Джек Уильямсон - Подводная экспедиция

Как только над моей головой сомкнулась вода, звезды исчезли. Каким ярким ни был их свет, он не мог проникнуть через плотный слой воды. Я отчетливо видел фонари своих однокурсников — веселые скопления подрагивающих светлячков. Но все-таки из-за темноты нельзя было различить ни одной фигуры — только светящиеся пятна фонарей. Правда, постепенно мои глаза стали приспосабливаться к мраку, и я стал замечать, как вместе с пятнами фонарей перемещаются в воде неясные силуэты.

Как обычно, мы собрались на дне. На этот раз нам предстоял не подводный марш-бросок. Задание предусматривало выполнение на месте маневров, имитирующих рукопашный бой. Шесть команд играли роль «атакующих», остальные восемь «держали оборону». «Атакующие», в число которых входил и я, должны были преодолеть линию обороны. Если кого-то из нас задерживали, он считался «убитым». Успех операции определялся по количеству «атакующих», которым удалось прорваться через заслон.

«Обороняющиеся» сгруппировались примерно в сотне метров от нас. По команде они выключили свои фонари — и тотчас же растворились во мраке. По световому сигналу нашего командира мы оторвались от дна и поплыли вперед. Проплыв несколько метров, по заранее оговоренному плану, тоже выключили свои фонари. Это была идея лейтенанта Хэтчета — дать обороняющимся представление о направлении нашего движения, а потом в темноте резко уйти в сторону.

Моя команда гасила фонари самой последней. Как только огни погасли, каждый из нас почувствовал себя в полном одиночестве.

В темноте наше положение становилось куда более серьезным. Когда в учебном классе лейтенант растолковывал нам свою задумку, все это казалось занятной детской игрой. Чем-то вроде подводных салочек — сущим пустяком для взрослых людей. Но, очутившись в кромешной тьме и не чувствуя поддержки товарищей, продвигаясь в чернильно-черной воде навстречу неизвестности, я стал понимать, что это далеко не детская забава. Во-первых, все это было нешуточно опасно. Морские хищники — акулы, скаты или барракуды — редко нападают на человека, но смогут ли они в такой темноте распознать, кто мы такие? Да, конечно, флагманский вельбот был оснащен микросонаром. [1] Если бы какая-то рыба размером с акулу появилась в радиусе двухсот метров, под водой прозвучал бы условный сигнал, и мы прервали бы учения. Ну а если оператор сонара проспит?

Впрочем, нас здесь было больше двух сотен. Если даже и возникнет какая-нибудь опасность, сообща мы сможем противостоять ей. Более серьезную проблему, чем встреча с акулой, представляло слепое, беспомощное кружение во мраке. Я как бы висел в пустоте; здесь не было ни верха, ни низа, никто не мог подсказать, плыву я в верном направлении или резко свернул в сторону. Я стал вспоминать свое дневное погружение и инструктаж, который мы проходили на суше: постарался расслабиться и определить с помощью своего тела, кровообращения, барабанных перепонок — где находится дно. Это было непросто. Позднее я узнал, что десять курсантов врезались в дно, а двадцать других, к своему изумлению, после пяти гребков вынырнули на поверхность.

Я напряг слух, стараясь уловить слабое побулькивание воздуха в чьем-нибудь акваланге; мне показалось, что я услышал его, но тут же оно стихло. Вскоре до меня донесся неясный звук, но я решительно не мог определить, где находится его источник — впереди или сзади меня, над головой, а может быть, где-то внизу, на дне? Я стал напряженно вслушиваться в тишину…

И тут по моим барабанным перепонкам ударил раскатистый сигнал гонга. Поначалу я испытал настоящий шок, но потом все-таки понял, что этот звук означает.

Это был сигнал тревоги! Микросонар засек приближающихся акул, учение окончилось, и мы без промедления должны были возвращаться на вельботы.

Повсюду вокруг меня вспыхнули огни фонарей. Они быстро поднимались кверху — словно пузырьки в бокале с шампанским. Я тоже включил фонарь и начал всплывать. Как только я вынырнул на поверхность, всеобъемлющая тишина моря отступила. Все наперебой кричали, ругались, надрывали глотки, отдавали приказы, короче говоря, царил сущий бедлам. Но и эту какофонию перекрыл бычий рев курсанта Сперри:

— Пошевеливайтесь! Разбирайтесь по своим вельботам! Не тратьте зря время! Тем, кто заберется не в свой вельбот, гарантирую десять кругов по двору. Время пошло! Я даю вам на погрузку две минуты, и этого больше чем достаточно!

Я стащил с головы маску и, гребя руками, стал осматриваться по сторонам. Мне повезло — три зеленых огня, обозначавших вельбот команды № 5, виднелись всего в нескольких метрах от меня. Полдюжины гребков — и я добрался до кормы. Вскоре я уже помогал взбираться на борт своим товарищам.

Крики и шумный плеск воды стали постепенно затихать.

— Всем вольно! — послышался с флагманского вельбота голос Сперри. — Старшим команд доложить о готовности к возвращению!

— Первая команда готова! Вторая команда готова! Восьмая готова! — стали откликаться голоса командиров.

Лейтенант Хэтчет, светя лампой, быстро пересчитал находившихся на нашем вельботе курсантов.

— Девятнадцать… — озабоченно сказал он. — Кого-то нет. Так, ребята, ну-ка, тихо! Делаем перекличку!

Он стал перечислять по алфавиту наши фамилии.

— Дегэйрет! Додд! Домовски! Доулинг! Данфи! Даксли! Диэнски! Дай! Дили! Экстром! Иден!

Я откликнулся и приготовился услышать голос Боба Эскова, стоявшего следующим в списке.

Но я не услышал его. С трудом веря в происходящее, я огляделся по сторонам.

Можно было не сомневаться. Боба Эскова в вельботе не было.

Лейтенант Хэтчет дошел до конца списка. Потом взял мегафон и обратился к кадету-капитану Сперри:

— В команде номер пять не хватает одного курсанта. Кадет Эсков на борт не поднялся!

Со всех четырнадцати лодок послышались негромкие голоса.

— Кадет Эсков! — раздался зычный голос Сперри. — Доложить о присутствии!

Ответа не последовало.

По воде заскользили лучи мощных прожекторов. Мы все надеялись, что пучок света выхватит из темноты голову или поднятую в отчаянном гребке руку… Но над поверхностью волн никого не было. В море вышли двести шестьдесят восемь курсантов. Двести шестьдесят семь находились сейчас в своих вельботах.

Боб Эсков на поверхность не поднялся.

5

ПОДВОДНЫЕ ПОИСКИ

Курсанту-капитану Сперри не пришлось вызывать добровольцев.

Акулы (если то, что засек сонар, было акулой, а не дельфином или плавающим бревном) никого не испугали, и вскоре все мы, подзарядив акваланги, вновь отправились в воду. Теперь это была не тренировка; мы группами собрались на дне, включили фонари и начали поиски.