Даниил Ткаченко - Зона 2018

– Думаешь, он все таки там? В Мертвом Городе?

– Думаю да. Но если и нет, пройдем еще по самым вероятным местам его пребывания. Но уж если и там его не найдем, - то дальше я бессилен. Найти его в Зоне без каких либо иных зацепок невозможно.

Курт доел консервы, но почувствовав что этого мало вскрыл еще и одну упаковку сублимированной еды.

– Можно? - Спросил Айдар указывая на его винтовку. Курт в ответ кивнул. Тогда молодой сталкер взял в руки СВТ и посмотрел на окрестности через прицел.

– Баланс странный, не привычный…

– Под себя делал.

– А кратность зума?…

– Попробуй - узнаешь.

Айдар стал вертеть маленький верньер настройки кратности увеличения.

– Сорок первый год выпуска. Семьдесят сем лет!

– Да, и она до сих пор любой другой даст сто очков по надежности и точности. По крайней мере СВД и СВУ, и по мощности, поправки делать почти не нужно, только если стреляешь очень и очень далеко, на то расстояние, на котором та же СВД уже точно не способна попасть в цель, разве что владелец, поднимет ее ствол под углом градусов сорок… Шучу конечно.

– Курт, бежит кто -то. Псих какой-то, точно псих!

– Ну как дай. - Курт отобрал у Айдара винтовку и посмотрел в прицел.

– Знаете кто это? Галиев.

– Кто?! - В один голос воскликнули все остальные и тоже стали всматриваться в быстро приближающеюся фигуру. Это было не вероятно, это было не постижимо! Он не мог выжить, - Курт еще тогда чувствовал исходящую от него темную энергетику смерти… Вот и сейчас, когда он постепенно приближался к ним, у Курта было чувство что это зомби, мертвец, да кто угодно, но не тот прежний Иса Галиев…

Он издалека увидел их головы точащие на краю высокого парапета крыши и помахал рукой.

Когда он взобрался по лестнице на крыши, все увидели как тяжело ему пришлось, камуфляж в некоторых местах был порван и залит кровью, хотя открытых и видимых ран на его теле не было. Волосы испачканы свежей, сырой землей а одну руку он бережно придерживал другой вместе с зажатым в ней пистолетом, автомата не было и несколько гранат с пояса так же пропали.

Курт, да и все остальные ошарашено смотрели на него, но Галиев ничего не говорил, только кривя лицо и всхлипывая. Он знаками попросил есть и когда ему придвинули открытую банку консервов тот прямо пальцами стал закидывать в рот куски масса с рисом, предварительно вытер их о грязную одежду.

Все с невольным отвращением следили как это трясущийся человек невнятно бормоча и размазывая по лицу еду закидывал ее пальцами в рот. На вопросы он не отвечал, а если спрашивали что произошло там, у темных, они принимался нервно что -то объяснить но из того бормотания ничего понять было не возможно.

Когда он поел, Курт достал небольшую флягу, отыскал одноразовый пластиковый стакан который сам мог разогревать жидкость что была в нем, и налил в него красного вина из своей фляги.

Солдат кое-как разбрызгивая по подбородку вино проглотил его и зажал тыльной стороной ладони рот, хотя вино было не очень крепкое… Он все той же стороной ладони собрал с подбородка красные капли, задумчиво посмотрел на них и слизал языком.

После вина он немного пришел в себя и но его по прежнему нельзя было ни о чем толком расспросить.

От сигареты он с отвращением отказался.

Галиев сидел на парапете в близи, даже можно сказать в опасно близости от самого края.

Руки он держал на коленях и постепенно они все ближе и ближе продвигались к его поясу, к его гранатам. Тогда Курт спокойно встал, и ударил его ногой в грудь. Галиев не успел даже закричать, - и все ясно услышали глухой звук удара тела о землю…

Это было еще не ожидание, чем само воскрешение его из списков мертвых.

Видимо у всех остальных перегорел своеобразный психический барьер, - ведь за это время произошло столько всего, - удивительного, страшного и невероятного. Вот и теперь, когда Курт сбросив с крыши вернувшегося с того света их товарища, никто даже не двинулся с места.

Курт подошел к парапету и посмотрел в ни, - тела Галиева там не было, только следы крови на траве. И тут он увидел солдата, - тот со всех ног как ни в чем не бывало быстро бежал в лес. Курт не раздумывая схватил винтовку, прицелился нажал на курок, и как всегда не промахнулся…

… Объясняю еще раз, - он не был человеком но и не был зомби. Контролер просто «завел» его как робота, - считал всю информация из памяти, и дал приказ, чтобы он нашел нас и взорвал гранатой…

– Но… Но как? Вы ведь сами убили того контролера?

– Значит их было несколько. Мутант попросту вбил в голову ему программу которую ту и исполнял!

– Курт. - Тихо позвал Айдар. - Кажется у нас опять гости.

– Что? Мать вашу…

7

Не менее десятка монолитовцев перебежками двигались к башне. У одного был гранатомет типа «Муха», его Курт и снял первым из снайперской винтовки. Остальные поняв что ближе подойти без потер врят-ли получиться, стали стрелять прямо на бегу, и тогда Курт отдал приказ открыть огонь.

Не такой плотный как хотелось, автоматный огонь не давал им малейшего шанса на открытой территории, но фанатичные сектанты не в силах ослушаться приказа не все равно бежали к башне на ходу перезаряжая оружие.

Пули зацокали по кирпичному парапету выбивая острую крошку и рикошетя с противным визгом. Этот град пуль невольно заставил Платонова со страхом спрятать голову но Курт криком заставил его подняться и стрелять, - сейчас каждый ствол пусть и не в очень умелых руках, был дороже золота…

Монолитовцы приближались без перебежек единым и поредевшим потоком, тогда сталкер бросил винтовку и взял автомат. Все происходило очень быстро, и он ловя на мушку крепкие тела затянутые в камуфляж и нажимал на курок. Краем глаза он видел как профессор почти не целясь водил автоматом из стороны в сторону и его пули в большей степени не достигали цели но это было не главное, - на первом месте была плотность огня, чтобы не дать сектантам подойти в плотную к башне. Хоть она была не настолько высока чтобы создать у своего «подножия» мертвую для огня Зону, но все же никому не хотелось узреть как через лестничный проем на крышу влетит граната…

Айдар с Милютиным грамотно беря свои цели на опережение быстро разделались с двоими сектантами, которые вздумали бежать крутыми зигзагами и даже несколько в этом преуспели… Эти двое были последними из всех кто пытался штурмовать водокачку, а еще один присев на колено и прицелившись выпустил гранату из подствольника. Он из всех своих покойных товарищей был единственным кто смог подойти к башне на такое близкое расстояние, и стреляя рисковал сам получить несколько осколков гранаты. Она взорвалась оглушительно громко, но все за мгновение до взрыва, увидели как стрелок сел на колено, и сделал не двусмысленный жест досылания гранаты из своеобразного трубчатого магазина под стволом новой, и современной винтовки рассчитанного на три заряда, по этому все успели спрятать головы, а голову Курта, Платонов, видно опасаясь за скорость его реакции, еще и очень отеческим жестом придавали к смолистому покрытию крыши. И если бы не время, за которое затвердевшая но по прежнему липкая смола превратилась в твердую, не хуже чем асфальт субстанцию, то Курт бы точно ближайшие несколько дней, а то и всю неделю походил бы на очень не осторожного асфальтоукладчика…