Джеймс Хоган - Агент марсианской федерации

Убийца несколько секунд изумленно разглядывал ученого.

— Неужели вы намекаете на то, что вы его реинкарнация? — ахнул он. — И что-то в этом роде стало возможным?

Брозлан быстро покачал головой.

— Нет, ничего похожего. Позвольте начать с начала. — Он помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:- Я физик. Моя специальность — структура молекул. Как вам известно, практически все промышленное сырье ныне синтезируется из трансмутированных элементов — с использованием технологии, первоначально отработанной на Марсе. — Убийца кивнул, не сводя с профессора глаз. — Используемые сейчас синтетические вещества аморфны по своей природе — у них отсутствует высокоорганизованная внутренняя структура. По сути современные процессы выдают огромное количество молекул определенного вида, не собирая эти молекулы в агрегаты с более высоким уровнем организации. — Он набрал в легкие воздуха и произнес: — Исследования, которыми я занимался не так давно, продвинули эту идею на шаг вперед.

Убийца смотрел на него с любопытством. Брозлан не продолжил сразу, но показал жестом на графин с водой, стоящий на столике возле кровати. Карл Мэй подал ему стакан воды. Напившись, профессор встал и принялся расхаживать от кровати к окну и обратно, заложив руки за спину.

— Чтобы производить весь спектр материалов, который требуется на Марсе, недостаточно лишь синтезировать или импортировать в крупных масштабах неструктурированные молекулы. Необходимо научиться воспроизводить, например, кристаллическую структуру металлических сплавов или полимерные цепочки органических веществ — то, что имеется на Земле в изобилии, но практически полностью отсутствует на Марсе.

— Я думаю, что здесь используются традиционные методы обработки сырья, — пробормотал Убийца. Теперь он не возражал против разговора — до тех пор, пока вопросы задает он. Узнав как можно больше о происходящем, он лишь получит преимущество.

— На Земле — да, — ответил Брозлан. — Первичное сырье стало дешевле прежнего, потому что теперь оно синтетическое. Но из этого первичного сырья все нужное — сталь, прокат, заводские изделия и тому подобное — необходимо изготовлять традиционными промышленными способами. Поэтому их себестоимость примерно такая же, как и прежде, а после транспортировки на Марс они становятся очень дорогими.

— Если их отправлять с Земли, — согласился Убийца. — Но зачем утруждаться? Почему бы не создать всю промышленность у себя?

— Мы могли бы так поступить, — кивнул Брозлан и нахмурился. — Но эта идея нам не понравилась. У нас имелась девственная планета, на которой не было нужды слепо придерживаться каких-либо традиций. Нам не захотелось рабски копировать развившиеся на Земле методы. Мы могли бы потратить целые состояния на воспроизведение земных промышленных комплексов, а после завершения обнаружить, что эти методы безнадежно устарели. Видите ли, мы были убеждены, что должен существовать лучший выход.

Убийца на мгновение задумался.

— Но какой? — озадаченно спросил он.

Глаза Брозлана блеснули:

— Представим себе любые детали, которые идут на сборку крупного изделия… например, машины. Как делаются эти детали? Ответ: берется кусок нужного материала и удаляется все лишнее, пока не остается деталь нужной формы. Это основа любого традиционного промышленного процесса. Удалить ненужное, чтобы осталось нужное.

— Понятно, — пожал плечами Убийца. — А каков другой путь?

— Осаждение! — воскликнул Брозлан и пристально уставился на Убийцу, словно ожидал от него возражений. Увидев его непонимающий взгляд, Брозлан пояснил: — Вместо того, чтобы отрезать лишнее, получая нужную деталь, можно осаждать материал и получать деталь необходимой формы.

— С помощью гальванического осаждения? Это далеко не новость.

— Идея стара, — согласился Брозлан. — Но способ ее осуществления совсем иной. Видите ли, электролитическое осаждение пригодно лишь для некоторых металлов. А мы работаем с молекулами любого вида.

— Так вы хотите сказать, что можете сделать что угодно из чего угодно — любое вещество? — удивился Убийца.

— Вот именно! Причем не обязательно из молекул одного вида. Можно смешивать молекулы как угодно. Например, можно изготовить монолитный блок из фосфористой бронзы на одном конце, и полиэтилена на другом, причем один материал будет плавно переходить в другой. Это открывает совершенно новые возможности для инженерного конструирования. Весь процесс управляется компьютером. Дизайнер может составить программу для получения любой нужной детали из любого материала или любой комбинации материалов — молекулу за молекулой, если ему действительно нужен такой уровень проработки, и если ему хватит терпения и мощности процессоров для его осуществления.

— Молекулу за молекулой… — пробормотал Убийца с нескрываемым изумлением. — Невероятно…

— Тем не менее, это реально, — подтвердил Брозлан. — На Марсе уже несколько лет работают экспериментальные предприятия, производящие продукты лучшего качества и гораздо более дешевые, чем аналогичные продукты, изготовленные на предприятиях Земли — даже то, что производится из органического сырья: бумага, жиры и масла, сахара… назовите что угодно сами.

— Жиры… пища… бумага… и все они синтезируются из трансмутированных элементов? — Убийца сидел, раскрыв рот и отчаянно пытался усвоить эту мысль. — Но почему мы никогда не слышали об этом?

— Политика, — вздохнул Брозлан. — К тому времени мышление верхних эшелонов федерального правительства изменилось. Они стали рассматривать эти открытия не как потенциальное благодеяние для всего человечества, а лишь как средство для достижения своих целей через полную экономическую автономию. А себя начали представлять в роли неоспоримых лидеров процветающего и самообеспеченного мира. И их больше устраивает, если Земля останется позади, а ее промышленность не сможет конкурировать с новой марсианской. Власти Федерации жестко контролировали нашу работу и накрыли ее завесой строгой секретности. Вот почему лишь считанные люди знали, чем мы занимаемся. Отсюда же произрастают и корни движения за независимость Марса. От этой независимости выиграет лишь горстка индивидуумов, и вовсе не так, как полагает большинство.

— Интересно, Хэдли, верно? — вступил в разговор полковник, резко поворачиваясь к кровати. — Но если вы считаете, что в такое трудно сходу поверить, то подождите, пока услышите продолжение. — И он кивнул Брозлану.

— Это был лишь один аспект исследований, проводившихся в то время, — продолжил профессор. — Другим были работы доктора Франца Шимана по структурному сканированию пучками нейтрино. Понимаете, доктор Шиман разработал метод сканирования материальных объектов — как снаружи, так и изнутри — и извлечения из нейтринных пучков после декодирования полной информации о расположении атомов и молекул внутри объекта — аналогично тому, как старинная телекамера кодирует информацию, заключенную в визуальной сцене. — Брозлан перевел дух. — А настоящий прорыв наступил тогда, когда мы объединили метод Шимана с процессом молекулярного осаждения, о котором только что шла речь!