устремился вперед, храня едва ли не оскорбительное молчание.

— Вы не под арестом только благодаря влиянию вашего отца, — ощетинился Кирк. — В дополнение к пиратству, вам можно предъявить обвинение еще и в нарушении правил полетов, и во вторжении в неприятельское космическое пространство, и в том, что вы подвергли опасности чужие жизни — как, впрочем, и свои.

— Какое еще неприятельское космическое пространство? — спросил Рэд.

— Вы были в ромулианском секторе, когда мы вас выдернули.

— О, — сказал Рэд, — мое сердце полно сожаления.

— И вдобавок вы стали причиной межзвездного инцидента, способного разрушить все договоренности, достигнутые между вашей планетой и Федерацией.

— Ох, крепко ты целуешь, Герберт!

— Если у вас есть объяснение, я готов его выслушать.

Рэд посмотрел на мужчину постарше — того, в халате, но ответа не дождался, сел рядом с другими и скрестил руки. Кирк обернулся к Споку.

— Отведите их в лазарет на медосмотр. Они могли облучиться при взрыве «Авроры».

Тотчас опять загудело: «Не пойдет…». Кирк стал было перекрикивать его, но вмешался Спок:

— С вашего разрешения, капитан…

Он сложил руки: большой палец — к большому, указательный — к указательному, в форме яйца, и произнес:

— Один.

Вновь прибывших это, похоже, очень удивило. Человек в халате поднялся.

— Мы есть одно.

— Один есть начало, — сказал Спок.

Юнец с довольно плутоватым лицом сказал:

— Ты Один, Герберт?

— Я не Герберт.

— Он не Герберт. Мы понимаем.

Кирка эта беседа окончательно сбила с толку. Очевидно, однако, все это что-то значило, поскольку привело к тишине и спокойствию.

— Сэр, — обратился Спок к мужчине постарше, — если вы расскажете нам, чего вы хотите, мы, вероятно, сможем достичь взаимопонимания.

— Если вы понимаете Одного, то вам известно, чего мы хотим.

— Я бы предпочел, чтобы вы изложили ваши намерения. Старший чуть улыбнулся.

— Мы поворачиваемся спиной к смятению и ищем начала.

— Ваше место назначения?

— Планета Эдем.

— Это же смешно, — сказал Кирк. — Эта планета — миф.

Все так же улыбаясь, старший сказал:

— И мы протестуем против того, что нас потревожили, нас преследовали, напали на нас, схватили и транспортировали сюда вопреки нашим желаниям и людским законам.

— Верно, брат, — сказал юнец с плутовским лицом.

— Мы не признаем ни порядков, установленных Федерацией, ни факта военных действий. Мы не признаем никакой власти, кроме той, что внутри нас самих.

— Признаете вы власть или нет, я — ее воплощение на этом корабле, — сказал Кирк, с трудом сдерживаясь. — Я руководствуюсь распоряжениями доставить вас с миром на Звездную базу. Оттуда вас вернут каждого на свою планету. Согласно приказаниям, вы — не пленники, а гости. Я жду от вас соответствующего поведения.

— О, Герберт, — сказал юнец с плутовским лицом, — ты жесток.

— Мистер Спок, поскольку вы, кажется, понимаете этих людей, вам и иметь с ними дело.

— Мы почтительно просим доставить нас на Эдем, — сказал человек в халате. Вежливость выражений и мягкость голоса не могла скрыть его оскорбительного высокомерия.

Кирк проигнорировал просьбу.

— Когда они пройдут медосмотр, проследите, чтобы их проводили в подходящие каюты и позаботились обо всем, что им понадобится.

— Есть, капитан.

— Мы почтительно просим доставить нас на Эдем.

— У меня совсем другие приказы. И это не пассажирское судно.

— Герберт, — сказала та девушка, которая уже говорила.